Чтение онлайн

Дадли испуганно отшатнулся и попятился к двери.

– Он шутит, не боись, - суховато сказал Гарри, - проходи уже, раз уж пришёл. Садись.

Он первый сел на свою старую кровать, кивнув кузену на стул. Дурсль-младший с опаской глянул на слизеринца и, увидев, что тот беззлобно ухмыляется, осторожно присел на краешек выглядевшего очень ненадёжно стула. Драко быстрым шагом пересёк комнату и плюхнулся на постель, полуложась на подушки и как бы обвиваясь вокруг Гарри. Брюнет недолго думая облокотился на слизеринца и, внимательно смотря, как вытягивается лицо Дадли и ища в нём хоть малейшие признаки негативной реакции, чтобы немедленно выставить того за дверь, тихо спросил:

– Ну, и что же ты хотел знать?

* * *

– … и тогда я ему говорю: «Какой ты василиск? Да ты просто гадюка подколодная!» А он мне: «Гадюка??», и Риддл такой: «Да, да, а ещё он называл тебя земляным червяком!!»

– Гарри, ты ври-ври, да не завирайся!
– сквозь смех простонал Драко.

Они с Дадли вот уже четверть часа искренне ржали над историческо-пародийным представлением «Как я на василиска ходил» в исполнении Поттера. У гриффиндорца неожиданно проснулись таланты комедианта, и вместо мрачноватой и довольно-таки неприглядно истории получился весёлый и задорный этюд.

Партнёры рассказали Дадли, сначала неохотно, а потом со всё большим энтузиазмом про Хогвартс, Хогсмид, Косой переулок и про мир магов вообще. Из Дурсля вышел неожиданно благодарный слушатель: он не перебивал, изредка задавал уточняющие вопросы, а в глазах плескался живейший интерес. Правда у Малфоя складывалось впечатление, что парень не всегда понимал, о чём именно идёт речь, но переспрашивать то ли стеснялся, то ли боялся. То, с какой опаской он поглядывал на слизеринца, давало повод склониться ко второму варианту. Именно это наблюдение заставило Драко включиться в разговор, сначала - из желания видеть, как Большой Ди слегка вздрагивает всякий раз, как он заговаривает с ним, а потом - просто потому, что рассказывать кому-то о своей жизни, как ни крути, а очень увлекательно.

Наконец Гарри выдохся, а его Партнёр и Дурсль-младший отсмеялись. Все трое сидели с весёлыми улыбками на лицах, переглядываясь и улыбаясь ещё шире.

– Жаль, что мне раньше не приходило в голову с тобой поговорить, - сказал вдруг Дадли, склонив голову.

– Ну почему же, ты разговаривал со мной, - горько усмехнулся Гарри.
– Если «Прочь с дороги, очкарик!» и «Вали отсюда, придурок!» можно назвать полноценным общением.

– Я правда думал, что ты… - Большой Ди осёкся и с испугом посмотрел на хмурящегося Малфоя.

– Ненормальный?
– полувопросительно закончил за него Поттер.

– Ну да… - на Дадли было жалко смотреть.

– Если тебя это утешит, - улыбнулся гриффиндорец, - то я тоже считал тебя неполноценным. А ты вроде очень даже ничего. Только с родителями тебе не повезло.

– Причём крупно!
– с ухмылкой поддакнул Драко.

– Это я уже понял, - хмыкнул Дурсль.
– Но родителей не выбирают.

– Сам додумался или подсказал кто?
– не удержался от подколки Малфой, чем заработал укоризненный взгляд Поттера.

– В одной умной книжке вычитал, - нисколько не обиделся Дадли, так как прекрасно знал, что как бы то ни было, а умом он не блещет.
– Я, правда, только введение пока прочёл, но уже почти всё понял! Вот ещё пару раз прочту - и совсем пойму...

Дружный хохот огласил весь второй этаж и был услышан дядей Верноном, читавшим газету в своём кабинете. Он презрительно поджал губы и пробурчал что-то уничижающее.

А тем временем его сын задал вопрос, мучавший его на протяжении всех этих дней:

– Скажи, Гарри… Тогда, на поляне, мне ведь это не привиделось? Ты действительно превратился… - Дадли не договорил, но все присутствующие его прекрасно поняли.

Партнёры переглянулись, и Драко сделал приглашающий жест рукой. Гриффиндорец лениво встал и вдруг быстро прыгнул вперёд. Приземлился он уже на четыре огромные мягкие полосатые лапы. Обернувшись к кузену, он махнул хвостом и негромко рыкнул, что, по-видимому, должно было означать что-то вроде «Смотри и трепещи перед моим величием!». Затем Гарри-тигр подошёл к кровати и лёг у ног слизеринца, который тут же положил эти самые ноги на пушистую тёплую спину Очень-свирепого-хищника-Поттера.

Расширенными от удивления глазами Дадли, как в замедленной съёмке, наблюдал, как громадная клыкастая пасть приоткрылась, и широкий розовый язык скользнул по гладкой безволосой голени Малфоя. И видя, что Драко на мгновение зажмурился от удовольствия, Большой Ди выпалил первое, что пришло ему в голову:

– Слушайте, а вы что, правда ГЕИ??

Тигр издал звук, очень похожий на смешок, а слизеринец ухмыльнулся, погладил его по голове и ответил:

– Да, а что, проблемы?
– он выразительно выгнул бровь и добавил вкрадчивым голосом.
– А я тогда ещё и зоофил получается…

В этот день Дадли необыкновенно повезло. Он увидел крайне редкое в природе зрелище, которое, правда, не смог оценить в должной мере: огромный полосатый хищник-переросток явно бился в истерике, рыча и как-то странно похрюкивая. Пару минут Дурсль оторопело пялился на него, пока не понял, что тот просто смеялся. Причём делал это так заразительно, что Дурсль улыбнулся, а через несколько секунд засмеялся вместе с ним. И стало почему-то совершенно неважно, что тот человек, которого он знал всю свою жизнь, оказывается, умеет превращаться в тигра и спит с другим парнем, от одного взгляда которого прошибает холодный пот. Важно было то, что с этими людьми можно было вот так искренне, звонко и во весь голос рассмеяться…

* * *

– Нет, ты только посмотри на это!
– Драко счастливо улыбался, без труда заставляя кружиться вокруг себя шесть больших булыжников, используя энергию, плавно перетекающую к нему от гриффиндорца.

Гарри в образе тигра лежал на солнышке и уже совершенно автоматически собирал энергию у окружающих его деревьев. В зверином теле это делать оказалось намного легче: оно гораздо лучше чувствовало чужие ауры и, что немаловажно, могло их видеть.

Прошло две недели с того памятного разговора с Дадли. С тех пор он иногда заходил к ним поболтать, но только когда они сами его звали: однажды Дурсль сунулся к Партнёрам просто так, но встретивший его Малфой с перекошенным от ярости лицом и совершенно очевидной эрекцией под наскоро натянутыми брюками немедленно отбил всю охоту самопроизвольно нарушать покой парней.