Чтение онлайн

Илья дёрнул плечами и промолчал.

– А сейчас я тебе ещё дам, памятку!

Он, не торопясь, пошёл на мальчика, уставив в лицо его свои круглые, злые глаза. Но Илья встал на ноги, твёрдым движением взял с прилавка длинный и тонкий нож и сказал:

– Иди!

Тогда приказчик остановился, неподвижными глазами измеряя коренастую, крепкую фигурку с ножом в руке, остановился и презрительно протянул:

– А, ка-аторжное отродье...

– Ну, иди, иди!
– повторил мальчик, шагнув навстречу ему. Пред глазами его всё вздрагивало и кружилось, а в груди он ощущал большую силу, смело толкавшую его вперёд.

– Брось нож!
– раздался голос хозяина.

Илья вздрогнул, взглянул на рыжую бороду и налитое кровью лицо, но не тронулся с места.

– Положи, говорю, нож!
– тише сказал хозяин. Илья положил нож на прилавок, громко всхлипнул и снова сел на пол. Голова у него кружилась, болела, ухо саднило, он задыхался от тяжести в груди. Она затрудняла биение сердца, медленно поднималась к горлу и мешала говорить. Голос хозяина донёсся до него откуда-то издали:

– Получи расчёт, Мишка...

– Позвольте-с...

– Вон! А то полицию позову...

– Хорошо-с! Я - уйду... Но и за этим мальчиком вы поглядывайте... Он с ножичком... хе-хе!

– Вон!

Снова в лавке стало тихо. Илья вздрогнул от неприятного ощущения: ему показалось, что по лицу его что-то ползёт. Он провёл рукой по щеке, отёр слёзы и увидал, что из-за конторки на него смотрит хозяин царапающим взглядом. Тогда он встал и пошёл нетвёрдым шагом к двери, на своё место.

– Стой, погоди!
– сказал хозяин.
– Мог ты ударить его ножом?

– Ударил бы!
– тихо, но твёрдо ответил мальчик.

– Та-ак... У тебя отец за что в каторгу ушёл - убил?

– Поджёг...

– И то хорошо...

Пришел Карп, смиренно сел у двери на табуретку и стал смотреть на улицу.

– Карпушка!
– с усмешкой глядя на него, сказал хозяин.
– Михаила-то я прогнал...

– Воля ваша, Кирилл Иванович!

– Воровать стал, а?

– А-я-яй!
– тихонько и с испугом воскликнул Карп.
– Да неужто? А-а?

Рыжая борода хозяина вздрогнула от усмешки, и он расхохотался, покачиваясь за конторкой.

– Ах, Карпушка... фокусник ты у меня...

Потом он вдруг перестал смеяться, глубоко вздохнул и задумчиво, сурово сказал:

– Эх, люди, люди! Все-то вы жить хотите, всем жрать надо! Н-ну, Илья, скажи-ка мне, - замечал ты раньше, что Михайло ворует?

– Замечал...

– А что же ты мне не сказал про это? Боялся его, что ли?

– Нет, не боялся...

– Значит, - теперь ты мне со зла сказал...

– Да, - твёрдо ответил Илья.

– Ишь ты, - какой!
– воскликнул хозяин. Потом он долго гладил свою рыжую бороду, не говоря ни слова и серьёзно разглядывая Илью.

– Ну, а сам ты, Илья, воровал?

– Нет...

– Верю... Ты - не воровал... Ну, а Карп, - вот этот самый Карп, - он как - ворует?

– Ворует!
– повторил мальчик.

Карп с удивлением посмотрел на него, мигнул глазами и спокойно отвернулся в сторону. Хозяин угрюмо сдвинул брови и снова начал гладить бороду. Илья чувствовал, что происходит что-то странное, и напряжённо ждал конца. В пахучем воздухе лавки жужжали мухи, был слышен тихий плеск воды в чане с живой рыбой.

– Карпушка!
– окрикнул купец приказчика, неподвижно и со вниманием смотревшего на улицу.

– Чего изволите?
– откликнулся Карп, быстро подходя к хозяину и глядя в лицо ему своими вежливо-ласковыми глазами.

– Слышал ты, что про тебя сказано?
– с усмешкой спросил Строганый.

– Слышал...

– Ну и что же?

– Ничего!..
– пожав плечами, сказал Карп.

– Это как же - ничего?

– Очень просто, Кирилл Иванович. Я, Кирилл Иванович, имею свое достоинство, будучи человеком, уважающим себя, и потому на мальчика мне не подобает обижаться. Как сами изволите видеть, мальчик откровенно глуп, не имеет никаких понятий...

– Ты мне зубов не заговаривай! ты скажи - правду он говорил?

– Что такое правда, Кирилл Иванович?
– воскликнул Карп, снова пожимая плечами, и склонил голову набок.
– Конечно, ежели вам угодно - то вы его слова примете за правду... Воля ваша!..

Карп вздохнул и обиженно развёл руками.

– Н-да, на всё здесь воля моя...
– согласился хозяин.
– Так, по-твоему, мальчонка-то глуп?

– Совершенно глуп, - с глубокой уверенностью сказал Карп.

– Ну, это ты, пожалуй, врёшь...
– неопределённо сказал Строганый и вдруг захохотал.

– Нет, как это он ляпнул прямо в зенки тебе - хо-хо! "Ворует Карп?" "Ворует!" Хо-хо-хо!

Когда хозяин засмеялся, Илья почувствовал, что в сердце его вспыхнула мстительная радость, он с торжеством взглянул на Карпа и с благодарностью на хозяина. Карп прислушался к хозяйскому смеху и тоже выпустил из горла осторожный смешок:

– Хе-хе-хе!..

Но Строганый, услыхав эти жиденькие звуки, сурово скомандовал:

– Запирай лавку!..

Когда Илья шёл домой, Карп, потрясая головою, говорил ему:

– Дурак ты, дурак! Ну, сообрази, зачем затеял ты канитель эту? Разве так пред хозяевами выслуживаются на первое место? Дубина! Ты думаешь, он не знал, что мы с Мишкой воровали? Да он сам с того жизнь начинал... Что он Мишку прогнал - за это я обязан, по моей совести, сказать тебе спасибо! А что ты про меня сказал - это тебе не простится никогда! Это называется глупая дерзость! При мне, про меня - эдакое слово сказать! Я тебе его припомню!.. Оно указывает, что ты меня не уважаешь...

Илья слушал эту речь, но плохо понимал её. По его разумению, Карп должен был сердиться на него не так: он был уверен, что приказчик дорогой поколотит его, и даже боялся идти домой... Но вместо злобы в словах Карпа звучала только насмешка, и угрозы его не пугали Илью. Вечером хозяин позвал Илью к себе, наверх.