Ты для меня?
Шрифт:
В полумраке кабинета он выглядел таким…порочным, что ноги предательски задрожали.
— Какого черта ты уставился на меня?! — Возмутилась, вновь. — Скачивай скорее, и пойдем отсюда! Если нас застукают…
— Будь так добра, — процедил мужчина сквозь зубы, — не используй в своих…стонах связку слов «Герман — быстрее»! И проблем не будет.
Уловив ход его мыслей, Валерия залилась краской:
— Да будет тебе известно…
Распахнувшиеся двери лифта, привлекли ее внимание. Внутри от страха все похолодело. Практически приклеилась к дверному полотну, выглядывая в крошечную щелочку.
— Герман, нам конец! Сюда идет Анна с каким-то…мужиком!
Давыдов описал ситуацию довольно красноречиво, одним единственным словом:
— Бл*дство!
И сама не заметила, как к нему подскочила.
— Что делать? — Вцепилась в мужской локоть мертвой хваткой. — Что будем…
— Уймись! — Строго. — Без паники.
Понимая, что данные на флеш-карту скачать не успел, Герман просто выдернул накопитель и спрятал в карман. Достав телефон, сделал несколько снимков прямо с экрана монитора. Затем, спешно вырубил блок питания, погружая кабинет во тьму.
Однако лунный свет, настырно пробивающийся сквозь окно, позволял им замечательно видеть друг друга. Шаги в коридоре становились все громче и отчетливее. Девушка нервно сглотнула, лихорадочно осматривая помещение.
Им не спрятаться! Это конец.
— Диван, — тихо шепнул Давыдов, — стоит не плотно к стене. Быстро тащи туда свой зад!
— А ты?
В ответ, мужчина схватил ее за руку, и поволок в указанном ранее направлении.
— Там грязно!
— Живо! — Процедил сквозь зубы, подталкивая в поясницу, а сам последовал за ней.
В буквальном смысле.
— Эй, а ну слезь с меня, сейчас же!
Мужская ладонь легла на лицо, перекрывая приток кислорода.
— Есть еще идеи? — Выразительно посмотрел прямо в глаза. — Ни шкафов, ни других диванов я здесь не наблюдаю!
— Ты меня раздавишь!
Привела последний аргумент незная, что пугает больше: страх быть застигнутыми на месте преступления, или же его внезапная близость.
— Ни звука! И прекрати…извиваться.
Лера замерла, пребывая на грани истерики. Мыслить трезво уже не могла.
Его запах дурманил.
Вопреки здравому смыслу, так хотелось прижаться губами к его мощной шее. Спуститься ниже, оставляя мокрый след.
Нет…нет!
Герман фактически уткнулся носом в ее волосы. Дышал медленно и глубоко, как если бы…насладиться пытался. Каждый выдох опалял кожу, вынуждая всякий раз покрываться мурашками.
— Ну, и пульс, Мелкая! Меня боишься, или себя?
Он откровенно издевался! Ситуация мужчину явно забавляла.
— За своим следи! — Тихонько гаркнула в ответ. — Дышишь так, будто это тебя, а не меня, к полу придавил здоровенный мужик.
— О! Выходит, я красивый — здоровенный?
— Ты — придур…
— Т-с-с! — Приложил палец к ее губам, заставляя замолчать.
В пьянящей тишине щелкнул замок. После чего, дверь торопливо заперли.
— Наконец-то, Аня!
Послышался сдавленный стон. За ним последовал смачный поцелуй.
— Давай, скорее! Покажи, на что способен.
Звук срываемой одежды. Определенно точно. Его ни с чем не перепутать.
Вон и бусины посыпались по полу.
— Теперь ты должен мне ожерелье, взамен порванному, сумасшедший!
— Не вопрос!
Лера шокировано вытаращила глаза. Все еще не веря собственным ушам, уставилась на Давыдова.
— Скажи…это же не то, о чем я подумала? — Произнесла одними губами.
Мужчина беззвучно застонал.
— Попадос!
Звуки примитивной страсти набирали обороты. С рабочего стола на пол полетели папки с документами.
— Ты прекрасна! Давай, раздвинь ножки…покажи себя.
Вероятнее всего, просьбу Анна выполнила, потому как ее напарник заурчал в голос.
— Аня…так держать. Какие щелочки! Мой Бог! И складочки…влажные. Ты сводишь меня с ума.
— О, да, Миша! Вот так! Хорошо. Оближи меня! Оближи всю!
Лера стала пунцовой, сгорая от стыда и неловкости.
Лицо полыхало. Пульс зашкаливал. Дыхание рваное. Поверхностное.
Боже! Как после подобного в глаза ей смотреть?
Не правильно. Вместе с тем порочно, и дико возбуждающе. Столкнувшись взглядом с Германом, и вовсе дышать перестала.
Все видел. Все понимал.
Он внимательно наблюдал за ее реакцией. С прищуром. Как хищник за жертвой. На самом краю. Перед прыжком. В его глазах сверкала неизведанная черная бездна. Завлекала. Манила. Притягивала.
Затуманенным мозгом осознала вдруг, как сильно Давыдов возбужден. Как тяжело дышит. Как нетерпеливо стискивает в кулаке ее локоны.
— Да, Миша! — Взвыла от удовольствия Анна Александровна. — Тр*хай меня! Куда только пожелаешь! Да, черт бы тебя подрал!
— Не переживай, Анечка, я везде побываю!
Это уже слишком, для нее! Конкретный перебор!
Огнем полыхала. Стала столь влажной, что и признаться страшно. Стыдно.
Конец! Это конец!
Давыдов принял решение. Вынес приговор.
И гори все синим пламенем.
Его рука медленным, но уверенным движением поползла вверх по ее оголившемуся бедру, сбивая и без того задравшийся подол платья еще выше. Сердце ухнуло вниз. Внутренности узлом скрутило от нахлынувших эмоций. Герман замер всего на пару секунд, ощупывая пальцами кружевную ленту от чулок.