Чтение онлайн

— Хватит болтать! — вмешался Питер. — Папа, приготовься переключить рубильник обратно после того, как я выбью мозги малышу Аззи. Ворон, как только магия вернется, положи всех этих парней. Кто не сдастся, конечно. Пускай они поплавают в собственном жиру.

Солдаты закостенели и посмотрели на Азраила. Некоторые незаметно вытащили ножи или начали медленно нагибаться к лежащему рядом оружию.

— Друзья! — воскликнул Азраил. — Вспомните, какие заклинания я наложил на вас. Вспомните, как вы пообещали воздвигнуть пирамиду из черепов внутри солнечного обелиска, который вы называете Вашингтонским Монументом! [88] Смерть — иллюзия. Выстою я или паду, вы должны сражаться. И помните, я буду помогать вам даже тогда, когда вы не увидите меня среди вас.

— Подождите, мистер Уэйлок, — сказал Пендрагон. Левой рукой он вынул из-под плаща небольшой черный прибор и, не поворачивая головы, бросил его через весь зал Ворону. — Мистер Вранович. Вы сможете вызвать ток, который позволит удвоить специфические колебания, генерируемые этой машиной в поле комнаты? Устройство испускает комбинацию частот, которая может стимулировать спазматические центры нервной системы.

— Не знаю, но попробую! — ответил Ворон.

Венди повернула и посмотрела на него. В первый раз за все это время их глаза встретились.

Ворон не смог прочитать их выражения и сказал:

— Венди! Моя любовь, мое счастье! Я не знаю, соврала ли ты Азраилу, когда сказала, что тебя не интересует, жив ли я или мертв. И я не прошу у тебя прощения…

— Надеюсь, что нет! — прервала она его.

Питер направил ствол своей М-16 на Азраила.

— Мы что, собираемся ждать, пока два голубка начирикуются, или пора начать стрелять?

Ворон, ничего не слыша, говорил Венди:

— …но если я выживу в этой битве, я расскажу тебе, как, потеряв любовь, я потерял и имя. И может быть, ты расскажешь мне, как я смогу получить его обратно, а? Я знаю, ты любишь счастливые концы.

Она крикнула сквозь слезы:

— Иногда ты такой глупый! Конечно, я люблю тебя!

— Ну, если нет ничего особенного… — сказал Питер и пустил очередь в Азраила.

Грудь Азраила де Грея превратилась в кровавое месиво, череп обнажился, и лицо провалилось внутрь, правая рука отделилась от тела — пули буквально изрешетили плечо. Труп отбросило на дальние перила балкона, потом он повалился вперед и замер на ковре в луже крови.

Рука перевернулась в воздухе, перевернулась еще раз и упала с балкона на пол большого зала, стукнувшись о него с глухим влажным треском.

Солдаты закричали и бросились в атаку.

Черный дым повалил из-под черного плаща Пендрагона, и он исчез из вида. Потом его оружие негромко прошипело шесть раз, и шестеро, уже почти перезарядившие свои автоматы, упали мертвыми.

— Не дайте им повернуть ключ! — крикнул какой-то солдат. — Без магии мы возьмем их на раз!

Брошенный нож вонзился в руку Лемюэля прежде, чем он толкнул рубильник. Боль оглушила и ослепила его. Ничего не видя, он попытался схватить переключатель другой рукой, но какой-то солдат схватил его и сбил с ног.

Трое, прыгнувшие на Питера, превратились в кровавое решето еще в полете, но их мертвые тела ударили в него и сбросили с коляски. В следующее мгновение нога в армейском сапоге выбила из его руки автомат. Питер вытянул вторую руку и сделал что-то ужасное из горла человека. Солдат, корчась, упал на пол, а Питер поднял автомат. Еще двое умерло, но тут у него кончились патроны. Человек с ножом, наклонившийся над ним, очень удивился, когда Питер сломал ему запястье, отобрал нож и воткнул в горло. Еще один солдат отступил назад, лихорадочно пытаясь перезарядить автомат. Питер расстегнул пояс, застегнутый на пряжку-нож, и бросил человеку в лицо. Глаза солдата полезли на лоб, когда по его щекам и носу потекла кровь, как если бы он мог увидеть нож, торчащий из его черепа. Солдат упал назад и замер.

Все, больше оружия у Питера не было. На него прыгнуло еще трое.

— Держи ключ! Держи ключ! — заорало несколько голосов.

У людей, бросившихся на Ворона, по-видимому ножей не было, поэтому они решили задавить его массой. К своему изумлению он обнаружил, что они не сильнее детей: он ломал их руки и ноги, спины и пальцы, и давил черепа, едва прикасаясь к ним. Очень быстро вокруг него никого не осталось, и он пошел к рубильнику прямо через толпу солдат, не обращая внимания на их слабые попытки вцепиться ему в руки и волоча за собой тех, кто повис у него на ногах, и в несколько шагов оказался у цели.

Человек, повиснувший у него на спине, резко взмахнул рукой, и Ворон почувствовал внезапный холод, по раненой шее потекла кровь, на рубашке образовалось огромное красное пятно. В глазах помутнело. Из рук и ног ушла сила, он упал на колени, дотянулся рукой до человека на спине и бросил его в стену с такой силой, что сломал ему ребра и спину.

Потом упал ничком и собрался умереть.

Тем временем уже множество голосов вопили:

— Держи ключ! Держи ключ!

Взвод солдат, успевших вставить новые обоймы, открыл ураганный огонь по газовому облаку. Но они не видели Венди, которая, крепко обнимая Пендрагона, вылетела вверх из верхушки облака, волоча за собой клубы тумана: Пендрагон, взлетая, успел выпустить еще несколько газовых гранат.

Пендрагон выпрямился и, удерживаемый напрягшейся дочкой, вытянул руку к рубильнику. Послышался глухой треск, из его черного рукава вылетел крюк на проволоке и зацепился за кольцо переключателя.

Два солдата дико бросились на переключатель и удержали его на месте, а один из них достал нож и перерезал черную металлическую проволоку крюка. Визжащая механическая катушка только опустила Пендрагона вниз, ближе к солдатам.

— Держи ключ! Держи ключ! — Уже почти все солдаты выкрикивали свой новый боевой клич.

Тем временем другой солдат, зажав горло Лемюэля локтем, выставил его перед собой и уперся в переключатель спиной. Теперь Пендрагон не мог стрелять. Когда же он поднял свой пистолет-пулемет, солдат с ножом дернул за проволоку. Пендрагон и Венди неуклюже полетели через воздух к нему, как пьяный воздушный змей.

— Ворон умирает! — закричала Венди. — Папочка, нам нужен лук Галена!

Пендрагон мгновенно ударил по кнопке сброса, механическая катушка вылетела из рукава и упала на пол. Папа и дочка, освободившись, взлетели и запорхали между стропилами.