Тяжёлый танк КВ-2

Испытание первого образца большой «пониженной» башни, установленной на шасси танка КВ № У-7. Научно-испытательный артиллерийский полигон, сентябрь 1940 года (АСКМ).

Предлагаемая читателям книга посвящена истории создания, производству, модификациям и боевым действиям танков КВ-2. Эта машина, хотя многие читатели о ней слышали, всё же остаётся мало известной и незаслуженно забытой. Тем не менее, несмотря на свою короткую боевую карьеру — почти все КВ-2 были потеряны в течение первого месяца Великой Отечественной войны — действия этих танков и их экипажей заставили наступающие немецкие войска относиться к Красной Армии с уважением. Вряд ли в армиях других стран, участвовавших во Второй Мировой войне найдутся танковые экипажи, сумевшие на своих боевых машинах задержать (хотя бы на несколько часов) продвижение противника, превосходившего их в сотни раз и по численности, и по вооружению. А вот среди экипажей КВ такие герои были!

К сожалению, в отечественных архивах документов по боевым действиям советских танкистов в июне — июле 1941 года по понятным причинам сохранилось крайне мало. Однако в последнее время появилась возможность ознакомиться с материалами противника — немецкими документами.

Кроме того, довольно много информации можно получить в результате сопоставления немецких фотографий июня — июля 1941 года (в последние годы их появилось очень много) с конкретным местом, в котором фото было сделано. Для таких сопоставлений (или «привязок») необходимы поездки по местам бывших боёв, в результате которых также удаётся собрать интересный материал.

Помимо рассказа о боевых действиях данный выпуск содержит информацию о распределении танков КВ по воинским частям, учебным заведениям и предприятиям промышленности на 22 июня 1941 года, а также материал о подготовке экипажей для этих боевых машин. По мнению автора, информация о том, как готовили кадры для КВ в предвоенный период, во многом объясняет результат действий тех или иных подразделений тяжёлых танков в июне 1941 года.

Хочется сказать спасибо Алексею Исаеву, Сергею Лотареву, Юрию Пошалоку и Андрею Герасимовичу за помощь материалами и документами при подготовке данной работы.

Автор хочет поблагодарить за организацию и проведение экспедиции во Львов и Львовскую область участников проекта «Немиров 1941»: Андрея Карпова, Юрия Моргуна, Константина Ковалышина, Владимира Гречуха, Романа Шалева, Дениса Колокольчикова, Олега Немчинова и Александра Волкова и особо — Александра Ивановича Бойченко (г. Рава-Русская) и мэра Магерова Николая Ивановича Сало.

Также хочется сказать огромное спасибо за очень интересную, полезную и содержательную поездку по местам боёв 2-й танковой дивизии Красной Армии в районе Расейняя своим литовским коллегам Арвидасу Жардинскасу, Гедиминасу Куликаускасу и Александру Новиченко. Благодаря знакомству с ними удалось прояснить ряд вопросов, связанных с боями лета 1941 года.

Отдельно хочется поблагодарить своих друзей Нину Соболькову, Евгения Драгунова, Александра Радаева и Игоря Матюка за организацию и проведение экспедиции по местам боёв в Белоруссии.

Свои уточнения, дополнения и замечания вы можете прислать на e-mail: magazine@front.ru или по адресу: 121096, Москва, а/я 11, Коломийцу М. В.

Опытный образец танка КВ (№ У-0) с первым образцом большой башни со 152-мм гаубицей. Февраль 1940 года. Отличие этой машины от серийных — расположение антенного ввода, смещённого от борта ближе к люку-пробке механика-водителя и отсутствие пробки для пулемёта в лобовом листе (РГВА).

