Чтение онлайн

— Ты…уверен?

— Конечно. Я лечился на протяжении пяти лет, у лучших врачей столицы. Последний раз, проходил курс в одной из клиник Германии, три года назад. Препарат вводили экспериментальный. Среди побочных эффектов числился и летальный исход. Я рискнул. И ничего. С тех пор, смерился со своей участью.

Лера чувствовала себя очень странно. Слишком заторможено, что ли. Но, понимала она все. Все! Его нежелание заводить семью, в том числе. Дышать стало больно.

— Расслабься! Я буду рядом, пока нужен тебе. Как только захочешь уйти и создать свою семью…

— Замолчи! — Рявкнула во всю мощь своего голоса. — Что ты такое говоришь? Я же тебя люблю! Тебя, придурок!

Герман наклонился так, что они соприкоснулись лбами.

— Это сейчас ты так думаешь. Но, пройдет пять лет…десять, и…

— Ничего не изменится. Я все так же буду…

— Нет! Эта свадьба не состоится. Родители ничего не знают, потому и настаивают. А раз уж отец анонсировал нашу помолвку, придется…подыгрывать им, некоторое время. До окончания тендера…

В ушах зазвенело, и ее эмоциональную плотину прорвало. Ноги совсем не держали. Непременно рухнула бы на пол, благо Давыдов вовремя подхватил на руки и поспешил опуститься с ней на кровать. Девушка же, свернувшись калачиком на его коленях, закатилась в голос. Последний раз она так рыдала, разве что, на похоронах матери. Сердце кровоточило.

— Ну, все! Успокойся. — Герман крепко прижимал к себе, баюкая, как ребенка. — Перестань! Наизнанку же меня выворачиваешь.

— Из-за меня все! — Причитала хрипло. — Из-за меня.

— Не выдумывай.

— Если бы не отдалась тебе той ночью, не пришлось бы потом спать с ней, чтобы забыться. Был бы здоров.

— Мы не можем этого знать.

— Плевать! Я…я хочу быть твоей! Всегда.

— Не искушай меня. Не надо.

— Буду. Каждую секунду своей жизни, буду.

— Дьявол! — Ругнулся, перекладывая девушку на шелковые простыни. — Я же не железный, Лера. У меня нет сил, тебя отговаривать. А потому, мы поступим следующим образом. Сейчас я уеду в свой строящийся дом, и поживу там несколько дней. В мое отсутствие, у тебя появится время, все хорошенько обдумать. Взвесить. Спокойно, и без моего давления. И если, в конечном итоге, ты будешь желать все того же…приедешь ко мне сама.

Герман уехал, как и обещал. Оставил одну, дав возможность хорошенько подумать. Взвесив «за» и «против», принять взрослое самостоятельное решение. Только, как его принять, когда от чувства вины сердце щемит. И это не просто слова! Каждый глубокий вздох отзывался тянущим спазмом за грудиной.

Поначалу, когда дверь за ним захлопнулась, ее обуял первобытный ужас. Некая паника, не поддающаяся контролю, сдавливала подобно многотонному гранитному булыжнику. Как букашку, прижимала к земле. Голова шла кругом. Казалось, вот-вот разорвется в клочья черепная коробка, от того, как быстро мысли сменяли друг друга. И одна из них являлась доминантной.

Как? Вот как объяснить отцу, что родных внуков у него никогда не будет?

Девушка живо представила их беседу. В красках.

— Папа, а любящий мужчина способен принять чужого ребенка?

— Это редкость, Лера. Большая редкость. Я любил твою мать, но чужого ребенка…нет. Даже я не смог бы, вероятнее всего.

— Цинично!

— Честно!

Вот так, проведя несколько часов в борьбе со своей агонией, поняла, что безмерно благодарна Герману за уединение. За призрачный шанс — иллюзию выбора. Выбора, который сделала еще десять лет назад. И который подтвердила вновь. Сейчас. Да, всегда, черт подери! Она выбирала этого мужчину всегда.

Ее внутренняя бунтарка надрывала глотку, вопя во всю мощь голоса, что в мире существуют тысячи бездетных пар. Тысячи! Если такова судьба, пусть их станет на одну больше!

От подобной мысли как-то полегчало. Попустило. Впрочем, возможно то был временный эффект от капелек Маргариты Алексеевны, которые она почти силком заставила выпить, найдя Леру рыдающей прямо на кровати. Сразу же после отъезда Давыдова. Оно и к лучшему, ведь лекарство сделало свое дело. Уже засыпая, фактически на ее руках, Спирина пробубнила, успокаивая и взволнованную женщину:

— Герман…сделал мне предложение. Ну, почти! Он не сбежал, не думайте. Просто уехал, чтобы никак не повлиять на мое решение.

— Так, где же он сейчас, милая? Ты знаешь?

Сообщить измотанной переживаниями матери, что ее чадо втайне от семьи, построило свой дом, и в ближайшее время собирается съехать из родного гнезда? Нет, спасибо!

— Знаю. — Шмыгнула забитым носом. — Сказать не могу.

Тяжело вздохнув, Маргарита трепетно провела рукой по ее волосам.

— А ему… что ты ему ответишь?

Что люблю! Ничего нового.

— У меня еще есть время подумать.

Ночью Лера практически не спала, беспокойно метаясь с бока на бок. Общее состояние сильно напоминало банальную ломку. Только вот в качестве замены героиновой зависимости выступал сам Давыдов. Вернее, отсутствие такового рядом. Девушку бросало то в жар, то в холод. Пульс зашкаливал. Временами даже подташнивало. Противная испарина покрывала кожу, пробуждая к жизни тысячи крупных мурашек.

Гадко!

Ей не хватало его тепла. Рук. Запаха. Дыхания. Биения сердца. Хрипловатого шепота. Сонного. Страстного. Любого. Господи, да всего Германа и не хватало! Кто узнает — не поверит, но задремать смогла лишь в ЕГО спальне, удобно расположившись в ЕГО постели, и плотно закутавшись в ЕГО халат.

И чтоб ей провалиться, если это ничего не значило!

— Станислав Юрьевич, мне нужен отгул!

Валерия влетела на кухню, точно ополоумевшая, едва не опрокинув стоящую у двери пальму. Слегка придержала рукой, чтобы растение вернуло себе утраченное равновесие. Чета Давыдовых мирно уплетающая ароматный завтрак, уставилась на нее…мягко говоря, странно.

— Плохо себя чувствуешь? — Иронично изогнул бровь Давыдов.

Очень смешно!

Лера закатила глаза, и уперла кулаки в бока, для пущей серьезности. Конечно, в данный момент она выглядела забавно, точь в точь как взъерошенный воробей, да и бессонная ночь наложила свой неизгладимый отпечаток в виде темных кругов под глазами, но на здоровье не жаловалась.

— Нет. Я в порядке.

— Случилось что-то? — Продолжал допытываться, вынуждая ее терять терпение.