Ты победил
Шрифт:
Альсим, пар-арценц Опоры Единства, и с ним девять лучших аррумов ото всех Опор, обнажив «облачные» клинки, пристально следили за погружением галер. Их кормовые части уже скрылись под водой и, по всей вероятности, вскоре должны были уткнуться в сравнительно близкое дно, а носы, удерживаемые якорями, все сильнее задирались вверх. Исполинская цепь, натянувшись с натужным скрежетом, провисла почти до самой воды, но не поддалась.
И вот тогда пришло время для Стиха Отягощения. Первую формулу произнес Альсим, вторую подхватили девятеро аррумов, а чеканные слоги третьей были выплюнуты в надменный медный лик Багряного Порта тысячами глоток офицеров, солдат и матросов со всех варанских кораблей.
Да, ты тяжелеешь, Гвиттар, ты тяжелеешь, да.Нет, не подняться тебе, не подняться вовек, нет.Да, ты впиваешь свинец, набираешь свинец, да.Десять «облачных» клинков в руках Альсима и аррумов стали матово-серыми и сами собой уткнулись в доски палубы. Они тяжелели с каждым словом. Стих совершался.
И снова Альсим, который один среди всех офицеров Свода умел правильно растягивать слово-ключ в трех неповторимых тониках, словно бы пропевая его «Гу-и-ит-та-ар»:
Гвиттар, отыми у небес долю тверди и звезд, Гвиттар.И с ним девять аррумов:Час сохрани для себя, эту тяжесть храни час.И вся веселящаяся солдатня, для которой это вроде деревенских игр по весне, и все серьезные офицеры Свода Равновесия, и все офицеры «Голубого Лосося» со скептическими ухмылочками:
Стань, словно камень и ртуть меж собою сошлись – так!«Облачные» клинки разом вывернулись из рук и упали на палубу. Ни Альсим, ни аррумы были не в силах больше справляться с неимоверно потяжелевшей сталью. «Облачные» клинки вняли Стиху Отягощения и отдали свое понимание тонущим галерам. Магическое слово-ключ «Гвиттар», вырубленное на каждой чугунной болванке в трюмах галер-брандеров, озарилось ровным фиолетовым светом. Этого Альсим и его люди видеть не могли.
Они увидели другое. Бастионы-маяки на пирсах вздрогнули, как быки под ударом бича. Из подземных галерей на поверхность вырвался и раскатился над гаванью треск, глухой перезвон и скрежет искореженных шестерней. А потом двумя змеями из бастионных отворов вырвались концы лопнувшей цепи и она вместе с лязгом беснующихся звеньев полностью исчезла под водой, увлекаемая на дно четырьмя галерами, которые теперь весили как сорок.
От мостика флагманского корабля «Сиятельная Княжна Сайла», на котором стоял Альсим, до террасы Ихши по прямой было всего лишь полторы лиги. И теперь ничто не препятствовало мощи Свода Равновесия в преодолении смехотворного расстояния, разделявшего «облачные» клинки и сердце Желтого Дракона.
Ихша поперхнулся последней косточкой финика и теперь яростно тряс головой и бессильно хрипел, призывая на помощь телохранителей. Он был и в гневе, и в ужасе. Почему, почему на варанцев до сих пор не обрушился «подводный гром», хотя сигнальные трубы ревели так, что из Пяти Медных Курганов могли подняться не только мертвые грюты, но и все их козы-овцы-лошади? Как сволочи смогли сокрушить несокрушимую цепь Эгина? И что теперь делать, что делать перед лицом подавляющей мощи противника, в то время как Багряный Порт окружен со всех сторон?
Желтый Дракон, удушаемый финиковой костью, не видел, что за его спиной этот непростой вопрос Секретарь Жезла обсуждает знаками с его телохранителями. Когда-то эти громилы из «красногребенчатых» чувствовали в Ихше всеподавляющую силу и души в нем не чаяли еще с тех времен, когда он был Пламени Равным во дворце Оретов. Но с тех пор как помыслами и душой Ихши завладел Аффисидах, они потеряли любовь к своему хозяину. Остался только страх, вспыхивающий в них с новой силой всякий раз, когда их глаза встречались со жгучим, неистовым взором Аффисидаха.
И вот теперь все складывается как нельзя хуже, а в довершение ко всему хозяин подавился фиником – в точности как тогда, семь лет назад. Тогда Аффисидах первый раз был принят Ихшей без обычных насмешек, а Адорн, его бывшее Правое Крыло, едва не поплатился жизнью. Но теперь нет ни Адорна, ни Аффисидаха – оба очень далеко, и никто не знает что стряслось с ними в Наирнском проливе. Зато варанцы близко, очень близко. И их много.
Через полчаса, почти без кровопролития рассеяв в порту ошарашенных солдат береговой стражи, Альсим, его избранные аррумы и пять сотен «лососей» вошли в малолюдный дворец наместника Северо-Восточной провинции. Большинство слуг успело попрятаться. Когда они проходили через тенистый внутренний двор с анфиладой роскошных фонтанов, прямо навстречу Альсиму выскочила ошалелая девчонка. Из всей одежды на ней были только малиновые грютские шаровары. Она ойкнула и хотела бежать, но тучный и с виду неповоротливый Альсим ловко схватил ее за локоть. «Лососи» одобрительно заржали. Молодой аррум Опоры Единства, еще совсем недавно возглавлявший стражу Сиятельной, а на время экспедиции Свода подсунутый Лагхой прислеживать за Альсимом, обернулся и погрозил шумным «лососям» кулаком. Дескать, не в бардак пришли, а в столицу враждебного государства.
– Ты кто будешь? – осведомился Альсим.
Пойманная девчонка наконец догадалась символически прикрыть внушительную грудь ладошкой, расплакалась и отрицательно замотала головой.
– Ты понимаешь по-варански?
Та зарыдала еще громче. Альсим вздохнул. Лающий грютский говор он на дух не выносил. Не говоря уже о корявом наречии Тернауна.
– Ты… это… немного болтай-говори асхар-бергенна?! – рявкнул он.
Девчонка подняла на него удивленные и не столь уж заплаканные глаза.
– Болтай немного…
– Тогда топай-веди где есть здесь Желтое Драконство, Шилол бы его разодрал!
Расхожую варанскую хулу Альсим изрыгнул, разумеется, по-варански.
– Кто здесь Желтый Дракон? – настороженно поводя «облачным» клинком, вопросил Альсим на ненавистном корявом наречии Тернауна (которым, впрочем, по долгу службы владел в совершенстве).
На террасе были пятеро. Точнее, шестеро. Четверо здоровенных бородатых воинов и тощий гражданский с кипой дощечек и вязанкой железных грифелей у пояса. Шестой, которого Альсим не засчитал вполне оправданно, ибо Взор Аррума недвусмысленно свидетельствовал о его кончине, лежал близ балюстрады, ограждавшей террасу.
– Желтый Дракон подавился косточкой финика, – сказал один из бородачей, недвусмысленно потирая едва сочащуюся кровью прокушенную руку.
– Вот как? – ухмыльнулся Альсим. – Разрешите взглянуть?
– Извольте, – с готовностью залебезил гражданский, жестом радушного хозяина приглашая Альсима подойти к обмякшей горе мяса, которая еще совсем недавно звалась Ихшей.
Аррумы и «лососи» тем временем полностью заняли террасу, держа на всякий случай оружие наготове. Многим из них еще не верилось, что с Багряным Портом все вышло в действительности столь просто, как и уверял Альсим на военных советах. Ведь чем блистательней план, тем реже он претворяется в жизнь.