Чтение онлайн

Вдруг душераздирающий крик отчаяния, который могут издавать только матери, когда смертельная опасность угрожает их ребенку, заставил меня вздрогнуть. Лодку покачнуло. Я вскочил. Стал искать ружье, но оно оказалось под пакетами. Рука нащупала чехол сабли.

В лианах что-то зашуршало, затем как будто одна из лиан, величиной с мою ногу, отделилась и бросилась на нас. В нос ударил тошнотворный мускусный [15] запах. Я сразу узнал «аромат» змеи.

Негр поднял вверх длинное весло. Лицо матери стало серым как пепел.

Огромная боа [16] , как пущенная стрела, устремилась на нашу лодку, цепко удерживаясь хвостом за лианы. Мгновенно обвилась она кольцом вокруг тела мальчика, сразу проснувшегося и уже задыхающегося от страшного объятия. Негритенок пронзительно закричал, взгляд его стал потухать. Пасть монстра красновато-фиолетового цвета уже коснулась моего плеча, готовая устремиться к груди.

Вся эта драма длилась не более двух секунд. Действовать надо было стремительно. Не раздумывая, я выхватил саблю из ножен и со всей силы, удвоенной волнением, ударил по живому страшному кольцу, все сильнее сдавливающему тело несчастного мальчика.

Лезвие сабли отскочило от твердой кожи безобразной рептилии, но удар был настолько силен, что змея оставила свою добычу, стремительно поднялась и исчезла в густоте гигантских орхидей.

Излишне говорить, какой вздох облегчения почувствовал я.

Я посадил ребенка на колени, ощупал его тело, тщательно выслушал. Я опасался перелома бедер. Но, к счастью, ничего не обнаружил. Некоторое время у мальчика было затруднено дыхание, но после энергичного растирания оно нормализовалось.

Я успокоил родителей, доверившихся моему медицинскому опыту. Они взялись снова за весла, стремясь поскорее убраться от проклятого места. Ребенок полностью оправился. Это прекрасно. Но мысль о змее не оставляла меня. Я должен был убить ее.

— Бони, возвращайся назад. Я должен убить «бома» (змея боа).

— А, месье, я не хочу… Бог не хочет…

— Поворачивай быстро, — сказал я голосом, не допускающим возражений, уже заряжая ружье двумя патронами, каждый по шестнадцать крупных дробин.

— Не хочу… Бог не хочет… — продолжал повторять бедный негр с глазами, полными слез.

— Если не послушаешься, я переверну лодку, и ты никогда не будешь перевозить белых.

Эта угроза произвела впечатление, и через две минуты мы были уже под злополучным деревом.

Чувствуя преследование, боа попыталась скрыться. Она бесшумно скользнула на соседнюю ветку. Подождав, пока не показалась ее голова, я сразу же выстрелил. Змея рухнула с раздробленной головой как огромная куча мокрого белья, скрючившись от боли на мгновение, и наконец застыла неподвижно. Вода сразу окрасилась от хлынувшей крови. Поднять мертвую рептилию с помощью весла из воды, вытолкнуть на берег и перевязать лианой было делом одной минуты.

Через полчаса ее шкура была содрана и уложена на пирогу, несмотря на бурные протесты бони, который с негодованием бросил в воду весло, соприкасавшееся с «бома». Труп змеи был оставлен на растерзание мышам.

Шкуру боа, размером в шесть метров, я отвез в Париж, где она произвела большой эффект среди путешественников.