У ПРУДА
Шрифт:
Катя обернулась. Щенок исчез.
– Ой, Кирилл, держи его! Вон он! Блузку поволок… - показывала Катя рукой.
– Кирюш, быстрей! – наморщила она лоб, - он её жуёт!..
Они сидели под липой. Катя пришивала пуговицы.
– Ты в городе часто бываешь?
– Часто. Но мне не нравиться там.
– А что не нравиться? – взглянула на него, откусывая нитку.
– Скучно.
– Скучно? Там же столько людей! И девчонки симпатичные! – засмеялась она.
– Самые одинокие люди, живут среди толпы… - сказал Кирилл грустно.
– А один, не значит одинокий. Здесь – живой мир.
– Живой мир… - повторила Катя про себя. И вслух:
– «Два мира. Выбирай», – вспомнилась ей мысль, когда она смотрела на свой портрет.
Кирилл внимательно посмотрел на неё.
– Катя!
– А? …Да…- улыбнулась она. – А ты на чём, на мотоцикле ездишь?
– Да. Иногда с дядей, на его машине.
– С Олегом?
– Да. Он меня часто за руль сажал. Всё хотел, что бы я попробовал всё. Он жалел, что я без отца, и пытался в чём- то заменить.
– А какая у него машина?
– Да он каждый раз на разных приезжает. То на своей, то на служебной, а, если в ремонте, у друга, какого-нибудь, возьмёт.
– А ты на каких пробовал? – допытывалась Катя.
– А на всех и пробовал… - улыбнулся Кирилл.
– Так вот, ты где ездить научился!
– Да. Так и научился.
– А ты быстро ездишь? На мотоцикле…
– Здесь не где быстро… На трассе быстро…
– Значит, любитель быстрой езды? – улыбалась Катя.
– Да нет, Кать, я ездить, вообще не люблю…
– Почему?
– Когда едешь, ничего не видишь вокруг… А ты что меня про город, про машины спрашиваешь?
– Просто я сама боюсь, а придётся в город…
– Ничего. Нужно привыкнуть к своей, почувствовать. Справишься, ты не волнуйся…
– К вечеру мошкара появится. Надо одеваться. Катя встала.
– Ты загрустила что-то, заскучала по дому? – спросил Кирилл.
– Не угадал. У тебя ещё две попытки…
Катя оделась, закрутила хвост и присев рядом, прижалась к Кириллу, положив голову, ему на плечо.
– Не люблю гадать… Случилось что-нибудь? Я чувствую, ты что-то не договариваешь…
– Да что ты, Кирюш, - улыбнулась Катя, - я мечтаю просто… Представляю… Нет, не представляю… - хохотнула она.
– Что не представляешь?
– Я тебя в городе не представляю!
– А знаешь, я тоже не представлял, что как я то городская девчонка, окажется здесь. Но я был уверен, что окажется… И я тебя ждал…
– Именно меня?
– Наверное…, когда я тебя на пруду увидел, я почувствовал, я не к кому не подходил раньше, что б познакомится…
– А я никогда так не терялась. Когда я мокрая пришла к бабушке, я хотела, что бы ты пришёл, если б ты не пришёл, не знаю сейчас, наверное, я бы стала тебя искать… Стала бы…
– А я боялся, что ты разговаривать не захочешь…, ты так резко начала.
– Хм… - усмехнулась Катя, - хотелось показаться…, не подберу слова, а сама испугалась, засмущалась…, да и на руках меня ещё никто не носил… - улыбнулась она.
– А теперь, раньше мне в голову не приходило, ни в каких вариантах, а теперь… Я стала думать…, мечтать… Как ты про домик сказал, тогда… Теперь часто … почему-то… Вот и сегодня… вот и не договорила … А ты почувствовал…
– Да о чём, Кать?
– Катя усмехнулась мечтательно… Вздохнула…
– О ребёнке, Кирюш… Вот…
– Так это хорошо! – спокойно сказал Кирилл. – Это естественно…
– Что, естественно? – повернула голову Катя, заглядывая ему в глаза.
– То, что ты думаешь. О ребёнке! Я заметил, многие вообще о ребёнке не думают. Даже когда он уже родился…
– Ох, - Катя прижалась к нему, обхватив шею.
– Да что ты, Кать?
– Не знаю, просто всё в голове перемешалось! Просто боялась заговорить с тобой об этом. А хотелось поговорить…
– Ты говори… Всегда говори мне…
– Угу, - наклонила она голову, что бы стереть слезинку.
– Я обещаю тебе, ты никогда не будешь жалеть, о том, что сказала мне что-то…
Катя прижалась щекой к его лицу, обхватила руками…
– Знаешь, я ещё хочу сказать, но не знаю, хорошо ли это… Но мысль, она во мне. Если я не скажу тебе, значит солгу. …И не важно, спрашиваешь ты меня, или нет. Потому, что мысль о ребёнке, это уже не моя мысль, а наша, общая, понимаешь?
– Да, понимаю.
– Я слышала, когда ребёнок родился, … в общем, служба заканчивается, для солдата этого, отца то есть… Не хорошая мысль, да, какая-то…? Но я хотела…, что ты думаешь?
– Кать, я думаю, что ребёнок не должен быть разменной монетой, средством для чего-либо… Он…, просто должен быть, потому, что кто-то этого очень хочет!
– Да, конечно, да…, я тоже так, думаю…, тоже… Ты прости…
– Ну что ты, что ты… - Кирилл обнял её, крепко прижал к себе. Смотрел вдаль, поверх её головы.
Катя замолчала. Он гладил её волосы, потом повернулся чуть, и поцеловал её в нос. Это было первое, до чего можно было дотянуться. Катя всхлипнула только.
– Ну, - улыбнулся он, - всё?…
– … Просто, если ребёнок не в любви рождается…, это жестоко, так ведь? – решила до конца выговориться Катя.
– Да, так…
– …А, если в любви! То…, всё остальное, уже не имеет значения, так ведь, да!?
– Да, я согласен! – опять ответил Кирилл.
Катя вздохнула шумно.
– Я просто хотела, что бы ты меня понял… - виновато добавила она.
– Кать, ты просто прелесть!
– Мм! – Улыбнулась она вслух.
Потом, вдруг, закрыла глаза, и, из под опущенных ресниц, закапали слёзы…