Убить человека
Шрифт:
– Пошли, - сказал парнишка, - умоешься.
Когда вышли из переулка на улицу, Борис при свете фонарей хотел рассмотреть избавителя, но тот вдруг изменился в лице, сильно толкнул. Борис отлетел в сторону, еле удержавшись на ногах, тут же на высокой ноте совсем рядом на миг страшно вскрикнули тормоза, ударило смрадом бензина и мазута, мимо пронеслась как снаряд тяжелая гора из металла, толстого стекла и резины. Виляя по шоссе, МАЗ резко повернул за угол, едва не выскочив на тротуар.
– Сволочь, - сказал спутник Бориса свирепо.
Борис в страхе смотрел на то место, где пронесся грузовик. Земля с трудом выпрямлялась после пронесшегося многотонного чудовища.
– Спасибо, - прошептал он. Губы запрыгали снова.
– Ты меня прямо из-под колес...
– А ты не мечтай на улице! Ладно-ладно, не раскисай.
– Сегодня получка, - объяснил Борис растерянно.
– Район не самый благополучный, как видишь... Пьяные бродят, лихач за рулем...
– Хорошо, если только лихач, - пробормотал странный парнишка угрюмо.
– Тут каратэ не спасет... Меня зовут Анатолием. Я с турбинного, живу в общаге.
– Я аспирант кафедры математики. Сененко Борис.
– Эх ты, аспирант Боря... Вон колонка! Пойдем, обмоешься, ты в крови.
Кирпич сухо треснул, половинки провалились, бухнулись в траву, ярко-красные как окровавленная плоть. Борис, еще не веря глазам, повернул занемевшую ладонь ребром вверх. Твердая желтая кожа, твердая как рог, как копыто, а в ней красные бусинки... Не кровь, это врезались или прилипли крупинки обоженной глины.
Второй кирпич поспешно лег на подставку вслед за первым. Резкий взмах... Обе половинки с силой ударились в землю. Из разлома взвилось как дымок красное облачко мельчайшей пыли.
Борис с усилием разогнул спину. Между лопатками прополз, плотно прижимаясь ядовитым брюхом к горячей коже, неприятный холодок, застывшие мышцы ныли.
От дома донеслось бодрое:
– Удается?
Борис промолчал. Первый успех, как ни странно, не окрылил, на новые свершения не подтолкнул.
– Удается?
– спросил Анатолий снова. Он выпрыгнул из окна, пошел к Борису.
– Да.
– А почему такой мрачный?
– Не знаю. Слишком уж все... Да и получится ли из меня каратэка?
– Получится!
– воскликнул Анатолий.
– Ты талантище! Месяц всего тренировался, а уже кирпичи колешь. Теперь и черепа сможешь рубить так же запросто. Осталось только освоить несколько приемчиков, и ты непобедим!
Борис задумчиво потрогал загрубевшие ладони.
– Заманчиво, - сказал он неуверенно.
– Вот только было бы в сутках часов сорок, а то на математику ничего не остается! За месяц так и не выбрался... Каратэ берет тебя с потрохами.
Анатолий задумался, ответил со вздохом:
– Да, спорт требует человека целиком, а желание реабилитироваться может завести далеко... Но ты от каратэ не отрекайся полностью, пробуй совместить с математикой. Ведь надо быть в первую очередь не математиком, а человеком, то есть полноценным мужчиной, чтобы мог постоять за себя и за других! Обидно, что эта мразь, у которых всего одна извилина, да и то прямая - между ягодицами, берут над нами верх хотя бы с помощью кулаков! Лично я, например, этот вопрос решил.
Борис с уважением смерил взглядом его суховатую фигурку:
– Да. Тебе легче.
– Не скажи, - засмеялся Анатолий.
– Слушай, а если встряхнуться малость? К тренировкам вернешься, когда появится желание. А сейчас едем!
Людей на улице было мало, шла двадцатая серия "Приключений майора Чеховского". Когда вошли в метро, Анатолий огляделся и вдруг оттащил Бориса от края перрона.
– Не стой так близко, - шепнул он сердито.
– Время пик, еще столкнут ненароком на рельсы! Ты ж такой рассеянный... Никогда близко к краю не становись.
Поезд доставил их к конечной остановке, эскалатор подхватил и вынес на поверхность. Борис поежился, втянул голову, спасаясь от холодного ветра. На выходе из подземелья услышали жалобное:
– Молодые люди, купите лотерейки! Завтра тираж!
На них умоляюще смотрела хорошенькая молоденькая девушка. Губы ее полиловели, она зябко куталась в легонькую кофточку, а из-за ее спины наползала, прогибая небо, угольно-черная туча.
Анатолий удивился:
– Вы нам?
– Вам, - ответил девушка, ее губы еле шевелились.
– А что?
– Неужели, - сказал Анатолий оскорбленно, - я похож на человека, который покупает лотерейные билеты?
Сверхтренированный, всегда знающий что делать, он, по мнению Бориса, конечно же, не был покупателем лотереек. Сам вырвет все, что захочет, со дна морского достанет, если возжелает...
– А вот я, - сказал Борис неожиданно даже для себя, - в коленках слабоват, потому рискну. Девушка, мне билетик.
– Ты что?
– изумился Анатолий.
– Не позорься! Слабаки покупают! Ничтожества, которые сами ничего не могут, вот и надеются на слепой случай. Держи карман, отвалят крупными купюрами!
– Девушка, - сказал Борис, - Я передумал, мне десяток.
Девчонка торопливо отсчитала ему билетики, схватила деньги, пока гонористый парень не передумал. Анатолий развел руками. Борис принялся зачеркивать, и Анатолий сказал с язвинкой:
– Тогда уж рисуй до конца, зачеркивай одинаковые!
Борис бросил карточки в ящик с надписью "Спортлото", а Анатолий заговорил увлеченно, словно бы и не было только что нелепой микростычки из-за лотереек:
– Все-таки йоги добились многого! Знаю одного, живет на городских харчах, а выглядит на сорок лет моложе! Семьдесят, а дают тридцать! Поездил везде, все повидал, все перепробовал, во всем поразвлекся... А вот на что мы будем годны в свои семьдесят?