Шрифт:
– Андрей, мы выдвигаемся в бар, – Виктор без стука заглядывает в двери моего номера, – Праздник уже начинается.
– Идите-идите, а я сейчас покормлю Голливуда и тоже подтянусь.
Виктор подозрительно быстро испаряется, я же зову Голливудика. Тот хватает любимый мячик и, радостно виляя хвостом, подскакивает ко мне. Хитрый йорк никогда не начинает есть, не совершив давно установленный ритуал. И началом ему служит охота за швыряемыми мною игрушками…
Наконец, вдоволь набегавшись, он начинает символически обкапывать носом корм и лишь затем приступает непосредственно к еде. Когда горка сухого корма в миске значительно проседает, я спускаюсь в бар к своей команде…
Гулянья в честь открытия шестьдесят третьего межпланетного турнира по шахматам в полном разгаре. Но я ничуть не расстроен своим опозданием – никогда не любил обязательный начальный официоз. А теперь все, уже изрядно приняв на грудь, расслабляются по полной. Кто-то дико пляшет на танцполе, кто-то продолжает заливать в себя дармовую выпивку, а кое-где уже намечаются небольшие стычки – этакое сопутствующее развлечение каждого большого турнира.
Моя команда, полностью оккупировав один из банкетных столов, призывно машет мне руками. Как они умудряются заметить меня в этой танцевальной сутолоке и беспрерывном мерцании огней, совершенно непонятно. Не иначе, в нашей команде завелся еще один экстрасенс…
Я с трудом продираюсь сквозь толпу к своим.
– Э-э, гражданин, постой-ка, – кто-то неожиданно хватает меня за плечо.
Я оборачиваюсь. Рядом, слегка покачиваясь, стоят два красномордых битюга. Судя по комплекции, участники турнира по регби, проходящего в «Гранд Колизеум» параллельно с нашим.
– Что такое?
– Ты нас толкнул…
– Проблемы? – ко мне на подмогу подтягивается слегка подвыпивший Виктор.
– Гражданин, иди мимо, не с тобой разговаривают, – два искателя справедливости тут же наезжают и на кореша.
– Парни, исчезните, не надо вам искать проблем, – усмехается тот.
– Ты чего, паря, совсем сдурел? – непередаваемое удивление на зверских лицах меня изрядно забавляет.
Из-за стола, заметив намечающийся конфликт, начинают выбираться остальные члены нашей команды. И тут, как нельзя кстати, к регбистам подходит невысокий мужчина, наверное представитель их тренерского штаба.
– Что здесь происходит?
Красномордые слегка умеряют свою агрессию. Но, тем не менее, продолжают нервно дышать в мою сторону. Мужичок же подходит к нам.
– О-о, если не ошибаюсь, «Шахматные псы»?
– Они самые. И я бы советовал убрать ваших, а то лишитесь игроков еще до начал игр, – я дружелюбно киваю на готовых перейти в атаку своих ребят.
– Так, парни, – тренер, мгновенно сориентировавшись, обращается к бычарам, – Вы, дурни, на кого наехали? Это же шахматисты…
И я с удовольствием лицезрю, как вытягиваются до того круглые физиономии регбистов.
– А где ваш «Большой мастер»? – напоследок спрашивает тренер, – Хотел с ним познакомиться.
– Отдыхает, завтра игра, – вежливо отвечаю я.
Тот прощально кивает и, грубо схватив за руки своих подопечных, волочет их подальше от греха. Те, даже не сопротивляясь, дают себя увести подобру-поздорову.
– Пойдем, – тянет меня Виктор к нашим, – Голливуд поел?
И когда я молча отвечаю на вопрос кивком, комментирует мое опоздание:
– С тебя штрафная… Две.
На следующий день разминка проходит в обычном ритме. На празднике никто не перебрал, а остатки алкоголя легко выводятся через пот, что уже на пятой минуте льет с нас ручьями. Перед игрой требуется хорошо разогреться, и мы тягаем железо, что есть сил тянем свои связки и в разминочном темпе колотим боксерские груши.
– Давайте, парни, надерем сегодня «могильщикам» задницу, – между нами курсирует неугомонный Семеныч, по-тренерски заряжая нас энтузиазмом победителей.
Конец ознакомительного фрагмента.