Ты для меня?
Шрифт:
Неужели? Та самая, которую сделал для его жены частный детектив?
Желудок зашелся болезненным спазмом, угрожая вывернуться наизнанку.
— Я…не, — проблеяла через силу. — Боже!
— Т-с-с-с! — Накрыл губы Спириной указательным пальцем. — В том нет твоей вины. Все произошло внезапно. Сначала факс, с отказом. Следом, видео интересного содержания. Лера, я обезумел в тот момент. Готов был в голос выть! Ты…моя…под ним. Стонешь. Извиваешься. Он… берет тебя, как свою. О любви шепчет! С*ка! Думал, все…точно свихнусь. Так больно стало, Мелкая. Так…х*рово. Накрыло меня, в общем. В себя пришел, когда уже дел наворотил. Но, один черт, все никак понять не мог, когда успела? Во время командировки моей, или позже? Когда обоюдной верности добилась? В поисках ответов, включил снова. Потом еще. И еще. Наверное, круге на седьмом, смог более-менее абстрагироваться, и заметил твои волосы.
— Во…волосы?
— Да! На записи ты еще с натуральным цветом волос! — Машинально пропустил сквозь пальцы светлые шелковистые пряди. — Пожалуй, впервые порадовался твоему преображению в блондинку. Только благодаря этому и понял, что видео старое. А скинули мне его ни в качестве доказательства твоей измены, а как некую демонстрацию. Предупреждение. Заявление о том, что когда-то вы с ним были близки. В прошлом. Только свыкся с подобной мыслью…а тут этот звонок. И результаты проверки Логинова.
Да, уж! Бесспорно, у него имелись основания для сомнений.
— Герман?
— М-м-м?
Собрав всю волю в кулак, и глубоко вздохнув пару раз, тихо продолжила:
— Эти люди…опасны, и для достижения своих целей готовы на все. Даже на…подобную мерзость! Я не хочу больше недомолвок между нами…поэтому, лучше узнаешь от меня.
Черт! Как же тяжело. В глотку словно раскаленную кочергу запихнули.
— Не трясись, — слегка отстранился, с особым вниманием вглядываясь в ее бледное лицо. — Что бы ни натворила! Еще там, на сцене, понял болезненную истину — я способен простить тебе очень многое. Говори, как есть.
— Нет, — упрямо замотала головой. — Здесь другое. Дело в том…черт! Ты первый человек, кому в этом признаюсь…Гера, я ждала ребенка!
Шок, отразившийся на лице Давыдова, описать могла лишь одна фраза.
Исключительно матерная.
Не молчи! Только не молчи!
— А они…фактически отняли его, — продолжила, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Отец и жена Леонида.
Мужчина отчаянно зарычал. А после, отступая на шаг, с силой стиснул ладонями собственные виски. Внутри все сжалось, в ожидании реакции на столь болезненную для Германа новость.
— Как? — Прохрипел, изменившимся голосом. Руки, и те дрожали. — Как отняли?
— Очень просто. Я же не знала, что беременна. Не замечала изменений, происходящих со мной. После избиения Катериной оказалась в больнице. Меня чем-то пичкали, чтобы спала постоянно. А однажды, в палату забежала перепуганная медсестра, разбудила, и засунула под подушку ксерокопию моей истории болезни. Так и узнала, что у меня было прерывание беременности, на восьмой неделе. Обследовали, пока без сознания находилась, и все решили за меня. Переживала страшно, но…
— Иди ко мне! — Сгреб Леру в охапку, опаляя ее губы горячим дыханием. — Больше никто, слышишь, никто и никогда не причинит тебе боли. Я здесь, Мелкая. Я твой. Я вернулся!
Глава 56
— Лера! — Завопил маленький проныра, подрываясь с кресла, едва ее увидел. Стоило им с Германом появиться в кабинете Станислава Юрьевича, карандаши и рисование потеряли для Антона прежнюю прелесть. — Ты ожила? Дядя, смотри! Лера ожила!
— Вижу-вижу, — охотно подыграл Давыдов старший, — жива, здорова твоя Лера!
— А кто ее…спас и поцеловал?
— Герман! Видишь, какой он сильный?
«Мамин лучик» одобрительно закивал:
— Д-а-а! Он гадкий.
Разобраться в сложной детской логике не смогла, и буквально взорвалась от безудержного хохота, заключая хулигана в объятия. К слову, не остался равнодушным и глава холдинга — даже прослезился, вдоволь насмеявшись.
— Ревность…она такая! — Заключил в итоге, вытирая глаза тыльной стороной ладони.
— Я что-то пропустил? — Настороженно поинтересовался Герман, внимательно разглядывая всех троих.
Успевший удобно устроиться на ее руках ребенок, внезапно оживился. Выпучив глазенки, воскликнул:
— Лера упала!
Мужчина от его слов невольно нахмурился:
— Как…упала?
— Вот так!
Демонстрируя чудеса актерского мастерства, мальчуган с невероятной точностью изобразил находящегося в бессознательном состоянии человека.
— Мелкая?
Лишь неопределенно пожала плечами в ответ на его взволнованно-требовательный тон:
— Что? Я предупреждала — мой организм крайне странно реагирует на стресс!
— Обмороком?
— Видимо…
— Мы еще обсудим этот момент, — многообещающе кивнул, заставляя Леру чувствовать себя виноватой, за сокрытие информации о своем здоровье. — Отец, ты должен знать…
Дальнейшая их беседа носила исключительно деловой характер, и протекала под лозунгом — громкое происшествие в «ИнвестСтройТрест». Герман озвучивал родителю известные факты о Леониде, таким образом, полноценно вводя его в курс дела.
Лере ничего не оставалось, кроме как тихонечко засесть с Антошкой в дальнем уголочке, и не мешать. Пользуясь случаем, они удобно расположились на мягком уютном диване у окна.
— Зебра! — Довольный собственными познаниями в области животного мира, ребенок игриво указал пальчиком на ее темные, прилично отросшие корни.
— Верно, — ласково потрепала за щечки, — рассказать тебе секрет?
— Да…
Подобно галчонку, замер с разинутым ртом, в ожидании чуда.
— Если смыть с меня светлую краску, у нас будет одинаковый цвет волос.