Тяжело быть дурой
Шрифт:
Я все забыла. Я специально ходила к психологу. Я пила таблетки.
Я сумела избавиться от своих кошмаров...Только вот ненадолго.
Психолог хорошо со мной поработал. Новые методики. Блоки в подсознании.
Я забыла вас всех.
И вот он- срыв. Здравствуй, только тебя мне сейчас и не хватало!
...Воспоминания накатили обжигающей волной, не дающей дышать...
...Может, лучше бы это я была в той машине?...Думаю, Елене бы мои мысли очень понравились. Ей, Петечке и Костику, который должен был носить имя Стас, как хотел его тоже уже неживой папа.
...Влад пустил себе пулю в висок через неделю после похорон жены и сына. Я узнала об этом случайно, когда сидела на допросе в кабинете Терещенко и его ребят. Очень их интересовали подробности неожиданной гибели в принципе посторонней тетки.
Как выяснилось на том самом допросе, «тетка» последние лет так -дцать успешно работала осведомителем на их контору. И поэтому методы устранения Елены «мальчиков» весьма и весьма заинтересовали.
Я не хочу вспоминать те 48 часов. Они стали самой темной моей тайной и самым большим ночным кошмаром.
...Помню, как я кусала руки и сбивала в кровь кулаки, кидаясь на стены....безумие, накатывавшее волной...Страх, страх, страх....всепоглощающее одиночество... выкидыш.
Влад, которого я так любила, без кого не могла дышать... Он был счастлив со своей рыжей стервой, отправившей меня на ПМЖ в общежитии для молдавских строителей и мило улыбнувшейся на прощание.
«Девочка, ну ты же понимала, что богатство твое ненадолго? Твое место на помойке, так что комната в общежитии, в Москве-это просто подарок судьбы для тебя! Ты должна быть НАМ благодарна...»
Да, просто безумно признательна. Я тебе уже выразила свою признательность, Элен. Так, как ты того заслуживала.
...Дикие вопли заживо сгорающей женщины из роскошного автомобиля...захлебывающийся плач старшего ребенка, которого ты везла на осмотр к врачу...
На моих руках кровь трех...ах, нет, все-таки четырех!...человек.
Человек...Трех...один из них еще находился в утробе матери...так что-не считается...
Вы этого заслужили, ребята.
Я помню, как стояла на обочине и внимательно наблюдала за осуществлением своей мечты. Да, тогда на меня накатило то же безумие, что и сейчас.
Знакомая, разрывающая мозг волна. Ничего не соображаю.
...Сотни звонков, оставшихся без ответа...Сотни сообщений на твой автоответчик...Плач в трубку, жалобы на то, что меня допинывают, что я совсем, совсем одна...
Твой ребенок, которого я потеряла...
...Вацлав?...Зачем ты вернулся, черт бы тебя побрал?!...
В голове пойманной птицей бьется единственная мысль.
НЕ ХОЧУ БОЛЬШЕ НИКОГО ТЕРЯТЬ.
НЕ ХОЧУ.
НЕ ХОЧУ...
И НЕ БУДУ.
...Силы оставили меня минут через двадцать. Я опустилась на землю и попыталась утереть застилающие глаза слезы. Сзади донесся деликатный гудок.
Я едва сумела повернуть голову, хотя и так знала, кто за мной ехал.
Хлопнула дверца, послышался хруст гравия и рядом со мной опустился Вацлав. Пару минут помолчал, а потом протянул мне руку и просто сказал:
– Поехали домой, Анита. Нам и впрямь есть, о чем поговорить. И...Бублика похоронить все-таки надо.
Я молча сглотнула вставший в горле комок и, с трудом поднявшись на ноги, побрела к автомобилю. Вацлав поспешил за мной.
Глава 12.
В дом Вацлаву пришлось меня заносить на руках. Я впала в какое-то непонятное оцепенение и у меня не было сил даже выйти из машины. Не знаю, почему, но мой потенциальный враг решил проявить рыцарские манеры и донести бессознательную девицу до спальни. За что я ему была безмерно признательна.
Арсений поджидал нас в гостиной на диване, за просмотром какого-то дурацкого сериала. Увидев мое безвольно обмякшее в руках Вацлава тельце, всплеснул руками, подорвался с дивана и с причитаниями заметался по гостиной, не зная, чем помочь своей обморочной «нЭвесте». Может, и впрямь за него замуж выйти?...Хоть недолго мучаться буду.
Просто в один прекрасный день не проснусь, удавленная ночью подушкой. Или отравившись пирожками, в которые по ошибке попал мышьяк.
Да мало ли способов остаться счастливым вдовцом для предприимчивого человека?
– Что с ней?!-испуганно потрогав меня пальцем, осведомился Арсений у хмуро наблюдающего за ним Вацлава. Я все слышала, но подавать признаки жизни тупо не было ни сил, ни желания.
– Скорее всего, шок,-отозвался недовольный Вац.-Но утверждать не берусь. Я не врач.
– А что случилось?!-вот придурок. Нет, не пойду я за него замуж. Лучше уж еще немного помучаюсь.
– Пес отравился...сожрал найденную гадюку,-не стал вдаваться в подробности мой носильщик.-Погоди, я сейчас отнесу ее в спальню и все тебе подробно расскажу...
– Я с тобой!-тут же изъявил готовность помогать Арсение.-Пойдем, я приготовлю нашей (?!) девочке постель!
Вацлав вздохнул, но отказываться от посильной помощи не стал.
И то радует.
В спальне меня со всем возможным комфортом устроили в постели, накрыли одеялом, сняли обувь и даже принесли минеральной воды, поставив ее на тумбочку в ожиданни моего «пробуждения». Я свернулась в тугой клубок, натянула одеяло на макушку и сделала вид, что вообще никогда не ходила, не разговаривала и не занималась с кем-то любовью.
Нет меня. Я умерла. И трогать меня-не надо!
...Только вот Бублика еще хоронить придется...
От одной мысли о том, что он уже никогда не будет валяться в моей кровати, лизать мне пятку, сладострастно хрюкать и жрать все, что не приколочено, горло свело судорогой. Я истерически всхлипнула, чувствуя, что у меня нет сил даже полноценно зарыдать.
Отплакала я свое...Отвыла...И теперь, как в той сказке, которую мне в детстве няня читала, слез больше не будет. Нужна жемчужина...Чтобы я снова научилась плакать.