Чтение онлайн

С этими мыслями я покинул ванную и сразу же обнаружил, что мой телефон захлебывается от звонков. О, дорогая мамуля. Вот так всегда – стоит о ней вспомнить, и она тут как тут.

– Ну с добрым утром, – проворчал я.

– С добрым ли, Никита?

Я промолчал. Вот откуда матери всегда всё знают про своих детей?

– Короче, давай дуй ко мне. Я тебя восстановлю. Заодно поболтаем.

Уже спустя двадцать минут я мчался на своём железном коне по улицам Москвы. Решил, что и позавтракаю у матери на работе. Она владела несколькими элитными спа-салонами в городе. В этот бизнес маман вложила половину от полученных при разводе с моим отцом денег. На оставшуюся сумму умудрилась приобрести себе квартиру на Кузнецком Мосту и коттедж в ближайшем Подмосковье. Этот коттедж я частенько использовал в своих любовных делах.

Мама встретила меня уже с чашкой горячего капучино, приготовленного специально для меня. Расцеловала, поморщилась, глядя на мою щетину.

– Кира, – она обратилась к одной из своих сотрудниц. – Мальчику нужно чуть подровнять волосы и убрать это безобразие с лица.

Поглядела на меня.

– Выглядишь ты неважно, Никит. Работы много?

– Нет, вчера засиделся допоздна в клубе.

– Ничего, сейчас тебя приведём в порядок. Массажик, масочку для лица…

Я посмотрел на часы.

– Мам, у меня нет столько времени, чтобы надолго расслабляться. К тому же я ещё не завтракал.

– Ой, – она схватилась за телефонную трубку, с намерением позвонить в ближайшее кафе и заказать там еду с доставкой.

Я только вздохнул.

Слава богу, Кира жестами приглашала меня пройти к ее креслу.

Пока девушка колдовала над моим внешним видом, я обдумывал одно дело. Молодой парень влип в неприятности с деньгами. Случай, казалось бы, выеденного яйца не стоил, но потом все жестко закрутилось. Именно так, как мне нравилось. Обожаю распутывать сложные дела, докапываться до сути и выстраивать такую линию защиты, чтобы уж точно никто не сломил. Кстати, этот парень был одним из бесплатных клиентов, которые у меня все-таки имеются. Деньги не всегда важны – репутация зачастую дороже.

В то время, как я решал как лучше провести защиту одного из своих клиентов, Кира освежила мою внешность. Она обычно молчит – знает, что я занят своими мыслями. Сняв с меня накидку, женщина улыбнулась.

– Ну вот, Никита Антонович, теперь вы свободны.

– Спасибо, – я удовлетворенно поглядел на себя в зеркало.

Увидел в нем отражение своей мамы, спешащей ко мне.

– Никитушка, массажик сначала или позавтракаешь?

– Массаж.

Мне нужно было дополнительное время, чтобы закончить продумывать дело этого парня.

Мама усмехнулась. Она слишком хорошо меня знала.

К черту все!

Хлопнула дверью и прислонилась к ней спиной. Горло сжималось от слез, которые я усиленно пыталась сдержать. Никогда не думала, что у моего отца может быть что-то серьёзное с этой надушенной квочкой. Теперь я понимаю, почему в последнее время он таскал меня на все эти светские приемы. Найти мне подходящего жениха! Ну не средневековье ли это?

Я оглядела свою комнату, белую, идеально убранную, такую похожую на кокон для гусеницы. Или для бабочки? Ах, как же хочется улететь отсюда! Не видеть зажратые физиономии всех этих снобов.

Я опустилась на пол, закрыла лицо руками.

Почему-то вспомнила свою маму. Даже не знаю, скучала я по ней или нет, но, наверное, мне все-таки ее не хватало. Я вообще ее не знаю, да и помню довольно смутно. Мне было лет семь, когда она бросила отца и меня. Я не совсем понимаю тех женщин, которые рожают детей, а потом бросают их на произвол судьбы. Таких я называю зайчихами.

Маме моей грех было жаловаться на что-либо. Знаю, отец ее очень любил и страдал, когда Галина, так её звали, ушла.

Помню ли я тот день? Помню ли свою мать? Смутно. Все воспоминания, как серая кинолента. Отрывками. Вот сижу и пилю гаммы на пианино. Болят кончики пальцев. Галина подходит, закрывает крышку, снимает меня со стула и несёт в спальню. Я плачу. Ненавижу пианино. А она грустно улыбается и вытирает слезы тёплыми ладонями с моего лица.

А вот лежит рядом со мной и при свете ночника читает мне сказку Ершова про конька-горбунка.

Ещё помню, как мы куда-то едем с ней в метро. Она немного нервничает, все время оглядывается и прижимает меня к себе. Она такая тёплая, и мне уютно и спокойно.

Вот и все, что мне осталось в наследство от этой женщины.

Ну все, все, нечего сопли и слюни размазывать. Надо действовать наперекор им всем! Хотели из меня сделать безответную скромницу? Нетушки. Я просто так не сдамся!

Так я думала, не мигая глядя в окно, за которым уже переливался оранжевым закатом московский вечер.

Вскочила с пола. Решение было принято.

Я открыла дверцы своего гардероба и вошла внутрь. Дизайнерская одежда от самых крутых кутюрье – скромные платья, брюки, юбки висели рядами, призывая мое тело облачиться в одну из этих вещей. Я прошла дальше, где находились любимые мной шмотки, которые так не одобрял папуля. Лайковая косуха, рваные джинсы, платья-коротышки.

Уже через полчаса я сидела перед зеркалом и наносила последние штрихи макияжа на своё лицо, одновременно заканчивая телефонной разговор с моей приятельницей Магдой.

Договорились, что она заедет за мной на новеньком «Гелендвагене» своего отца.

Последний раз бросила взгляд в зеркало на себя. Как всегда, хороша! Не понимаю, почему отец хочет выдать меня замуж за каких-то уродов, пусть и с деньгами? Неужели нет предела человеческой жадности?

В вестибюле наткнулась на нашу горничную. Увидев меня, она ахнула. Наверняка получила указание от отца – следить за каждым моим шагом. Я подмигнула ей и, открыв дверь, вышла на улицу.

Машина Магды уже стояла за углом. Подруга прекрасно знала, мне не поздоровится, если отец узнает, что я уехала с ней. В столице о Магде ходила слава крутой и отшибленной на всю голову стритрейсерши. Мне нравилось проводить с ней время. Особенно, когда я была зла на своего родителя, и мне хотелось ему досадить.

Магда завела двигатель, взвизгнули покрышки, и мы начали наше вечернее приключение.

Московские улицы яркими полосами проносились мимо. Подруга врубила на всю катушку стерео, открыла окно. Мои волосы били меня по лицу, попадая в рот, прилипая к ресницам. Мне было все равно. Замечательно! Адреналиновый кайф. Я покосилась на Магду. Лицо девушки словно светилось. Она жила этим. Вот оно счастье – полет во времени, ощущение свободы.