Чтение онлайн

— Ты как? — почти шёпотом спросил он, но девушка услышала.

Казалось, она держится изо всех сил, лишь бы только не расплакаться, и Аня просто кивнула в ответ, давая понять, что с ней всё в порядке.

— Присядем? — так же приглушённо спросил он, указывая на диван чуть поодаль, и Аня снова кивнула в ответ.

Они присели на расстоянии друг от друга, но Диме нестерпимо хотелось прижать её к себе, просто уверить её в том, что теперь всё будет в полном порядке. Всё происходящее кругом было каким-то далёким, словно он попал на сеанс немого чёрно-белого кино. Аня сидела, опустив голову, и только теребила край свитерка, в котором она и уехала из Финляндии два дня назад.

— Иди ко мне, — наконец, прошептал Дима и раскрыл объятия девушке, и когда она крепко прижалась к нему, только тогда смогла дать волю слезам. Её всхлипы перешли в судорожные рыдания, и дядя Слава обернулся посмотреть, а после дал знак официанту, чтобы принесли что-то спиртное.

— На, выпей, — протянул ей бокал Дима, чуть отстранившись, чтобы видеть её лицо.

— Мне было так страшно. Так страшно! — прошептала она, но всё же взяла бокал из его рук, который он придерживал, пока Аня не выпила всё до последней капли. А потом Дима отставил бокал в сторону и снова прижал Аню к себе.

Сегодня ради неё он готов был убить человека. Кем стала она для него? Он и сам пока не понимал, но он знал одно, — он не стал ненавидеть её за то, что вынужден был сделать. Он мог сколько угодно корить себя, но её он упрекать и ненавидеть права не имел. И если бы ситуация повторилась, сделал бы абсолютно то же самое.

Наконец, Аня затихла в его руках, но он всё ещё укачивал её, потому что не хотел тревожить её сон.

— Спит? — прошептал подошедший Вячеслав, указывая на девушку.

— Да, — так же шёпотом ответил Дима, — Дядя Слав, я…

— Не нужно ничего говорить, сынок. Просто выслушай меня. Вам с Аней придётся уехать, возможно, уехать отсюда надолго. А кто знает, может, и навсегда. Несмотря на то, что всё кажется улаженным, всякое может случиться, а вы с Аней влезли в это по самое «не балуйся». Поэтому закрывай все свои дела и улетайте. Италия, например, прекрасная страна, вам понравится.

— А как же вы?

— Ты думаешь, мы не сможем за себя постоять? У нас всё будет хорошо, не переживай.

Он встал с дивана и, похлопав Диму по плечу, улыбнулся ему и отошёл в сторону Влада.

А Дима сидел, не зная, что же он испытывает сейчас. Не знал, как скоро он сможет понять, что снова жив и что испытывает нормальные человеческие эмоции. Но он понимал только одно: он испытывает облегчение, облегчение оттого, что всё закончилось и что Аня сейчас рядом с ним. И что она будет его светом и дальше.

Из небольшого, но очень уютного домика, стоящего прямо на берегу моря, открывался потрясающий вид, и сколько бы Дима ни любовался им с балкона, казалось, что он видит эту величественную картину впервые.

Сегодня было ветрено и по морю то там, то здесь прокатывались белоснежные барашки, создавая впечатление, что это небесная гладь с пробегающими по ней облаками. Было жарко, но он уже привык к такой жаре и наслаждался ею. Как и наслаждался тем, что он сейчас был абсолютно счастлив.

Небольшой пляж, который они с Аней называли лагуной, и где частенько отдыхали, сегодня был полон народа. Но они и не собирались никуда идти, потому что Ане не здоровилось.

Дима глубоко затянулся и стряхнул пепел в стоящую на перилах пепельницу. Возможно, это жара так подействовала на жену, и он теперь зря беспокоился. Несмотря на то, что Аня выросла в климате Питера, который никак нельзя было назвать благоприятным, она могла плохо себя почувствовать, потому что порой столбик термометра достигал тридцати пяти градусов.

Не успел Дима подойти к двери ванной, куда ушла Аня, как та распахнулась и на пороге появилась Аня.

— Дим, — выдохнула она, и глаза её при этом светились счастьем, — Блин…Блин!! Ты не представляешь!

— Mio caro, a quanto pare, abbiamo accettato di comunicare solo in italiano [1] .

— Нет, любимый, сегодня явно не тот день, — Аня достала из кармана халатика продолговатую полоску и повертела её перед Димой, — Я хочу, чтобы у нашего ребёнка было русское имя, поэтому выбирать его мы будем, говоря на родном языке.

— Ребёнка? Но…Ты хочешь сказать, что у нас, что у тебя… — Дима не договорил, потому что просто не знал, что говорить и как выразить все, что он сейчас чувствовал.

— Да, у нас будет ребёнок! — прошептала Аня, прежде, чем он прижал её к себе. Прежде, чем в очередной раз ощутить — каково это, держать в объятиях любимую женщину, Дима успел понять только то, что на свете есть волшебство.

Это было настоящее волшебство, — его свет, который горел в ней, который смог осветить его душу, который смог вернуть его к жизни. И Дима знал, что и он в ответ, всегда будет гореть для неё таким же светом…