Чтение онлайн

Еще не было такой игры, что вышла бы в свет без багов. Разработчики и не отрицают: любая сложная система выпускается с недоработками, которые устранятся уже в процессе эксплуатации. Выйдет первый патч, второй, третий – вот тогда и спрашивайте идеальную работу.

Я подсказал насчет болтовни мальчишек в чате, Аллодис настроил прогу, что вылавливает из любой переписки по ключевым словам нужное. Так в самом деле нашли и пофиксили туеву кучу багов. Сами ахали: как не заметили, мы ж здесь все перепроверили! А вот так, баг проявляется только при совпадении определенных условий. Месяц в какой-то локации может быть все в порядке, но вот туда впервые пришел паладин, и сразу же обвал: и геодаты сместились, и мобы бьют из-под земли и прямо из стен, и лут либо сыплется в немереном количестве, либо, напротив, исчезает прямо из рюкзака.

– Вот что значит, – сказал Аллодис уважительно, – когда в коллективе есть неспециалист. Самые оригинальные идеи порой подсказывает…

Я усмехнулся:

– Ладно-ладно, я знаю про «постучать в дурака». А вот насчет избиения НПСов в городах что-то делать будете?

Все помрачнели, я даже удивился, что такой пустячок может испортить настроение. У нас проблемы и посерьезнее, и потревожнее, а бьют НПСов – ну и пусть, это всего лишь упорядоченная группа пикселей… А все-таки неловко, это как отморозки лупят друг друга просто так, а интеллигентному человеку даже собаку ударить неловко, он ветку не сломает, фантик не бросит мимо урны…

Аллодис молча вывел на стену изображение центральной площади Гиркана. Гэйткипером стоит молодая женщина, и почти сразу же к ней подбежал один с двумя мечами и начал бить ее как отдельными ударами, так и комбинациями. Понаблюдав за ним, приблизился еще один, с огромным топором, ударил, потом подпрыгнул и нанес сокрушительный удар, вложив в него треть накопленной маны. Женщина только вздрагивает, ее трясет, как молодую березку, но с ее бессмертием убить ее трудновато, так что единственное, чего достигают мелкие ублюдки, – что ее трясет всю.

Скоффин сказал со злостью:

– Как удобно!.. Все равно что бить связанную.

– У него одна рука на мышке, – пояснил Аллодис, – а другая в штанишках.

– Думаешь, это из тех, что балдеют, избивая женщин?

– Ну да.

Скоффин пожал плечами.

– А я думаю, что избивает как раз потому, что не может. Только есть импотенты спокойные, а есть вот такие… Трахнуть не могу, так хоть морду набью!

Аллодис усмехнулся, я наблюдал, как он повернулся к своему столу и переключил на черный экран, где вскоре, повинуясь его пальцам, побежали странные значки, которые в старину сразу бы назвали рунами.

Я отсутствовал полдня, а когда вернулся, в офисе царит веселье, все ржут и посматривают на экраны. Везде разные локации, но все держат в центре НПСов: гэйткиперов, продавцов животных, семян, квестовиков, глав НПСовских гильдий. Аллодис быстро рассказал мне тихой скороговоркой, что им со Скоффином не просто надоело, но уже, так сказать, взъярило.

Написал крохотную прогу, вошел в шкуру НПСовца и дал сдачи. Причем дождался, когда начали лупить сразу трое, всех троих завалил с первых же ударов. Слух разнесся быстро, так что, если когда находится дурак, что пробует отрабатывать на беззащитном НПСе удары, вокруг сразу ж собирается толпа любопытных в предвкушении развязки.

Аллодис добавил пару параметров и поставил все на автомат. Теперь НПС, выждав чуть, наносит ответный удар. Скоффин заложил в каждого десять тысяч дэмиджа, так что даже самый лэвельный должен погибать с первого же удара. Это чтоб не успел отскочить, гад.

Ворпед, блестя глазами, азартно рассказывал:

– У нас тут прямо соревнование! Кто кого!

– Это как? – спросил я солидно.

– А самые азартные сразу ощутили вызов, начали расстреливать из луков, представляешь? Пришлось НПСов вооружить такими же луками…

Я спросил, уже догадываясь:

– И что, это ненадолго?

– Да! Пришли маги, у тех удар на треть дальше по дистанции, чем у лучников. Перебили половину НПСов, мы ж им по дурости убрали бессмертие! Пришлось спешно писать проги, добавляющие НПСам умение магов хай-лэвелов.

– Победа? – спросил я. – Или, как понимаю, у нас не самые тупые игроки?

– Опять ты прав, даже неинтересно. Группки магов и лучников ухитряются заваливать НПСов, действуя сообща. Одни стунят и рутят, а когда стунят трое хайлэвельных, то противостун пробивается с такой же легкостью, как капустный лист, другие морозят и замедляют движения НПСа, так что он успевает завалить одного-двух, а основная группа наносит сокрушающий удар. Конечно, убийство одного-двух – потеря, но это покрывается заработанным СП.

Кулиев сказал раздраженно:

– Ребята, что-то мы не тем занимаемся! Давайте я просто поставлю всем НПС режим бога, на этом и закончим.

Все смотрели на меня с ожиданием. Я вздохнул, развел руками.

– Я целиком «за», но этого делать нельзя. Пусть всегда остается возможность убить НПСа. Это придаст азарту самым сильным и настойчивым. Пусть ищут варианты, как обойти нашу защиту. Мы на этом еще и выиграем.

В помещении устойчивый аромат кофе, даже стены пропитались густым бодрящим запахом. Я разделся, в большом зеркале отразился поджарый молодой мужчина с усталым серьезным лицом. На столах рядом с клавиатурами чашки, блюдца – пустые, с булочками или печеньем. Никто даже не оглянулся, когда я топал ногами, стряхивая остатки снега с подошв.

– Вот так встречаете начальство, – сказал я с укором. – Нет чтобы выстроиться, сказать что-нить вроде «здра-жла-Ваше-Величество». Вам ничего не стоит, а мне приятно… Ребята, вы не заметили, что двухлетний аврал давно прошел, ночевать можно и дома?

Скоффин буркнул, не оглядываясь:

– Дома? А что это?

Николай все же развернулся вместе с креслом, лицо порозовевшее, то ли от кофе с булочками, то ли начинает приходить в себя после нашей добровольной каторги.

– А в самом деле… Смутно помню, но как в тумане…

– Хорошая память, – заметил Ворпед одобрительно. – Я тоже… иногда вспоминаю. Хотел было проверить, что это такое – «дом», но как подумаю, что на дорогу почти час в один конец, а утром снова час в обратную сторону… нет, это как-то непродуктивно.

От дальнего стола, где сгорбился Ворпед, вдруг раздались вопли и проклятия. Ворпед отшатнулся от экрана, потрясал кулаками. Когда резко развернулся вместе с креслом, все увидели его багровое лицо и трясущиеся в ярости губы. Это было так неожиданно, что мы скорее ожидали бы увидеть танцующий небоскреб, чем всегда улыбающегося и приветливого Ворпеда в таком гневе.