Чтение онлайн

Долго ли, коротко ли, наша тарахтящая двигателями мотоколонна достигла цели, к которой направлялась. Цель эта находилась на приличном расстоянии от места моей несостоявшейся казни. Изрядную часть пути мы даже промчались с ветерком по хайвею. Мои загадочные похитители были уверены, что в этот час на нем нет ни военных, ни аборигенов, и это подкрепило мою догадку, что в наш поединок с «серым» вмешалась влиятельная третья сила. Такая, которая вела разведку маршрутов своего передвижения, а потом могла раскатывать по ним на технике и при оружии.

Обращались со мной, надо признать, гуманно: не били, не бранили, а все команды отдавали спокойным негромким голосом. Не знаю, изменилось бы ко мне отношение похитителей, начни я артачиться или драться – проверять это я не собирался. По крайней мере, пока не выясню, во что опять встрял и какая участь мне уготована. Доброе слово, оно ведь не только кошке приятно, но и мастеру фенг-чуй. Так что незачем доводить дело до побоев, когда в этом нет никакой нужды.

По прибытии на место мне первым делом вкололи какой-то препарат. Судя по всему – транквилизатор, поскольку я сразу ощутил слабость и нежелание ни с кем конфликтовать. Вместе с этим мне также захотелось излить кому-нибудь душу, рассказав во всех подробностях о своих злоключениях. Причем не важно кому. Это желание прямо-таки зудело во мне, и я был не прочь поболтать даже со своими конвоирами, да только вряд ли они снизошли бы до общения со мной.

Поскольку обычные транквилизаторы не обладают такими побочными эффектами, следовало догадаться, что мне заодно сделали инъекцию «сыворотки правды». Вопрос лишь в том, кого эти люди намерены разговорить: Мастера Игры или полковника Грязнова? Зависит от того, на кого они охотились. И если все-таки на первого, что было вероятнее всего, значит, им чертовски не повезло, ведь они схватили ненастоящего «серого».

После прививки я был вытряхнут из своей большой авоськи в стальной контейнер, похожий на те, в которых перевозят горилл и других крупных животных. Разве что в моей полевой тюрьме имелись нары, умывальник и биотуалет. Одна стенка контейнера представляла собой крепкую решетку, и тому, кто станет меня допрашивать, не было нужды рисковать, входя ко мне в камеру.

– Переоденьтесь! – заперев за мной клетку, велел один из конвоиров и указал на нары, где лежала оранжевая арестантская роба. Точь-в-точь такая, которую носят заключенные американских тюрем строгого режима. Малоприятное сравнение. Но я был не прочь сменить не слишком комфортный по моим меркам комбинезон Мастера на что-то человеческое и более привычное.

Мои похитители преследовали этим иную цель. Предполагая, что имеют дело с «серым», они отбирали у меня одежду, так как боялись, что она таит в себе множество сюрпризов. Например, невидимые глазу высокотехнологичные примочки, что помогут ее носителю скрыться. Опасение не было беспочвенным. Я тоже предполагал, что такие примочки в комбинезоне имеются. Жаль, никто не проинструктировал меня, как ими пользоваться, а не то я показал бы тут всем кузькину мать.

Переодевшись под пристальным надзором нескольких охранников и отдав им потенциально опасный комбинезон, я осмотрелся. Меня все так же окружал лес, но в просветы между деревьев поблескивала гладь какого-то озера. Главный ориентир здешних краев – Маунт-Худ – был отсюда не виден. Однако его белая громада отражалась в озерной воде. По ракурсу отражения я прикинул, что сейчас он возвышается у меня за спиной. А сам я и те, кто меня пленил, находились южнее вулкана; где находится север, я вычислил классическим способом – по мху на стволах вековых сосен.

Из всего этого можно было сделать вывод: меня доставили в самый центр зоны. К озеру Триллиум, на берегу коего и располагался черный разлом. Почему я так решил? Близ южного подножия Маунт-Худа было всего два крупных озера. Но до второго из них – оно называлось Баджер – нам пришлось бы петлять лесными дорогами еще как минимум полчаса.

Отлично! Мастер Игры, выдав себя за местного священника, подсунул кому-то свое тело, начиненное чужим разумом. А его партнеры по сделке, если судить по их оснащению, как раз за этим сюда и пожаловали.

Но кому могло понадобиться устраивать в зоне охоту не за пакалями, а за «серыми»?

Мне на ум приходил лишь один такой вероятный кандидат: российский Центр Изучения Катастроф. По крайней мере, у него имелись средства и связи, чтобы организовать такую дорогостоящую экспедицию. Как силами своих квестеров, так и силами местных наемников, причем самых высокооплачиваемых.

Уверен, мастера фенг-чуй владели множеством секретов побега из тюремных камер. Но пока все мои недавно приобретенные инстинкты помалкивали. Стараясь растормошить их, я начал прохаживаться из угла в угол, подобно изнывающему от скуки зверю в зоопарке. И разглядывать как бы между делом решетку, дверь и сварные контейнерные швы.

Увы, мой лимит спасительных идей был на сегодня исчерпан. Эти ребята приготовились к приему важного гостя на совесть и предусмотрели все мелочи. Разумеется, из числа тех мелочей, о которых они имели представление. Для настоящего «серого» этих мер, возможно, было недостаточно. Но для удержания в клетке меня их хватало с избытком.

Решив, что в ногах правды нет, я присел на нары и собрался немного отдохнуть. Но у моих новых хозяев были в отношении меня другие планы. И давать мне расслабляться они явно не собирались.

Охрана ни на миг не выпускала меня из поля зрения. За мной неотрывно наблюдало сразу несколько пар глаз, не считая, полагаю, скрытых видеокамер. Однако стоило возле клетки появиться невооруженному человеку в гражданской одежде, который приказал охранникам удалиться, как те, не сказав ни слова, тут же подчинились. Удалились они, должно быть, не очень, но в поле моего зрения их больше не было. Единственным, кто теперь стоял передо мной, был этот тип – на вид не слишком воинственный, но в глазах его читалась самоуверенность, присущая людям, наделенным большой властью. Даже у шейха аль-Наджиба, с которым мы полгода проработали бок о бок, не было во взгляде столь очевидного превосходства, даром что он имел немалое влияние на Ближнем Востоке.

В остальном этот подтянутый человек средних лет, носящий аккуратную прическу, выглядел довольно заурядно. Таким же, вероятно, казался ему и пойманный «серый»; тут я судил по собственным ощущениям, которые пережил, когда впервые увидел Мастера без шапочки-маски. Но если командир этого отряда понятия не имел, как зовут пленника, то я узнал того, с кем мне предстояло вести разговор. Это и был Кирилл Константинович Кирсанов – создавший ЦИК русский олигарх. А также – человек, с которым мы намеревались встретиться, чтобы продать ему наши зеркальные пакали. Только встретиться с ним мы хотели бы при других обстоятельствах. Впрочем, это уже не имело значения. Покупатель прибыл в Орегон, но вот пересекутся ли теперь его пути с продавцами – большой вопрос…