Чтение онлайн

— А куда мы идем? — не унималась Ксения.

— Вон туда, — ткнул пальцем Алексей в приземистое трехэтажное здание с множеством окон. — Патрульные выскочили оттуда. Видимо, там что-то есть.

Быстро пересекают площадь, проходят сквер. Широкий пустырь, поделенный на участки пешеходными дорожками, стелется старым ковром. Лавочки для отдыха перетрудившихся чиновников сияют свежей краской и даже урны для мусора блестят белыми и голубыми округлостями, будто вазы для цветов. Здание финансового управления прижимается к земле, разбитые окна щерятся осколками стекла, в комнатах царит тьма.

— Чего мы остановились? — спросила Ксения и выжидательно взглянула на дом. — Вроде никого нет.

— Думаешь? — с сомнением в голосе произнес Алексей. — Дряпаться в обход не хочется, полверсты по кустам!

— Ну, так идем, чего стоять?

— Ладно, — кивнул Алексей.

Осторожно выходят из сквера. Небо очистилось от туч, солнечные лучи коснулись земли. Кремль, мгновение назад бывший мрачным и запустелым, словно крепость после захвата противником, как будто ожил. Молодая листва засветилась изумрудным цветом, над влажной землей возникла полупрозрачная дымка пара и тотчас исчезла под легким напором ветерка. Прогал в небе расширился, тучи отступили, солнечный свет затопил землю. Алексей идет первым, кроссовки глухо стучат по камням — дорогой гранитной брусчатки на пешеходные дорожки не пожалели. Ветер мягко гладит лицо теплыми ладонями, солнце слепит глаза, привычные к полумраку. Алексей хмурится, отворачивается от прямых лучей и ни на мгновение не отпускает взгляд от темных окон здания бывшего финуправления.

— Ты чего такой надутый? — спрашивает Ксения.

Девушка идет легко, подставляя лицо солнечному свету. Автомат глядит стволом в землю, ветер ворошит волосы, глаза радостно блестят.

— Не люблю открытые пространства. Мы ходячие мишени, — сдержанно отвечает Алексей, оглядываясь на сумрачный сквер. — Как тараканы на паркетном полу!

— Но никого нет!

— Это и странно! Не может быть, чтобы все попрятались.

— Ты только что перебил кучу народа, — напомнила девушка.

— А где остальные? Ты помнишь, сколько этого «народа» было прошлой ночью?

— Ну, карлик упоминал стадион…

Оглушительно грохочет пулеметная очередь. Выстрелы звучат, словно разрывы гранат. Воздушные волны бьют с силой механического молота, буквально сбивая с ног. До здания остается не более ста шагов, первый этаж дома скрывается в густой тени. Двери парадного входа широко распахнуты, в глубине холла пульсирует рыжее пламя, огненный язык тянется из тьмы, с козырька над входом осыпается штукатурка и бесследно исчезает в огне. Алексей припадает к земле, бросается в сторону, не забыв прихватить растерявшуюся Ксению. Катятся по земле, словно сухие листья, подгоняемые тугими порывами странного ветра, горячего и пахнущего окалиной. Словно в замедленной съемке Алексей видит, как высоко взлетают осколки гранита, фонтаны земли поднимаются на уровень второго этажа. Пулеметчик на мгновение сбивает прицел, ствол уводит, пули идут в сквер. Древесные стволы толщиной в руку взрослого мужчины переламываются, как сухие прутики. Кованая лавка из дюймовых досок буквально взрывается, разлетаясь в щепки.

— Что это такое!? — врывается в сознание истошный крик.

— Корд! — отвечает Алексей.

Хватает девушку в охапку и бежит к дому как можно быстрее.

— Какой еще на хрен «корд»? — спрашивает Ксения, прижимаясь спиной к стене. Оглушенная выстрелами, она не слышит саму себя и поэтому кричит, как ненормальная.

— Не ори! «Корд» — это крупнокалиберный пулемет. Кажется, нас ждали и готовились принять, как дорогих гостей.

