Чтение онлайн

— Ушел к подруге. К Ма... То есть... тьфу! — к Светке. — Близнец продемонстрировал свой коронный номер: красные уши. — Она была у меня на дне рождения. На поросенка похожа. Когда возбудится, начинает похрюкивать.

До восьми часов снайперская пара бездействовала. Если не считать тех редких моментов, когда Проскурин брал бинокль и всматривался в окна квартиры генеральской дочери. Ей было лет тридцать, не замужем. Она возглавляла какой-то фонд, его офис располагался на площади Свободной России. Точнее, на Конюшковской улице, но с видом на реющий на крыше некогда обстрелянного из танков дома российский стяг. С работы и на работу она уезжала на черном представительском «Ауди». Рослый водитель провожал ее до квартиры и уезжал. И до утра она фактически из дому не выходила. По сути, вела жизнь затворницы. За те несколько дней наблюдений Андрей ни разу не видел, чтобы к ней приходили гости. Он много раз видел ее на кухне, но она ничего не готовила, разве что ставила на плиту чайник. В основном пользовалась микроволновкой, разогревая что-то.

«Ауди» появился, когда часы на руке первого снайпера показывали 20.35. Проскурин непроизвольно заиграл желваками, его ноздри пришли в движение. Может, именно с этого момента наступала другая фаза диверсионного мероприятия. Наверное, так и было.

— Дочка приехала, — бросил Андрей через плечо. — Витя, бери винтовку, присмотрись. Сейчас будет важный момент: она остановится перед зеркалом — всего пара секунд.

Проскурин отошел, давая обзор младшему товарищу.

Близнец занял прежнюю позу: одна нога поджата, колено второй находится под локтем правой руки.

Пока еще не оснащенная магазином винтовка «пусто» смотрела на кухонное окно.

Сначала Виктор увидел, как осветилась прихожая, словно смотрел на монитор, на котором резко прибавили яркость. Картинка оставалась неживой недолго. Незаметно, как из ниоткуда, вдруг четко обозначился силуэт полноватой женщины. Она отпустила сумочку из рук и пару секунд оставалась неподвижной.

Пара секунд.

Этого времени вполне хватит и для генерала.

Оптический прицел. Основной угольник для стрельбы — «галочка», направленная острием вверх, — словно впилась в щеку женщины. Дополнительные угольники для дальних расстояний, расположенные ниже основного, распределились по ее телу. Они буквально жалили ее в шею, плечо, грудь. Так, будто винтовка могла стрелять четырьмя пулями одновременно. Ее голова очень близко в оптическом прицеле, так близко, что даже можно покрутить у ее виска... боковым барабанчиком.

Палец снайпера потянул спусковой крючок. Раздался сухой щелчок — и генеральская дочь прошла в комнату.

— Ну что, Витя?

— Все так, как я и представлял.

Проскурин в последний раз открыл кейсы, чтобы проверить оружие. Мелкашки без сошек, глушителя и оптики походили на обрезы. Но они гарантированно били на сто метров. Глушители лежали рядом, их можно поставить в любой момент. Андрей щелкнул замками, закрывая «дипломаты».

Половина девятого. Точнее, 20.31. Генерал Свердлин до сей поры не изменил своей привычке носить электронные часы. Что интересно, носил он их на правой руке, однако не в подражание своему шефу. Его привычка была менее прозаичной. В свое время он учился в музыкальной школе по классу баяна. Отец купил ему часы — подарок недорогой, но до некоторой степени неожиданный — Саше в ту пору исполнилось одиннадцать. И он ни за что на свете не хотел расставаться с отцовским подарком. Который отчаянно мешал при игре на баяне: ремень с басовой стороны инструмента давил как раз на запястье. Из двух вариантов мальчик выбрал один: надел часы на правую руку, где ремня баяна не было.

20.31. Александр Семенович выпил рюмку коньяку и мысленно перенесся на Нижнюю Масловку. Как раз в это время должен подъехать к дому Надежды Князевой служебный «Ауди». А еще через полчаса появится другая немецкая машина и с той же немецкой пунктуальностью. Генерал проведет в гостях сорок — сорок пять минут. Сороковая или сорок пятая станет для него последней. А может, сорок первая. Что будет символично и созвучно с темой одноименного фильма.

Беседа с дочерью.

Губы Свердлина тронула легкая усмешка. Очень тонкая ирония.

Не всегда получалось прийти домой «засветло», и Александр Семенович в редкие минуты общения с дочерью испытывал неловкость. Еще рано желать ей спокойной ночи. Просто, пользуясь случаем, можно реально провести параллели, зная, что параллельных линий не существует.

Урок физики. Учитель по имени Сергей Федорович приводит пример: «Две нити с грузиками на концах кажутся нам параллельными линиями. Однако они пересекаются точно в центре Земли».

Интересно, о чем пойдет разговор у Дронова со своей дочерью? Что они будут обсуждать? Поделятся каким-то общими проблемами, затронут планы на будущее?

Да, очень интересно быть правой рукой создателя. И тем не менее немножко грустно. Оттого, наверное, что ты не вправе даже намекнуть, что на пол упал последний листок с чьего-то календаря. Иначе нарушится жизненный цикл, время потечет по другому руслу, изменятся многие судьбы, расклад определенных сил, реакций. Мир таков, что ты живешь в нем внутри себя и видишь его изнутри. Сложно.

Девочка лежала в кровати и читала книжку. Александр Семенович присел рядом и спросил:

— Что читаешь?

Дочь-пятиклассница откинулась на подушку и закрыла лицо раскрытой книгой, давая возможность отцу прочесть название на обложке. Или скрыла то, что было написано в тот момент на ее лице.

Книга называлась «Приключения Ульяны Караваевой». На обложке была изображена растрепанная рыжеволосая девчонка с вороной на плече. Этакая русская Пеппи Длинный Чулок.

— О чем книга?

Дочь зашлепала губами по странице, не убирая книгу от лица. Ее голос был глуховат и нарочито таинственен.

— Ульяна спасает родного отца, известного изобретателя, пропавшего без вести после взрыва на шахте.

— А ворона?

— Явно досталась по наследству от отца-изобретателя. — Девочка рассмеялась под книжкой.

Александр Семенович потянул книгу на себя и прочел слегка подмоченный текст: «Слухи о том, что Ульяна поймала десятерых бандитов и расправилась с самым опасным преступником, какого когда-либо объявляли в розыск, несколько преувеличены».

— Где ты взяла эту книгу?

— Подруга дала почитать.

— У нас что, своих книг нет?

— Господи! — девочка по-взрослому всплеснула руками. — И ты называешь это книгами? Сплошь энциклопедии! Ты еще назови мою школу школой. Это прям учреждение какое-то. Все ученики с охранниками. Все учителя на измене.

— На чем?

— Да ладно тебе притворяться! Как будто ты не понял.

Свердлин понял это по-своему. Рассудил так: «Читают запрещенную литературу».

21.00. Дронов уже должен быть на месте. Осталось немного.