Ты моя, Пушинка!
Шрифт:
– Мелкая дрянь!
В следующий же момент та самая ручка оказалась вонзенной в бедро Карины и она завыла от боли так надрывно, что у меня едва сердце не остановилось из-за страха. Я не поднялась на ноги – но поползла прямиком к стонущей сестре.
Резкий выброс адреналина в кровь придал сил, я в мгновение ока оказалась с сестрой и, увидев хлещущую кровь из бедра, впала в еще большую панику.
– Ты же задел ей артерию, – простонала, не оборачиваясь к Астахову.
Но на мне ни пояса – ничего, чем бы можно было перетянуть рану. С силой схватилась обеими руками и сжала так отчаянно сильно, что потемнело перед глазами. Не видела и не слышала больше ничего. Только собственные всхлипы и жалобное скуление сестры.
Кто-то потянул меня, но я вцепилась в Карину мертвой хваткой, потому что от этого зависела ее жизнь!
– Дан! – заорали у меня над ухом и я оживилась.
Не голос Астахова, поэтому обернулась, но слезы затуманили взор. Ничего не видела перед собой…
– Кто? – только и смогла выпалить перед тем, как меня окутало теплотой со всех сторон.
Ладони сами разжались, и я отпустила сестру. Потянулась за спасительным ароматом и теплом, что наполнял каждую клеточку. Оживлял ее и насыщал ценным кислородом. Но даже на грани обморока я все еще помнила о сестре:
– Карина…
– Т-ш-ш, Рус ее отвезет в травму.
Больше мне ничего не нужно было – тело расслабилось, как и помутилось сознание…
Словно сквозь вату в ушах слышала практически одно и то же: «Девочка моя, люблю тебя, не отпущу. Моя Пушинка… Прости меня… Сейчас будет тепло…»
Тепло… тепло и хорошо было уже, но язык будто онемел, я не в состоянии была ничего сказать. Как и раскрыть глаза, чтобы увидеть, что происходит. Нас спасли? Хорошо бы, если так.
Новое пробуждение было не таким мутным и болезненным, как предыдущее. Но появились другие, совсем неприятные признаки: ломота в теле и дикая головная боль. Кажется, я заболела.
Зашлась резким кашлем и рядом сразу очутился любимый. Ведь его запах окутал меня в спасительный кокон. Дан обнял так крепко, что, клянусь, услышала стон ребер.
– Ты очнулась, наконец-то!
– Наконец-то? – тяжело прохрипела из-за боли в горле.
Чувство, будто его наждачкой потерли, пока я спала.
– Почти сутки спала. У тебя поднялась температура до сорока. Гребанная ангина!
– Оуф… – так вот, почему ломит все тело.
Я уже и забыла, когда в последний раз болела… Ведь восполнила дефициты и подняла иммунитет. Но видимо, стресс и холод больно ударили по организму, да и не удивительно.
– Погоди, а Карина? Что с ней? – я вцепилась в руку Дани, а он кивнул с улыбкой:
– Все в порядке. Воюет с Русом. Ты разве не слышишь?
– А?
Уставилась на него, как на дурачка. У нее кровь фонтаном хлыстала из бедра, какая война? Ей же…
Мысли оборвал грозный вскрик снизу, и я напряглась. Не нужно было прислушиваться, сестра орала так, будто стояла прямо за дверью:
– Если ты еще хоть раз попытаешься в меня запихнуть эту дрянь, то я заставлю тебя самого ее сожр…
Все умолкло как-то слишком резко, и тишина показалась зловещей. Я с непониманием посмотрела на Даню, а он выдал с ухмылкой:
– Видимо, Рус нашел, как запихнуть ей в рот лекарство.
Что-то дьявольское загорелось в его зрачке и мне это совсем не понравилось. Ну а последующий звук резкой пощечины все расставил по местам. Как и возмущение сестры:
– Я даже не знаю, что противнее: лекарство или твой поцелуй.
– А почему Карина здесь? – уточнила, хотя догадывалась.
– Потому что она не хотела оставлять тебя одну.
– Так понимаю, почему в нашем доме Руслан, спрашивать бесполезно?
Дан пожал плечами:
– Я же не мог присматривать и за ней, и за тобой одновременно. Мне нужна была помощь.
– А Настя? – черт, я уже и была про его сестру…
– Родители забрали ее к себе, так что там есть, кому о ней заботиться.
И как бы ни было больно, но пришлось уточнить еще кое-что:
– Что с Астаховым?
Дан поджал губы так, что они аж побелели. Было понятно, что любимый злится, но все же он выплюнул с отвращением в голосе:
– Передали его полиции, а дальше разберется наш адвокат. Похищение – это не шутка. Тем более, он ранил Карину. Штрафом точно не отделается.
Меня все же кое-что смущало. То самое громкое заявление Максима: «Я отомстил за тебя».
Но озвучивать свое предположение, не подкрепленное фактами – глупо. Имела ли его месть что-то общее с аварией Дани на той самой выигранной машине? Это же так символично!
– Пушинка… – Дан присел на кровать и тяжело вздохнул. – Нам надо кое-что выяснить.
– Ты меня пугаешь, – Даниил казался мертвецки бледным.
Я запрещала себе делать заранее хоть какие-то выводы, но мысли сами лезли в голову. Снова спор? Мы расстаемся? А ведь я знала, что долго отношения не продляться. Прежде, чем я еще сильнее стала загоняться, Дан трагично заговорил:
– Я все знаю.
– Хм… – не то, что я ожидала услышать.
– Что пять лет назад ты собиралась… ну… это… – у него не хватило духу договорить.
Понятно, Карина постаралась! А у меня не было желания мусолить ту тему. Она – мой личный позор.
– Тьфу ты, я уж было подумала… – сорвалась на смешок, но Даня не разделил моего веселья:
– Что подумала? Что снова поспорил на тебя? Что использую ради чего-то? Ты поэтому позвонила сестре, а не мне в первую очередь? Все еще не доверяешь?
Вздохнула, но не стала врать:
– Я, действительно, сомневалась в наших отношениях. Но, позвонила я Карине только потому, что мы созванивались ранее. У меня не было возможности на маневры, тыкнула в первый номер, куда дотянулась. Не нужно принимать на свой счет.