У папы дома
Шрифт:
Сцена 4.
На крыльце у магазина. Выходит Роберт с бутылкой водки.
Петрика: Прямо-таки очень некрасиво с твоей стороны.
Роберт: Это еще почему?
Петрика: Ты принуждаешь меня пить.
Роберт: Я правильно взял?
Петрика: Че я, не знал, кого посылаю? (открывает бутылку и пьет из горла) Паулу, дуру эту, видел?
Роберт: Угу.
Петрика: Бедолага. Вот ведь послал господь наказание…
Роберт: Да ладно.
Петрика: Сошлась она тут с одним на полгода — год. Это после того, как ты уехал. Ну он ей и показал счастливую жизнь. Пил, бил — всё по полной программе. Та еще мразь оказалась. До сих пор с ним никак не развяжется. Суды, то да се… Счастье ее, что старики от сердца померли, так она снова в их хату перебралась. Ей же отец отдельный дом со всеми удобствами построил, здесь, у вокзала. Так мужик ее все пропил. До последнего кирпичика. И куда смотрела… А счас так вообще, давалка, по рукам пошла.
Роберт: Да ты что.
Петрика: Не, ну люди говорят. Я сам свечку не держал.
Роберт: (принимает бутылку, делает глоток) Как она изменилась…
Петрика: Че, не нравится больше? Ух, как она по тебе убивалась… Понятное дело, изменилась. Вон сколько воды утекло, с тех пор как ты ее трахал.
Роберт: Я? Паулу? Да никогда.
Петрика: Угу. Так, потрахивал немного…
Смеются.
Роберт: Я же сказал не было, значит, не было. Какого черта. Она сама не захотела. Погуляли, за ручки держась, и всё.
Петрика: За жопу ты ее держал…
Роберт: Я ее любил, придурок.
Петрика: В самом деле не дала, че ли?
Роберт: Нет, это вроде я не решился… Не помню уже. Замуж она за меня хотела, это помню. А у меня, сам знаешь, мысли тогда о другом были… Давно это было.
Петрика: Ладно, Роби. Ты давай, рассказывай. Где был, че делал. Один приехал, или того, с «прицепом»?
Роберт: Один.
Петрика: Не женился?
Роберт: Нет.
Петрика: Вот ты счас на волосок от смерти был. Да если б я узнал, что ты женился, а меня на свадьбу не позвал, я б тя в капусту. Значит, приехал старика своего проведать?
Роберт: Угу.
Петрика: А че так? По телефону никак нельзя было? (смеется). Йо, да как я рад тебя видеть.
Роберт: И я тебя, придурок.
Петрика: А когда это… мать твоя… Я ведь хотел на похороны прийти, да у меня заказ был…
Роберт: Да ладно. Чего уж там.
Петрика: Она ведь и не болела вроде, а? Вот так упала, и всё… Или как оно было?
Роберт не отвечает. Он не хочет об этом говорить.
Петрика: Дa. Упокой, господи.
Роберт: А у тебя? Что новенького?
Петрика: Новенького. Да у меня все по-старенькому. Ты лучше скажи. Ты в газеты-то пишешь? В последний раз, когда виделись, до того, как мать твоя померла, ты ж говорил, что в газеты пишешь. А, хитрюга? Пишешь? В какие?
Роберт: В разные.
Петрика: (беря его за горло) Писатель, в рот те ручку твою, знаменитый стал… Ну-ка, говори, какая у тебя тачка?
Роберт: Да нет у меня машины.
Петрика: Ну че ты, ну скажи.
Роберт: Ты что, глухой? Нет у меня машины.
Петрика: Слушай, кончай, а? Достал со своими шуточками, Придушу ведь. Если уж я говно-опель почти купил… Мерс, небось?
Роберт: Нет.
Петрика: Ауди?
Роберт: Угу.
Петрика: Вот буржуй… Последняя, небось?
Роберт: Постарше немного. С прошлого года.
Появляется Паула.
Паула: Еще чего-нибудь хотите? Я закрываю.
Петрика: А куда те торопиться, Паула? У тебя че, дома семеро по лавкам?
Паула: Это скорее у тебя. Никуда я не тороплюсь. Магазин в десять закрывается.
Петрика: Подожди, нам еще одну. (Роберту) Ну че, берем еще одну?
Роберт: Берем, чего не взять.
Петрика: Ну вот.
Паула: Еще чего-нибудь хотите?
Роберт: Ничего.
Петрика: Тебя хотим, выпей с нами.
Паула: Я водку не пью.
Роберт: А что?
Петрика: Пиво. Давай, запиши там на мой счет одно пиво, я тебя угощаю. Не каждый день с нами герой газетных хроник.
Роберт: Подожди, я заплачу.
Петрика: О, еще лучше.
Паула: За пиво не надо.
Петрика: Ну йоб, ну ты че? Ну посиди с нами, а? Вот и Роби здесь. Когда еще увидим Роби? Когда еще встретимся с этим полудурком?