Пулемет умолкает, наступает оглушительная тишина. Алексей оглядывается — распахнутое окно с выбитыми стеклами прямо над головой. Не раздумывая, бросает гранату. Взрыв срывает оконную раму «с мясом», металлопластиковая конструкция еще кувыркается в воздухе, а майор запаса уже прыгает с подоконника на пол. Хрустят осколки стекла, напольное покрытие щерится рваными дырами, в центре комнаты исходит вонючим дымом и пылью неглубокая воронка от взрыва. В помещении никого, но из коридора доносятся голоса, слышен топот. Алексей бросает вторую гранату, железный цилиндр с силой бьется в стену, отскакивает, как теннисный мячик. Граната кувыркается навстречу голосам, раздается истошный вопль. Грохочет взрыв, крик обрывается. Алексей бросается вперед. Коридор затянут дымом, клубы пыли медленно оседают вниз. В мутной дымке виден пулемет, сбоку свисает патронная лента, железные лапы треноги глубоко впились стальными когтями в пол. Станок круговой, на раме закреплено небольшое сиденье для стрелка. Пулеметчик поворачивает голову, взгляды встречаются. По лицу патрульного течет кровь из рассеченной осколком брови, тело сотрясает крупная дрожь. Коридор завален трупами, оглушенные взрывом раненые тяжело ворочаются на полу, пытаясь подняться на ноги. Стрелок поворачивает пулемет. Длинный ствол движется медленно, будто танковое орудие, патронная лента тихо звенит, задевая железными краями за стреляные гильзы.

Алексей стреляет навскидку, не целясь. Голова пулеметчика дергается, безжизненное тело валится на пол. В наступившей тишине отчетливо слышен голос Ксении:

— Немедленно вернись и помоги мне!

Алексей прислушивается, но из коридора не доносится ни звука. Закинув автомат за спину, возвращается в комнату. Оконный проем резко выделяется на полутемном фоне стены. Голова девушки торчит над подоконником, лицо искажено гримасой раздражения. Ксения поминутно оглядывается, дергается и машет руками, будто исполняет некий сложный танец со связанными ногами. Алексей садится на подоконник, выглядывает — так и есть! Девушка зацепилась за железный штырь боковым карманом. Кривая железяка держит крепко, не позволяя залезть в окно.

— Отцепись, — посоветовал Алексей.

— Что? Ты хочешь меня бросить здесь!? — задохнулась от возмущения девушка.

— Нет. Ты зацепилась, надо слезть с крючка!

Ксения прекращает трепыхаться, взгляд падает вниз, на злосчастную железяку, которая уже почти разорвала карман.

— Вот блин!

Освобождается от «захвата», отталкивается от земли обеими ногами и оказывается на подоконнике рядом с Алексеем, предварительно сложив руки на груди.

— Всех перебил? — как ни в чем ни бывало, спрашивает она.

Алексей вздохнул, окинул ловкую фигурку Ксении одобрительным взглядом.

— Вроде да. Но как-то слишком просто все.

— Просто? Да мы в шаге от смерти были!

— Здесь была куча народа, помнишь?

Девушка спрыгнула с подоконника, прошлась по комнате, выглянула в коридор. Обернулась, уважительно посмотрела на Алексея.

— Ну, испугались тебя, такого крутого и непобедимого!

Алексей вздохнул, покачал головой. В ладони появляется горсть патронов, пустой магазин торопливо щелкает узкой пастью, заглатывая блестящие цилиндрики.

— Нас с тобой нельзя перепрограммировать, согласен. Но, может быть, гипнотизеры были хреновые? А вот убить пулей так же легко, как и любого человека. Знаешь поговорку — один в поле не воин? Это действительно так. И то, что мы еще живы — чудо!

— Леша, о чем ты? Борис предал, перешел на сторону этих, — мотнула головой Ксения в сторону дворца губернатора. — Предупредил о нас… ну, о тебе. Здесь была засада. Появление трех придурков с голыми бабами в багажнике все испортило.

Алексей убирает полный магазин, берется за второй.

— Может, ты и права. Но у гринписа могут быть вояки получше этих, — кивнул он на коридор, заполненный трупами. — С ними будет туго.

Словно в подтверждение его слов раздался ревущий звук моторов. Алексей резко оборачивается, автомат прыгает в руки. Прямо через сквер, ломая деревья, вминая гусеницами в мягкую землю кустарник, движутся приземистые зеленые машины. Четыре бронированных чудовища на ходу перестраиваются в линию, фланговые машины ускоряют ход, строй наступающих изгибается подковой.