Как известно, танк КВ был принят на вооружение Красной Армии постановлением Комитета обороны при СНК СССР № 443с от 19 декабря 1939 года, по которому новая боевая машина должна была вооружаться 76-мм пушкой и пулемётами ДТ. Однако шедшая в то время советско-финляндская война внесла свои коррективы. Ещё 18 декабря 1939 года, до принятия машины на вооружение, опытный образец КВ вместе с экспериментальными образцами тяжёлых танков СМК и Т-100 убыл в 20-ю тяжёлую танковую бригаду, которая вела боевые действия на Северо-Западном фронте.

Война внесла свои коррективы в вооружение нового тяжёлого танка КВ — дело в том, что в это время части Красной Армии вели тяжёлые бои на Карельском перешейке, пытаясь прорвать финскую линию обороны, известную у нас в стране как «Линия Маннергейма». Эта линия состояла из железобетонных долговременных огневых точек (ДОТ), которые усиливались большим количеством различных инженерных заграждений — эскарпами, противотанковыми рвами и надолбами, рядами колючей проволоки, минными полями и т. п. Всё это прикрывалось хорошо продуманной системой артиллерийского и пулемётного огня и полевой фортификацией (окопы полного профиля, пулемётные и артиллерийские ДЗОТы). А если добавить к этому суровую зиму (в 1939–1940 годах были морозы до 30 градусов, а снежный покров достигал в некоторых местах полутора метров), то станет ясно, что прорыв «Линии Маннергейма» для Красной Армии являлся далеко не простым делом.

Поэтому Военный Совет Северо-Западного фронта (в его состав входил и нарком обороны СССР К. Ворошилов) выступил с инициативой — вооружить первые четыре серийных танка КВ не 76-мм пушкой, а 152-мм гаубицей. Последнюю предполагалось использовать в первую очередь для разрушения инженерных сооружений, а стрельба по ДОТам (точнее по их амбразурам) стояла на втором месте. А так как установка артсистемы подобного калибра на танк являлась делом новым, то требовалось решить много задач, связанных с расчётом и монтировкой 152-мм гаубицы на боевой машине. Эту задачу поручили группе инженеров артиллерийского конструкторского бюро Кировского завода в Ленинграде (всего около 20 человек) под руководством молодого инженера Н. Курина. Работа шла чуть ли не круглосуточно, так как времени для разработки новой боевой машины было крайне мало. Первоначально предполагалось установить в башне КВ 152-мм гаубицу образца 1909/30 года, но затем предпочтение отдали более мощной гаубице М-10 образца 1938 года.

Для монтажа этой артсистемы группа Курина совместно с СКБ-2 (специальное конструкторское бюро), которое занималось разработкой танка КВ и обеспечением его серийного производства, буквально в течение двух недель разработала башню довольно больших размеров, в которой установили 152-мм гаубицу М-10, приспособленную для установки в танк. Артсистема имела укороченный ствол и уменьшенную длину отката. В документах она получила наименование МТ-1 — «Мотовилиха-танковая № 1» (завод № 172, который занимался производством гаубиц М-10, находился на территории Молотовского района города Молотов (современная Пермь) и изначально назывался Мотовилихинский механический завод). Кроме того, в документах встречается и другой вариант обозначения варианта 152-мм гаубицы для КВ — М-10Т (М-10 «танковая»). Для того чтобы упростить производство новой машины, диаметр погона башни КВ со 152-мм гаубицей оставили таким же, как и у КВ с 76-мм пушкой.

Танк КВ с новой башней и 152-мм гаубицей получил обозначение в документах «КВ с большой башней», в то время как КВ с 76-мм орудием именовался «КВ с малой башней». В 1940 году появилось и другое обозначение — танк со 152-мм гаубицей именовался КВ-2, с 76-мм пушкой — КВ-1. Обозначения КВ-2 и «КВ с большой башней» применялись параллельно. Кстати, интересный момент — танк КВ-2 официально на вооружение Красной Армии не принимался.

Опытный образец танка КВ (№ У-0) с первым образцом большой башни со 152-мм гаубицей. Февраль 1940 года. На этом фото хорошо виден люк механика-водителя, конструкция которого отличается от серийных машин (РГВА).