Чтение онлайн

Через четыре дня они стояли на склоне горы прямо над деревушкой Вестерзунд, которая сверху казалась маленькой и аккуратной, будто детская игрушка. Умлак, привычно ухмыляясь, указал вниз, а Гайл при виде моря почувствовал явное облегчение. Вид отсюда открывался такой, что дух захватывало от восторга: горы непрерывной чередой уходили дальше на север, где соединялись с еще более мощными хребтами. Умлак пояснил, что здесь, как раз за тем хребтом, на котором они стояли, начинался Хребет Мерзлых Гор, а уже за ним - настоящие горы. Гайл просто не мог поверить, что такая высота возможна, и обратил свой взор к морю, которое, заполняя всю подкову берега, уходило вдаль до самого горизонта, и дальше - туда, где ждали его Золотые Острова.

Спуск был долгим: к полудню они достигли лишь холмистых предгорий, а несколько часов спустя шли меж зеленых полей и лугов, на которых пасся скот. Жители деревни уже знали об их приближении и выслали несколько человек им навстречу. Это были коренастые, плотно сбитые мужички, и при виде их Сайсифер невольно вспомнила своих бывших односельчан-рыбаков из Зундхевна. Поприветствовав путешественников, они в немногих словах сообщили, что в деревне уже готова комната для "купца" и его жены, ставших жертвами пиратов Гондобара.

– Им повезло, - пояснил Умлак Тунфинну, который возглавлял отряд встречавших.
– Мы, Камнетесы, обычно не очень-то интересуемся тем, что творят пираты на море, но Гайл - наш друг. Он привозит нам кое-какие товары, что не так-то просто и требует известной смелости. Кстати, о товарах...
– И он принялся перечислять добро, которое по приказу Луддака было послано в дар жителям деревни.

Камнетесы Умлака не захотели оставаться на ночь в деревне, а предпочли стать лагерем поодаль. Истекая слюной от вожделения, разглядывали они откормленную скотину, но Умлак пригрозил, что, если наутро деревенские недосчитаются хотя бы одной драной козы, он собственноручно снимет голову с виновного. С этими словами он присоединился к Тунфинну, который уже повел гостей в отведенный для них дом. Вскоре они вошли в деревню, состоявшую из двух десятков бревенчатых домов да нескольких деревянных пирсов, которые выдавались далеко в море. Возле них болтались утлые лодчонки, составлявшие, по-видимому, весь флот деревни. Дерево, из которого здесь было выстроено все, очевидно, привозилось из леса по соседству. Поселение не имело никакой естественной защиты от непогоды, и в суровые зимние шторма местным жителям, должно быть, приходилось несладко.

– Корабль выходит в море на рассвете, с первым приливом, - хрипловатым голосом сообщил Гайлу Тунфинн.
– Он небольшой и не такой роскошный, как те, к которым ты привык, но ничего, выдержит. Ты ведь с Золотых Островов?

– Да, мой дом на одном из множества мелких островков, что окружают главный, - соврал Гайл.
– Тамошние обитатели высоко ценят независимость. К счастью, взгляд Императора редко падает на нас.
– И он подмигнул.

На какое-то мгновение ему показалось, что он перегнул палку, так как крестьянин наморщил лоб и насупился не хуже заправского Камнетеса, но уже через секунду лицо Тунфинна прояснилось, и он широко ухмыльнулся.

– Если я благополучно доберусь до дому, - продолжал Гайл, - то обещаю прибавить к подаркам Камнетесов кое-что от себя лично.

– Твои дела нас не касаются, господин, - проворчал крестьянин, не скрывая, однако, удовольствия.
– А пока располагайся здесь и отдыхай. Как только судно будет готово, мы пошлем к тебе человека.
– С этими словами он откланялся и ушел, забрав с собой своих людей.

– Они тут, как я погляжу, слов зря не тратят, - прокомментировал Гайл недвусмысленное заявление Тунфинна.

– Нам надо пережить еще одну ночь, - сказала вдруг Сайсифер.

Умлак немедленно повернулся к ней:

– Что-то случилось?

– Не знаю, - ответила она, качая головой.
– Крестьяне, кажется, не обманывают. Я почти уверена, что им можно доверять. Но как-то уж очень легко удалось нам ускользнуть от врага. А вам это не кажется странным?

– Ну, будем дежурить всю ночь по очереди, - проворчал Камнетес в ответ.
– Мне, правда, придется отлучаться, чтобы следить за своими людьми: слишком уж большой соблазн для них эти коровы. Да и деревенские не очень уютно себя чувствуют, когда среди них так много наших. Но обещаю, что вы будете под надежным присмотром. А перед отходом корабля я вернусь.
– Он снова ухмыльнулся и ушел в ночь, закрыв за собой дверь.

Гайл поправил фитиль лампы и окинул взглядом предоставленную им на ночь комнату.

– Ну, вот тебе и опять выпала роль моей жены, - сказал он, не глядя на Сайсифер.

– Только на словах, - ответила девушка, отворачивая простыни на одной из кроватей.

Гайл хотел было что-то добавить, но передумал. До сих пор у них были прекрасные отношения, лучше не рисковать и не портить их. Вместо этого он растянулся на своей кровати, закинув руки за голову. Последние четыре дня, проведенные в горах, оказались довольно утомительными, и он пожалел, что здесь нет целительной магии Каменной Твердыни. Где-то над крышей послышался шелест крыльев, и он подумал, что это, должно быть, устраивается на ночь Киррикри. Молодой человек украдкой взглянул на девушку. Ее глаза были закрыты, но он знал, что она не спит, а разговаривает с птицей. Он тоже смежил веки, и в комнате наступила тишина.

Тихий стук заставил его вздрогнуть. Только открыв глаза, он понял, что до этого, оказывается, крепко спал. Сайсифер была уже на ногах и спешила отворить дверь. Пошептавшись с кем-то невидимым, она повернулась к своему спутнику и с улыбкой сказала:

– Уже рассвет.

– Не может быть!
– задохнулся он от изумления и рывком соскочил с кровати. Они распахнули дверь. За ней стоял обещанный посланец.

– Прилив начался, господин, - были его слова.

Гайл и Сайсифер собрали свои немудреные пожитки и вышли на улицу. Ветер крепчал, на побережье было холоднее, чем в горах, по небу тянулись угрюмые тучи. В воздухе чувствовался запах соли.

Они прошли по единственной деревенской улице мимо погруженных в сон домишек и вышли за околицу. Там к ним присоединился Умлак. Он выглядел порядком замерзшим, похоже, морской ветер пробирал его до костей.

– Ну, как скотина?
– шепотом поинтересовался Гайл.

– И не говори!
– проворчал Умлак.
– Всю ночь пришлось гонять людей по холмам под видом разведки, а то бы не миновать беды. Зато Ферр-Болганы не показывались. Видно, сработала наша уловка.

– А где сейчас твои люди?

– Стоят в дозоре вокруг деревни. Но сейчас нападения не будет.
– И он направился вместе с ними к пирсу, шаткому деревянному сооружению, давно нуждавшемуся в ремонте. Прилив уже почти достиг наивысшей точки, и волны то и дело перехлестывали через доски. У причала подпрыгивало утлое суденышко, готовое к отплытию. При одном взгляде на него Умлака перекосило.

– Вода, - протянул он, морщась.
– Речек и небольших озер мы не боимся. Но тяжкие воспоминания о Потопе не позволяют нам полюбить море. Поэтому я попрощаюсь с вами отсюда, с земли.