Тяж
Шрифт:
— Словно семечки, — хихикнул парень, ловко уклоняясь от мощной туши броненосца.
Но Пашина удача на сегодня, похоже истекла. Тот же самый броненосец, от которого так изящно ушел парень, лягнул напоследок парня задней лапой и выбил из Пашиных рук резак.
«Вот черт!»
Несколько богомолов, рыжая мелочь и здоровенные тараканы — некоторые по колено, некоторые по пояс, броненосец и какая-то склизкая, мерзкая дрянь, плюющаяся зелеными кляксами вот уже пол-минуты заставляли парня вертеться словно уж на сковороде. Потеря же резака и вовсе ставила крест на его дальнейшем существовании.
Пока Паша вовсю орудовал ногами и кулаками, пытаясь максимально отсрочить свою кончину, мысли текли на удивление равнодушно и неспешно:
«Прикинуться бревном? Не прокатит, они уже знают, что я тут. Подорвать реактор? Ну, только если на крайний случай… Прорваться к вентиляции и партизанить сколько получится? Тот комок соплей и желе перекрывает единственную решетку…»
«А может сдаться?» — мелькнул подленький голос бывшего очкарика-задрота, — «Когда не сопротивляешься — легче помирать, к чему эти бесполезные метания?»
— Да хрен вам всем! — Пашу словно прорвало.
В голове каскадом кровавых брызг взорвались воспоминания. Воспоминания о спрятавшемся за краном таракане, о мерзких лапках, обжигающих шею, о противном хрусте убиваемого таракашки — детские кошмары вспыхнули в сознании яростным пламенем возмездия.
Оглядев противников и не думающих подождать, пока парень осмыслит сложившуюся ситуацию, Паша обречённо швырнул себя в поднимающийся внутри ураган ненависти и ярости. За спиной у парня будто бы выросли крылья, а руки превратились в два черных матовых клинка. Взорвавшись серией ударов, Паша пошел вперед — зрение сузилось до небольшого окошка, остальное место занимали различные оттенки багрового. По этим всполохам, парень предугадывал выпады противника, кромсая и пластая все подряд на своем пути.
Времени думать откуда появились клинки, особенно второй, которого ему так не хватало — не было. Паша откуда-то знал, что сейчас он сжигает себя изнутри. Еще чуть-чуть и назад возврата не будет. Плюнув на трясущейся «желе», которое почти попало в парня своим плевком, Паша с силой оттолкнулся ногами от хитинового панциря обезглавленного богомола и прыгнул в сторону катера. Приземлившись на плечо и выйдя в перекат, неудавшийся диверсант, выжимая из себя последние крохи энергии, молнией промчался несколько десятков метров, буквально вбросил себя в катер. Но при попытке закрыть люки изнутри, Паша с удивлением обнаружил, что вместо рук, является счастливым обладателем двух длинных, широких, матово-черных клинков. Зависнув на секунду, парень все же сообразил крикнуть:
— Герметизация корабля, капитан на борту!
Искин мгновенно запахнул люк, попутно отрезав чью-то хитиновую конечность.
— Люди кроме меня на борту есть? Команда на взлет! — Паша никак не мог отвести взгляд от своих рук.
Точнее того, что раньше было руками.
«Вот черт, и МТД испоганил», — мелькнула шальная мысль.
— На борту в данный момент находятся два человека, — раздался холодный голос бортового искина. — Один из них умрет от интоксикации легких в течение десяти минут. Диагностирую заражение.
— Да черта лысого, — усмехнулся парень.
— Взлет через три…
— Не успеет помереть.
— …два…
— Курс на флагман!
— …один!
В этот момент катер смялся будто жестяная банка в руках тяжа. А в следующую секунду МТД Паши насквозь проткнули сразу две хитиновые пики.
«Гвардейцы», — камнем упала мысль.
Было чертовски обидно умирать так глупо, в шаге от возвращения домой, да еще и узнав секрет инсектоидов — на этом корабле явно находилась матка Роя…
Мир закружился матово-черными лепестками, и парень провалился в небытие.
— Отключаем его от тренажёра? — высокий военный в белом халате, внимательно наблюдающий за виртуальной тренировкой одного из бойцов, обратился к своему соседу.
— Отключаем, — согласился второй военный, — смотри! У него, как и предполагали наши аналитики, не только отличные способности к мимикрии, но еще и частичная трансформация. Хоть и мелкий, а результативность практически максимальная!
— Мелкий? А что, ему подходит, — скупо улыбнулся белый халат, — но эти клинки… Они бесполезны в наших реалиях. В бою против богомола-гвардейца, шансов у большинства людей практически нет.
— Не скажи, — покачал головой второй, — тяжи уже сейчас показывают впечатляющие результаты! Ну да ладно, поживем-увидим. Жаль, что все эти способности выпадают совершенно случайно, и только у тех, кого группа крови…
— Слушай, мне кажется или он уже в сознании и нас слышит? — перебил его халат.
— Погоди… Действительно! Вот это адаптивность… — военный с интересом посмотрел на находящегося в полупрозрачном коконе виртуальной реальности бойца, — А ты, Мелкий, поспи. Нехорошо подслушивать разговоры взрослых дяденек.
Водоворот воспоминаний смял искусственную плотину, блокирующую память и Паше приходилось прилагать все свои силы, чтобы вырваться из бесчисленного множества картинок и «видеофильмов». Уловив где-то вдалеке яркий огонек интереса, парень всеми фибрами своей души потянулся к нему. Голова закружилась, перед глазами замелькали серые тени. Очнувшись в камере, Паша, дрожа от напряжения, попытался сжать руки кулаки:
— Эти эксперименты… Сволочи! Нельзя же так!
Пальцы не хотели слушаться, а мир подмигнул парню тысячами оттенков серого, сквозь которые ровно пульсировал ярко-алый огонек.
Сфокусировав взгляд, парень с удивлением обнаружил, как тот самый огонек, который помог ему выбраться из водоворота кошмаров, превратился в стоящего перед ним тяжа. Паша с облегчением перевел дух.
«Я — на „Оплоте“. Во рту — металлический привкус, который появляется во время гиперпрыжка. А значит все идет по плану. Главное, чтобы тот капитан из альма-матер выполнил свое обещание… Но об этом лучше пока не думать…»