Ты станешь моей
Шрифт:
В общем, Волкан покинул квартиру в совершенно ином настроении. Он выглядел так, будто его покусали бешеные пчелы. Но сдерживался. До последнего. Только когда я грохнула дверью, отряхнув друг о друга руки, клянусь, что там, в подъезде, услышала какой-то грохот. «Мальчик» решил выпустить пар. Видать, стену избил. Или перила. Или… соседского кота.
Ой-й-й! Хоть бы не Мурзик! Хотя кошачьего ора вроде бы не слышно. А что, да, этот демон проклятый и не на такое способен! Кого видит, того и лупит. Как было с таксистом. Бедолага! Интересно, как он там? Волкан так и бросил его посреди проезжей части с разбитым лицом. Надеюсь, с мужчиной всё хорошо. Наверное, после такого дебоша Волкана привлекут к ответственности. Если не откупится. Араб ведь страшно богат.
Ох, опять эта Ирочка! Прям корежит меня от нее! Трясёт, как во время вируса! Что со мной? Почему меня это волнует? Задевает!
Я не могла определиться с собственными чувствами. Впервые со мной такое, честно. Наверное, я заболела. Каким-нибудь неврозом.
– Па, а у нас в роду у кого-нибудь были неврозы?
Я потрогала свой лоб, проверив наличие температуры, а затем ещё и пульс посчитала, и обратилась к родителю, когда вернулась обратно на кухню.
Так, что это? На столе я увидела бутылку коньяка. Нехорошо. Папа чем-то недоволен. Решил забыться. Не хочется мне быть этому причиной.
– Нет, не было, – усмехнулся, приглушив первую рюмочку. – А почему спрашиваешь?
– Не, ничего.
– Слушай, Ники, мне показалось, или ты нагрубила Волкану? Что это было? Такое хорошее начало, и такой отвратительный конец вечера.
– А было то, что Волкан, папа, бабник. И сейчас он побежал на очередную свиданку, – размахивая руками, я практически сорвалась на крик от захлестывающих эмоций.
– Брось, вы хорошо смотритесь вместе. Ты ему нравишься.
– Ложь. Он постоянно надо мной издевается. Играет, чтобы затащить… кое-куда, а потом забыть. А ты? Ты что же это, решил устроить моё будущее? – с каждым новым предложением, я закипала ещё пуще. – Зачем я только на учёбу хожу? Зачем чего-то добиваюсь? Такой, как Волкан, меня просто украдёт и утащит за границу. А там я стану в лучшем случае домохозяйкой. В худшем – второй женой. В самом-самом худшем случае – красивой игрушкой без права голоса. А как же моя самооценка? Как же карьера? Пять лет в институте? Невыносимо! Пора под холодный душ.
– Он – сын моего лучшего друга, я очень хорошо знаю Волкана. Он надёжный и заботливый мужчина. Было бы здорово, если бы вы поладили. Успокойся, дочь. Не преувеличивай. Вот уж бабьё эмоциональное, – сразу было видно, что папа выпил.
– Никогда! – крикнула я, отступая назад. – Он бабник, па! Баб-ник!
Вылетев из кухни, я влетела в свою комнату. Хлопнула дверью, прислонившись спиной к опоре, сползла на пол. Ресницы стали влажными. Грудь жгло и давило. Непонятно из-за чего. Как же трудно бороться с его чарами и своими истинными чувствами… Он гордый, да! Но и я тоже не подарок. Пока не заслужил. Пусть волосы рвёт и доказывает, что я ему дорога. А он к Ирочке своей помчался. Га-а-ад!
Глава 7
[Волкан]
– Братиш, привет! Как ты долетел? Надолго ли там, «во льдах», застрянешь? – в трубке раздался весёлый голос любимой младшей сестрички. Она затараторила на арабском. И арабский, и русский языки стали для меня родными. Раза три-четыре за год то в Россию, то в ОАЭ мотаюсь как белка в колесе – обычный образ жизни. Живу на две страны. С шестнадцати лет. И мне нравится. Практически всё. Не считая адской холодины. Обычно в Россию я стараюсь приезжать весной или летом. В этот раз пришлось нарушить правила. Потому что Олег Петрович попросил. Лучший друг моего отца. Они были друг другу как братья родные. Папа… Как же сильно мне тебя не хватает!
Трясу головой, прогоняя негативные мысли прочь, ибо уголки глаз уже начинают слезиться. Что толку? Слезами горю не поможешь. Слёзы – удел слабых. Трусов.
– Долетел нормально. Пока не знаю. До весны точно застряну, – бегло тараторю, оглядываясь по сторонам, и тащу за собой чемодан на колёсиках. Не успел я выйти из аэропорта на остановку, тут же весь сжался от ледяного порыва ветра. Застучал зубами, запахнул ворот куртки, ещё и капюшон на голову натянул. Северный полюс, не иначе.
Кругом толпы людей, машины. Снег лежит на обочинах. Под каблуками поскрипывает лёд. Все куда-то спешат, суетятся. Не то что у нас, в оазисе посреди песков. Хотя у нас тоже есть свои минусы. Особенно летом. Сущая жаровня. Уж лучше и правда в это время по Россиюшке путешествовать. Что, впрочем, я и делаю.
– Волкан, ты тут? Опять связь обрывается, – стонет в трубку Ямина.
– Подожди немного, не отключайся, – прячу телефон в карман, направляюсь в сторону лавки с сувенирами. Колокольчик приветливо встречает меня на входе. Здесь тепло. Рай.
Я ещё издали заприметил через стекло витрины полку с шапками. У меня, как у собаки, выделяется слюна на вкусность.
– Почём? – картавлю с акцентом. Шаг вперёд, я снимаю с прилавка одну из ушанок. Самую большую, самую на вид тёплую, самую мохнатую. Пепельного окраса.
– Вам за две, – радушно улыбается продавщица. – Со скидочкой.
– Беру, – быстро расплачиваюсь за «сувенир» и надеваю его на голову. О, так-то лучше. Намного теплей.
Прощаюсь с продавщицей и вновь оказываюсь в ледниковом периоде. Про перчатки я совсем забыл. Руки отмерзают до суставов за считанные секунды. Кошмар!
– Ямин, ты здесь? – подношу телефон к уху.
– Да! Тут Фида о тебе все спрашивает, говорит, не может дозвониться.
– Ага, связь ужасная, – киваю, торопливым шагом направляюсь к остановке, на которой меня уже поджидает такси. Оно отвезёт меня в автосалон, за новеньким транспортным средством.
Конец ознакомительного фрагмента.