Чтение онлайн

Дактилоскопист ушел, Клапп отправил полицейского за машиной, чтобы увезти труп в морг.

— Ты знаешь, кто он? — спросил Фесдей.

— Абрахам Низа. — К удивлению Фесдея, Эйприл сообщила ему верное имя. — Немного странное имя для него. В отеле мне сказали, что он связан с миром искусства. Кроме того, он известен в определенных кругах. Он испанский националист, из Мадрида, и прибыл сюда вместе с Рашке. Они участвовали в каком-то деле.

— А какого вида искусство?

— Кажется, картины. А ты что думал? Открытки?

Фесдей нахмурился.

— Бог знает, что он делал в Сан-Диего. Надо будет проверить в Мадриде. Прайор может знать. Хотя это ненадежно... — Он замолчал и посмотрел на Фесдея. — Так все-таки, Макс, зачем ты пришел сюда?

— Я же тебе сказал: я пришел посмотреть на мисс Эйприл Эймз.

— Это может навлечь на тебя подозрение как на соучастника, если мы найдем ее.

— А вы больше ничего и не можете сделать... Разве преступление прийти к женщине в гости? Надеюсь, ты не забыл, что недавно я добровольно зашел к тебе в кабинет? Почему ты так вцепился в меня?

— Ты, чего доброго, еще и меня заподозришь в соучастии, — засмеялся Клапп. — Скажи, Маке, как далеко ты заходишь, защищая своих клиентов?

— Я дорожу своей лицензией, — ответит тот.

Он приготовил рассказ для Клаппа, но увидел не то тело. В этом случае надо было лгать. Но Клапп достаточно умен, чтобы отличать правду от лжи. Надо быть откровенным с друзьями, но не с начальником уголовной полиции.

— Кое-что я могу сказать тебе, Клапп. Это старая, история. Оливер Артур Финч позвал меня, когда обнаружил, что его сын Мерлоз серьезно связан с этой Эймз. Его это обеспокоило. Ты же знаешь, как старик мог отнестись к ней.

— Да, продолжай.

— Лучше всего мне было проследить за ней прошлым вечером в Дель Маро... — Он добавил осторожно: — Еще не было восьми часов. — Клапп мог понять о существовании двух блондинок, одна из которых убила миссис Уистер, а Фесдей не мог рассказать ему обо всем, что случилось. Он не мог даже рассказать о происшествии в Тихуане. — Но я не нашел ее.

— Может быть, она следила за миссис Уистер? — предположил Клапп.

— Я не знаю, — сказал Фесдей. — Поэтому я и решил проверить по твоей картотеке. Кстати, ты упоминал о Гордоне Лараби. Эта Эймз была в его магазине, но я не видел, чтобы она что-нибудь купила. Это было вчера в полдень и сегодня утром.

— Гм... — пробормотал Клапп, постучав пальцами по столу. — Рашке был связан с Лараби. Теперь эта паршивая девчонка. Тело найдено в комнате Эймз. Здорово все связаны.

— А что насчет Лараби? Ты видел его?

— Он связан с правительством, один из лучших знатоков произведений искусства и античных вещей в Южной Калифорнии. Но его трудно «достать». В налоговом управлении говорят, что он очень осторожен и следит за чистотой своего имени. Купил недавно какую-то вазу тысячелетней давности, потом Шекспира...

— Может быть, попробовать действовать с его помощью? — спросил Фесдей, вспомнив о том, что он видел на террасе.

— Пока не стоит. У него слишком большие связи в городе. Я послал одного человека в его магазин, а другого к нему домой. Мы немного посмотрим за ним.

— Не будь таким самоуверенным.

— Это не обычное убийство, Макс. Человек не станет рисковать головой просто так. Здесь что-то кроется.

Открылась дверь, и в комнату вошел высокий светловолосый мужчина без шляпы. Это был Джим Крейн.

— Хелло, Фесдей, — поприветствовал он Макса.

— Что нового? — спросил у него Клапп.

Крейн тащил за собой четырехколесную тележку. Он поставил ее посреди комнаты, закрыл за собой дверь и вытер лоб.

— Я нашел эту штуку в подвале. Один посыльный — я записал его имя — обнаружил ее час назад на шестом этаже. Она стояла возле служебного лифта.

Клапп хмуро смотрел то на тележку, то на своего помощника.

— И что же? Это отельная собственность?

— В том-то и дело, что нет. Посыльный обнаружил ее, когда нагружал мешок для прачечной. Он ее не трогал. А где дактилоскопист?

— Я отпустил его, — сказал Клапп; — Надо вызвать его снова.

Трое мужчин склонились над тележкой. На ней лежала рама от картины размером 30 х 40 дюймов. Самой картины не было.

— Картину сняли недавно. Видимо, торопились, — сказал Клапп. — В одной руке тащили картину, в другой — тело...

— На ней нет ни одного кровавого пятна.

— На шестом этаже был номер Рашке, — пробормотал Клапп.

— Нет, — объяснил Крейн. — Я снова обшарил комнату 628 и не нашел там места, где могла бы висеть такая большая картина.

Фесдей молчал, пока оба полицейских осматривали пустую раму. Замечание Крейна подсказало ему, что зеркало, которое лежало под кроватью в номере Рашке, снова висело на стене. Когда он и Эйприл выходили из его комнаты, тележка стояла у служебного лифта. Там была горничная. Видимо, это она что-то делала с тележкой.

— Я думаю, пора идти домой, — сказал он. — А вы?

— Иди, — отозвался Клапп. — Я не собираюсь задерживать тебя. Пока у меня нет для этого оснований.

— А ты ждешь, что они появятся?

— Все будет зависеть от тебя. Я тебе сообщу.

Пятница, 24 декабря, 7.15 вечера

— Это телефонная служба? Говорит Макс Фесдей. Скажите, мне звонили сегодня?

— Одну минуту, мистер Фесдей. Слушайте. Вам на службу звонил мужчина в пять минут второго. Он не назвал себя и не сказал, когда будет звонить снова. Четыре раза вам звонили в шесть часов. Звонила одна и та же женщина. Она также не сообщила своего имени, но так хотела поговорить с вами, что я дала ей номер вашего домашнего телефона. Правильно, сэр?