Чтение онлайн

— Он думает, что у Фьюри и Элли есть ребёнок. Он следил за всем, что заказывали в ОНВ и куда доставляли. Так он узнал, где я жила. Ещё он находился под жилыми домами и слышал плач ребёнка. — Она старалась следить за тем, что и как говорила. — Я сказала ему, что это неправда, но он угрожал сообщить прессе, что Виды могут размножаться, просто чтобы насолить.

Раздалось не одно рычание, и, оглянувшись вокруг, Джини впервые заметила, что пространство заполнило уже более десятка Новых Видов. Она приникла к Тру. Наручники со щелчком открылись, Тайгеру удалось справиться с замком. Она взглянула на него.

— Спасибо.

Он отпихнул стул подальше и поднялся.

— Пожалуйста.

Тру развернул её в своих руках, и она подняла голову, почти страшась взглянуть на него.

— Извини. — Это было единственное, что пришло ей в голову.

Он поднял её, так что они теперь были на одном уровне, и у неё не оставалось выбора, кроме как смотреть ему в глаза. Слёзы, блестевшие в них, сюрпризом не были. Он наверняка огорчён тем, что она сделала не меньше неё.

— За что?

— Я налажала.

Он принюхался.

— Из-за здешней вони я ничего не учуял.

Тайгер фыркнул.

— Да она не про это. Она про то, что сделала с Борисом.

Тру улыбнулся.

— А я знаю. Я просто дразнюсь, потому что хотел, чтобы она улыбнулась. Я горжусь тем, какая ты смелая, Джини. Ты решилась напасть на него и пыталась заставить рассказать, где Подарок.

Джини открыла и закрыла рот. Его слова поразили её.

— Мне даже жаль, что он ушёл от тебя. Ты делала всё верно. Я тебя потренирую, на какие действия лучше обращать внимание в таких ситуациях. То, что ты была готова причинить ему боль, чтобы он рассказал, где Подарок, только показывает как много в тебе от Видов, Джини. Я бы убил за тебя. — Он наклонился и прижался своим лбом к её. — Мы пойдём домой, примем ванну, и я возьму тебя сзади.

Она без единого слова обняла его за шею.

Он усмехнулся.

— Позже я позабочусь о твоих синяках и ссадинах, которые стараюсь игнорировать изо всех сил, чтобы не вырвать этому мужику горло. Я могу научить тебя, как сделать это голыми руками, на случай если ещё кто-нибудь придёт за тобой. Мы можем использовать те манекены в человеческий рост для практики. То есть ты, наверное, предпочтёшь использовать именно их.

Джини фыркнула, борясь с желанием разрыдаться. Тру не казался расстроенным или потрясённым.

— Я люблю тебя.

— И я тебя люблю. Обними меня, пара. Мне, правда, нужно почувствовать тебя сейчас. Сомневаюсь, что отпущу тебя в ближайшие пару недель.

Джини уже обнимала его за шею, а теперь обхватила ногами талию. Тру крепче прижал её к себе, и она уткнулась носом ему в шею. Развернувшись, он направился домой, а она просто крепко держалась за него.

— Ложись!

Джини ахнула и нырнула в кровать. Подушка с дивана разминулась с ней буквально на дюйм. Она упала на матрас, отскочила, и, улыбаясь, посмотрела на Тру.

— Не смешно.

Он усмехнулся, входя в комнату.

— Ты стала быстрее.

— Потому что ты постоянно кидаешься в меня подушками. Клянусь, я попрячу все в этом доме.

Он стянул футболку через голову и бросил её на пол.

— Я серьёзно отношусь к твоим тренировкам. Я поклялся всегда защищать тебя, но понял, что будет лучше, если ты и сама сможешь за себя постоять, в том случае если меня снова отправят в отключку.

— В Хоумлэнде безопасно. Катакомбы картографированы, выходы перекрыты, сигнализация по всему периметру. Мы сразу же узнаем, если кто-то пролезет. Каждую решётку заварили для большей безопасности. Думаю, вы ребята склонны перебарщивать.

— Ничего нельзя упускать, если это для безопасности наших пар.

Она поднялась и села, пока он стаскивал ботинки.

— Что происходит?

— Раздеваюсь.

— Это мне нравится. — Джини подвинулась к краю кровати. — Никогда не устану смотреть, как ты снимаешь одежду.

Он улыбнулся, выпрямляясь и расстёгивая ширинку.

— Зато на тебе её слишком много.

— Для чего? — Она похлопала ресницами. — У тебя что-то на уме? Ванна? Душ?

Он снял брюки и подошёл к кровати. То как он приближался было сексуально само по себе, а то, что был полностью возбуждён — стало ещё одним бонусом. Ещё одна вещь, на которую она никогда не устанет смотреть. Он добрался до неё и зарычал.

— Ты всё ещё одета.

— Потому что как только мы начнём целоваться, я обо всём забуду, а у меня есть пара вопросов.

Он нахмурился.

— Джастис сказал, мы можем оставить этот дом. Мы пара, нам нужно пространство. Общежитие для этого не подходит.

— Это я знаю. Джесси приходила, пока тебя не было. Она мне, правда, нравится. Пончики принесла.

— Я люблю сладкое. — Тру наклонился и толкнул её на кровать. — И я знаю, что люблю ещё больше. Тебя. — Он прижал её к матрасу и поцеловал в шею. — И знаю, кого хочу съесть. Тебя.

Джини рассмеялась, запустив пальцы в его волосы.

— Я же серьёзно.

— Я тоже. — Он поднял голову, задержав её взгляд.

— Они нашли её?

Выражение его лица изменилось, и она пожалела что спросила.

— Ещё нет. Борис отказывается выдавать местонахождение Подарка, а уж поверь мне — Даркнес был весьма убедителен.

— Борису нечего терять, кроме своей жизни. Он мерзкий злобный мудак.

— Он никогда не выйдет на свободу.

— Его перевели в Фуллер? — Она была не уверена в том, что это хорошая идея, учитывая, что он был директором Фуллер.

— Нет. Даркнес пока не использует свои самые опасные методы допроса. Борис слишком слаб, он не хочет рисковать и убить его раньше, чем добьётся результата. Но Даркнес не собирается сдаваться до тех пор, пока не получит ответ, или пока Борис не умрёт.

— Хорошо. — Она не чувствовала ни малейшего сожаления.

Он резко перекатился, теперь она лежала на нём.

— Хочешь, чтобы я отвёз тебя туда, где его держат, дал тебе стул и отправил в его камеру, посмотреть, что ты из него вытянешь? Ты бываешь свирепой.