Чтение онлайн

— Ну и ладушки, — кивнул Бандит и поздоровался с Толяном. — Чё, присаживайтесь. Как раз чай заварился. Или коньяку вам открыть?

— Не-не, я чай, — покачал головой Виталий.

— Я тоже чай, — сказал Толян.

— Ну смотрите, — сказал Бандит. — Мы-то по-любому бухать не будем. Щас на стрелку ехать во Влад. Ну а чё ты, Витала? Как жить думаешь?

— Да осмотрюсь пока, там видно будет, — ответил Виталий, присаживаясь в кресло рядом с Бандитом.— Тут-то всё поменялось уже, даже деньги.

Зашёл Лысый с чаем и, буторнув его, налил в кружку и пустил по кругу.

— Да это что поменялось — ерунда, — махнул рукой Бандит. — Люди-то те же остались. Я имею в виду именно ЛЮДИ, кому людское не чуждо. Я щас здесь общак поднимаю и нормальных пацанов подтягиваю, чтоб вместе все были.

— Да это я уже понял, раз ты в Уссурийске теперь живёшь, — ответил Виталий как-то обречённо. Вор сделал такое ударение на слове «люди», что всё сразу стало понятно. Если не присоединиться к нему, то нормальным пацаном тебя считать уже не будут. Эти методы были хорошо знакомы Витале. За время скитания по тюрьмам он сам не раз применял их в своих целях, чтобы вынудить кого-то поступить так, как ты хочешь. Это называлось «надавить на гниль». И вот теперь «на гниль надавили» ему. Если отказаться работать с Бандитом, то в списке людей значиться уже не будешь.

— Ну раз понял, хорошо, — сказал Бандит. — Значит, быстро определишься, с кем твоя дорога по жизни.

Витала, подносивший в это время кружку ко рту, остановился и, внимательно посмотрев на Бандита, сказал:

— Да ты погоди, Олег. Дай осмотреться, подумать. У меня ж надзор ещё, щас пока прописка… х…иска…

— Да чё тут думать? — перебил Бандит. — Я ж говорю, всех пацанов с понятиями подтягиваю. Ты же здравый человек, и брат твой тоже. Ткач освободится скоро, тоже с нами будет.

Виталий посмотрел на Толяна и сказал, повернувшись опять к Бандиту:

— Ткача же вроде Билл здесь ответственным ставил, я слышал.

— Да кто он такой, этот Билл? — резко произнёс Лысый и скрючил пальцы. — На положении Вора, бля буду, зона. Мы его прорубили вот недавно, еле очухался.

— Билла самого тут ставили за край ответственным, — подтвердил Мастер. — Только Вор в крае один, Олег. И живёт в Уссурийске.

— А если в крае есть Вор, положенец тут тогда, на х…й, не нужен, — опять вставил Лысый. — Движняк есть кому наводить.

— А кто Билла поставил? — спросил Виталий и наконец-то отпил чай и передал дальше Толяну, беря конфету.

— Да без разницы, кто его поставил, — ответил сам Бандит. — Кто поставил, пусть в своём регионе разбираются. Здесь, в Приморье, разбираться будем только мы. И я сам поставлю ответственных в городах, кого посчитаю нужным. Ватулика в том году убили во Владе спортсмены, других воров здесь нет.

— Билл там во Владе ещё пырхается, хочет под себя всё загрести, прикрываясь своим положенством, — добавил Лысый. — Но ему недолго осталось. Мы щас как раз к нему на стрелку едем во Влад. Поехали с нами.

— Да какие стрелки? Только приехал, ещё родных даже не видел всех, — немного возмущённо ответил ему Виталий.

— Да правильно-правильно, — сказал Бандит и осуждающе посмотрел на Лысого. — Ты чё, Саня? Человек только освободился… Сами съездим. — Он опять повернулся к Виталию. — Отдыхай, Витала. Щас тебе девчонку, кстати, привезут нормальную. Коньяк, шампанское, фрукты, всё на кухне. Мастер здесь останется. Потом поможем тебе с пропиской, на работу воткнём, чтоб числился там…

— Да у меня с этим всё нормально, — поспешно ответил Виталий, не желая быть кому-то обязанным. Тем более что вот так сразу бросаться в омут, пусть даже с авторитетным Вором, он не собирался. — Батя сказал, с начальником своим решит вопрос, чтоб я на работе числился. И прописаться есть где.

— Ну и ладушки, — спокойно ответил Бандит. — А с бабками и всем остальным проблем не будет. Мы уже пол Приморья закатали. И остальные тоже никуда не денутся. Спортсмены все, в том числе.

— А чё, много спортсменов тут уже? — спросил Виталий.

Бандит молча кивнул, отпивая чай.

— Да до хера уже, — ответил за него Лысый. — Шелест со своими пацанами, ещё Саня тут есть, тоже

боксёр бывший. Но эти все уссурийские, с понятиями, помогают. Во Владе там побольше спортсменов, и некоторые броню пока врубают.

— Да у нас тоже не все помогают, — возразил Мастер. — Синкоша вон со Старцевым Севостьяну с Биллом в рот смотрят.

— Синкоша разве спортсмен? — спросил Виталий.— Он в моей зоне сидел.

— Не, ну я так сказал, — пожал плечами Мастер,— у нас же, помимо спортсменов, ещё тут братва есть. Банзай со своими вроде нас держится, но и Биллу помогает. Полова тоже непонятно себя ведёт…

— Ни хера тут бригад новых сколько, когда сажали, ни про кого не слышал, — покачал головой Виталий и повернулся к брату. — Ты их всех знаешь, Толян?

Толян кивнул головой, жуя конфету.

— Времена поменялись, Витала, — положил ему руку на плечо Бандит. — Много развелось коммерсов, и многие хотят с них иметь. Но скоро все будут под нами. И коммерсы, и братва. Кто не со мной, тот против меня, — Бандит показал пальцем на настенные часы. — И уже через два часа я поставлю точку в вопросе с Биллом. Или он будет со мной, и тогда я его оставлю смотреть за Владом, но уже от моего имени. Или на перо…

Виталий молча отпил чай, задумчиво смотря на пол. Бандит поднялся и, потянувшись, сказал:

— Ну чё, нам пора…

Лысый тоже начал подниматься, и Виталий с Толяном тоже сразу встали.

— Не-не, вы-то оставайтесь, — сказал им Бандит и повернулся к Мастеру. — Вов, организуй тут всё, встречай пацанов.

После небольшого гуляния с участием девушек изрядно захмелевшего Виталия Толян привёз домой к родителям, и сам уехал. Ещё во время застолья он постоянно рвался уехать домой, и Виталий понимал брата. У того дома молодая жена, только что родившаяся дочь… А тут приходится сидеть за столом и слушать щебетание подвыпивших девиц. Пользуясь тем, что