Чтение онлайн

Ламанча с интересом поглядывала на него.

— Кажется, я и твой вопрос — тот, что по части герпетологии — тоже знаю.

— Ну-ка? — поинтересовался Сергей.

— Почему даймондбэки предпочли бежать на лестничную площадку вместо того, чтобы уйти тем же путем, каким они и проникли в квартиру?

— Именно.

Наговицына подошла к Телешову вплотную и чмокнула его в щеку.

— Герпетология или нет, а вот по логике получаешь твердую пятерку.

Он расплылся в улыбке.

— Нет, ну серьезно — я ведь прав?

— Скорее всего, прав. Да, видимо, они пробовали бежать через трубы, но предпочли выбраться тем путем, каким и выбрались. На площадку.

— Значит — не мимо? Работает, значит?

— Похоже на то. Но время покажет.

Участковый Костя стоял на тротуаре четной стороны Казанской, на внешней стороне омоновского оцепления. Рядом с ним пристроился старик в спортивном костюме и осенней куртке-плащевке.

— Слышь, Костя, а не стреляют больше! — возбужденно проговорил он. — Чего ж, всех уже перебили?

Старлей вздохнул.

— Петрович…

— А?

— Ну шел бы ты домой, честное слово. Хозяйка уже заждалась. Чего ты здесь крутишься?

— Какая хозяйка, ты что. Я ж ее еще на второй день, после Ромео, да как радио про других рассказало — так на дачу ее и снарядил. Дуй, говорю, старая, от греха подальше. А чего, радио у нас там есть. Так что в курсе будет.

— Вот ты бы и сам.

— Чего сам?

— Дул. Туда же. Там бы в курсе и был.

Старик покачал головой.

— Не-е-е… Я ж на хозяйстве! Видал вон, народ сегодня погнали?

Костя нахмурился.

— Ты, Петрович, думай хоть, что говоришь. Кого погнали? Эвакуация была, люди шли, сознательно. В отличие от некоторых, не будем называть фамилию…

— Ну, эт неважно, эт хоть горшком назови. Эвакуация, перетрубация, комбинация… А могли ж и нас, верно я этот вопрос понимаю?

Участковый мотнул головой.

— Со старости у вас, что ли, такое занудство? Правильно говоришь, могли бы и вас. А вот свалил бы ты с супружницей своей на дачу — и поплевывал бы семечками возле радиоприемника, раз уж такой жадный до новостей. Тебя б оно тогда волновало, кого и куда эвакуировать будут?

— А как же? — изумился дед. — А хозяйство?

— Да у тебя хозяйства того — холодильник «Орск» да кот драный.

— Кошка, — уточнил Петрович.

Костя махнул рукой.

— Так чего, — не унимался старик, — постреляли, говорю, всех? Чего-то не палят больше?

В этот момент со стороны оцепленного треугольника грохнули два выстрела и, спустя несколько секунд — еще один.

Корзун, стоявший рядом с незнакомым ему спасателем, первым увидел змею. Прозевал он другой момент: он так и не понял, откуда она выползла, появившись на бетонном приступочке у дверей подъезда. Сверху или из подвала, дверь в который здесь, как и во всех остальных домах, была открыта настежь?

Однако в самый первый момент его это абсолютно не занимало. Пока второй МЧС-ник с двуствольным дробовиком, остолбенев, смотрел на огромного даймондбэка, лежавшего на бетоне и судорожно дергавшего головой во все стороны, Корзун уже передернул помповое ружье и всадил в гремучника один заряд, а потом и другой. Второй выстрел, похоже, перебил даймондбэку позвоночник. Змея забилась на месте, сворачиваясь в кольца и разворачиваясь снова. Корзун выстрелил в третий раз. Картечь разорвала тело рептилии пополам.

— Е… — выдохнул второй стрелок.

— Ага, — мрачно подтвердил Корзун.

К ним с разных сторон уже спешили Болтянский и Кремер.

— С почином, товарищи бойцы! — Майор-убойщик похлопал Корзуна по плечу. — Справно службу несут, а, капитан?

— Правильно несут, — согласился Болтянский. — Здоровая змеюка, а, Корзун?

— Ага, — согласился тот.

— Нормальная, — поправил Кремер. — Не больше других, уже знакомых.

Болтянский повернулся к нему.

— А много довелось видеть?

Майор с безразличным видом пожал плечами.

— Да пару-тройку штук. Такие же, в общем. Не Змей-Горынычи.

Капитан сплюнул.

— Вблизи они те еще Горынычи.

— Так а вблизи их рассматривать не надо, — сказал Кремер. — Не самое здоровое занятие.

— Да. — Болтянский снова сплюнул. — Кто бы об этом Володьке Полухину рассказал. До того, как он с ними вблизи…

Кремер направился к двум молодым ментам, стоявшим поодаль. Один из них сжимал в руке свой «Макаров», который выхватил после первого же выстрела Корзуна.

— Для чего пушка? — поинтересовался майор.

— Так это… — пробормотал сержантик, вертя пистолет в руках.

— Смотри, сынок, — мягко проговорил Кремер. — Сам видишь, связно ответить не в состоянии. А почему? Потому что не только слова, но и мысли скачут, обрывками да ошметками. А в таком состоянии оружие в руке — неполезная штука. Для окружающих в особенности.

Молодой мент тупо смотрел на него.

— Спрячь, — сказал майор. — Спрячь и застегни. Кобуру застегни. И руке своей на сегодня команду дай: к разработке самородка русского Николая Федоровича Макарова ни даже прикасаться. Почему — сейчас поясню.

Кремер сделал жест рукой, подзывая к себе милиционеров, стоявших у остальных подъездов. Когда вся группа собралась, он продолжил свою речь:

— Слушай сюда, голуби. Вот тут коллеги из МЧС работу свою делали — завалили, как и положено, змеюку. А наш с вами коллега — пальцем показывать не стану, мне его перед товарищами стыдить незачем — пушку свою тут же вынул и то ли размахивать ей принялся, то ли сама она от избытка адреналина в руке у него заплясала-запрыгала.

Он обвел взглядом притихших ментов.