Ты моя самая
Шрифт:
Девочку назвали в честь прабабушки — Мелиной. Правда, Танаиса даже не захотела взглянуть на свою внучатую племянницу и велела отдать её на воспитание в Нижний город, зато Меланта полюбила свою внучку сразу и без оглядки. Мирра каждую ночь тайно сбегала к маленькой дочурке в дом своего отца и возвращалась только под утро. Подумаешь, каких-то пять миль в одну сторону и столько же — в другую. Зато слышать, как рядом стучит её маленькое сердечко, смотреть в эти чудные папины глаза и видеть её улыбку — вот это и было истинным счастьем. Эта кроха стала для неё самым настоящим спасением!
Мирра с подозрением прищурилась.
“Зачем ты приехал, Берг? Что тебе надо здесь?”
— Никогда прежде Достария не нарушала наши границы, — без каких-либо предисловий начала царица-мать. — Зачем вы здесь? — гневно вопросила она.
— Я приехал забрать свою дочь, — в тон ей ответил Берг. — Она должна жить среди своих сородичей.
Мирре показалось, что под её ногами внезапно разверзлась земля. Она даже помыслить не могла о том, что кто-то может забрать её маленькое чудо.
“Как забрать? О чём это он? — Кровь побежала быстрее по жилам, а сердце сдавило в дурном предчувствие. — Танаиса не станет с ними церемониться, ни за что не отдаст им мою малышку. Знает ведь, что она для меня значит!”
— Забирай ребёнка, нам не нужны дети вашего племени, и немедленно убирайтесь с нашей земли! — Танаиса подала какой-то знак, и две девушки бросились к дому, где жил отец Мирры, вынесли оттуда малышку.
Мирре показалось, что она ослышалась. В глазах внезапно потемнело, не хватало воздуха, и лишь огромным усилием воли она заставляла себя оставаться на месте.
Воительницы с равнодушным видом вручили оборотню его ребёнка и вернулись в строй. Не в силах что-либо произнести, Берг уставился на дочку, которая с совершенно серьёзным видом грызла свой кулак и от удовольствия пускала слюни, душевно размазывая их по подбородку. Но вдруг встретилась взглядом с отцом, с чмоканьем вытащила кулак из своего беззубого рта и издала непонятный звук:
— Р-р-р, — девочка доверчиво протянула к незнакомой морде свой кулак.
— Фу, какая гадость! — Альрик в ужасе округлил глаза.
А Торольв на всякий случай отошёл подальше: он не раз видел, как малыши его сестры срыгивали или мочились.
— Она же копия ты, — ласково проговорил Талэк, нависая над девочкой и пытаясь пригладить непослушный вихор из тёмных волос на её макушке. — Только у неё волосы странные.
Малышка тут же протянула свой слюнявый кулак и ему тоже, улыбаясь беззубым ртом.
— Вы получили, что хотели. Покиньте нашу землю, — потребовала Танаиса. — Немедленно!
— Нет! — не выдержала Мирра. — Я не отдам свою дочь!
— Встань в строй! — приказала Танаиса.
Но разве можно удержать мать, у которой забирают дитя? Одна только мысль, что малышки больше не будет в Нижнем городе, приводила её в ужас. Мирра бросилась догонять оборотня:
— Прошу тебя, не забирай Мелину!
Берг, с дочерью на руках, обернулся и посмотрел на свою суженую. Видят боги, как же сильно он мечтал снова увидеть её хотя бы разочек. И вот сейчас он смотрел на любимое лицо и словно впитывал этот образ. Двое встретились взглядами и застыли, не в силах что-либо сказать из-за нахлынувших чувств.
— Я должен! — тихо проговорил Берг. — Её судьба жить среди таких же, как она сама. Не переживай! Её окружат любовью и заботой, у неё будет всё для счастливой жизни, — у него даже получилось произнести всё это спокойным тоном. “А теперь самое трудное — равнодушно отвернуться и уйти”. — Мы должны идти!
— Берг, я серьёзно! — выпалила Мирра, дотрагиваясь до его плеча и заставляя повернуться. Её не обмануло показное равнодушие Берга, всей душой она чувствовала его боль от грядущего расставания с ней и его радость от встречи с дочерью. Малышка тотчас увидела свою маму и потянулась к ней. — Ты заберёшь её только вместе со мной!
Берг не мог поверить в то, что услышал. Собрал всю волю в кулак и спокойно произнёс:
— Ты, конечно, можешь поехать вместе с нами.
— Спасибо, — Мирра готова была расплакаться от облегчения.
— Мирра из рода Тиадары, — повысила голос Танаиса. — Немедленно вернись в строй!
— Я ухожу со своей дочерью, — спокойно ответила Мирра, целуя пухлые щёчки малышки.
— Да у тебя ещё столько будет этих дочерей! — воскликнула царица-мать. — Скоро праздник в честь Богини Плодородия, займёшь один из шатров. Отдай им эту полукровку!
Берг издал жуткий скрежещущий звук.
— Я ухожу, Танаиса, — ответ Мирры был полон решимости.
— Это твоё окончательное решение? — спросила царица. Мирра кивнула. — Тогда ты покинешь материк вместе с достарцами. Немедленно! Меланта, попрощайся с дочерью.
Одна из воительниц тотчас сняла с головы шлем, передала его девушке, стоявшей рядом, подошла к дочери и крепко обняла её. Встретилась взглядом с Бергом и улыбнулась; она поняла: так может смотреть на свою женщину только любящий мужчина.
— Сделай их счастливыми, — тихо попросила Меланта.
— Обязательно! — пообещал Берг.
Из строя вышла невысокого роста воительница. Она подошла к Мирре, скупо обняла её, что-то сказала на прощанье и вернулась на своё место, не удостоив взглядом ни одного оборотня, которые смотрели на неё в немом восхищении. Девушка была чудо как хороша: безупречная тонкая кожа, на солнце казавшаяся прозрачной, волнистые волосы цвета спелой ржи и глаза цвета грозового неба. Альрик замер на месте, не понимая, что с ним происходит: сердце отчего-то бешено колотилось в груди, дыхание участилось, а его вторая сущность радостно рванулась наружу, да так сильно и требовательно, что ему потребовалось немало усилий, чтобы обуздать своего зверя. В глазах потемнело, внутри сдавило от боли, он не мог вздохнуть полной грудью.