Чтение онлайн

– Тсс, меня здесь нет.

Петя понизил голос:

– Поесть хочешь? Я пельмешек сварил.

– Ничего не хочу. Что в общаге творится?

– Ничего особенного. В первые дни немного погудели и затихли. Комнату твою опечатали.

– Видел. Что народ обо мне говорит?

– Некоторые думают, что это ты Алину убил. Но в основном сомневаются. Падлыч следователям про тебя наплел, что ты хулиган, нарушитель режима и вообще асоциальный тип.

– Сволочь.

– Зачем ты вернулся?

– Хочу найти убийцу. Думаю, он залез в нашу комнату с крыши.

– Почему ты так решил?

– Веревка.

– Какая еще веревка?

– Альпинистская, которая хранилась у коменданта в подсобке. Я обнаружил ее у Зойки Дымовой под кроватью.

– Что за бред?

– Послушай, в тот самый день после убийства Алины Падлыч принес эту веревку Зое и приказал, чтобы она ее спрятала. Я думаю, именно по ней он спустился с крыши. Помнишь, кто-то рассказывал, что Падлыч бывший альпинист?

– Ерунда какая-то. Ну, хорошо, допустим, это он. Не проще ли было эту веревку… ну, уничтожить как-то? Закопать, спалить.

– У него просто не было на это времени. Он понял, что следователи могут обыскать его подсобку и найти там веревку. И если всплывет, что он бывший альпинист, он попадет под подозрение.

– Но это же рискованно: сама Зоя могла его заподозрить, – возразил Петя. – Да и зачем Падлычу убивать Алину?

– Не знаю.

– Ладно, что ты предлагаешь?

– Вымани Падлыча под каким-нибудь предлогом. Он тебе доверяет.

– Куда я его выманю?

– Да хоть на крышу. Мне надо поговорить с ним с глазу на глаз.

Комендант общежития Николай Павлович Кашин, он же Падлыч, был неприятен. Еще учась в институте, он доносил в деканат на однокурсников. Специально для этого научился пить, чтобы улавливать крамолу в разговорах, жужжавших за беспечным столом.

Кашин приложил руку к тому, что из университета был изгнан талантливый Леша Кислов, всуе обругавший президента страны. Потом вылетел с пятого курса Сашка Сидорчук, нарисовавший карикатуру на любовницу ректора МУГР.

Стукача в конце концов вычислили. Всем курсом отправились лупить, но Кашина кто-то предупредил, и он успел смыться к родителям своей будущей жены.

Его жена, как и положено, была стервой. Считая себя красавицей, она была уверена, что сделала Падлычу больше одолжение, выйдя за него замуж.

На посту коменданта любимым занятием Кашина было ходить по этажам и выслеживать, кто чем занят. Он присматривался к подвыпившим студентам, прислушивался к нецеломудренному скрипу кроватей, принюхивался к запаху курева, пытаясь уловить запах травки. Как только он выявлял криминал, тут же затевал разговор по душам. В результате которого к Падлычу перекочевывала определенная сумма денег – в обычной валюте, криптокойнах или интерпэях. Он не брезговал ничем. Это могли быть и два мешка картошки. Или свиной окорок. А то и ящик вина. По обстоятельствам и в силу возможностей уличенного.

В юности комендант увлекался альпинизмом. Это помогло ему усовершенствовать слежку за студентами. Пользуясь веревкой и профессиональным снаряжением, он спускался с крыши и тайком подглядывал в окна, записывал сомнительные разговоры.

В тот самый момент, когда Илья разговаривал с Петей, Падлыч тенью просочился в общежитие, даже не взглянув на вахтершу Ларису. Свернул направо и заперся в своей подсобке. Выудил из сейфа две папки.

Насвистывая «Песню индийского гостя», он принялся изучать ведомости платы за общежитие. Первую, официальную ведомость, просмотрел бегло и хмуро, отметив про себя, что Мамонов и Григорьянц так и не сдали деньги за сентябрь. «Прижать гадов», – убористо вывел он особенной ручкой, в чернила которой была встроена специальная звуковая «напоминалка», срабатывающая в определенное время.

Отложив эту папку, он с посветлевшим лицом раскрыл другую, неофициальную. Здесь Падлыч вел учет тех, кто жил в общаге нелегально и сдавал деньги втемную. Когда студента отчисляли из института, он автоматически вылетал из общаги. Но комендант продолжал вписывать его в официальную ведомость. А сам тайком вселял на это место совершенно постороннего человека, какого-нибудь мозолистого работягу или дистрофического лаборанта, а то и хмурого мужа, ушедшего из семьи. И драл за нелегала втридорога, гораздо больше, чем с законных студентов. Своим наваром он делился с начальником отдела регистраций студентов Мукло. Отстегивая ему треть выручки, Падлыч мог спать спокойно: Мукло его прикроет. Ну а то, что вместо давно уволенного студента Фомина в 22-й комнате живет гастарбайтер Казым Магомедов, а на кровати изгнанного первокурсника Харченко спит инженер Ёжиков - кого это должно волновать?

Единственное, что портило настроение коменданту, – это опечатанная полицией 33-я комната. У него даже мелькала дерзкая мыслишка, не сорвать ли эту бумажку с тесемками. «Вон Вагиз с Бахытом давно просятся, хоть сейчас заселяй. Заодно они бы мне тут кабинет подновили».

Задумавшись над папками, комендант задремал. Во сне ему привиделось, будто он, озираясь, аккуратно отклеивает печать на двери комнаты № 33 и впускает в нее двух улыбчивых узбеков. «Тихо, тихо, только не высовывайтесь», – говорит он им. После чего закрывает дверь и снова ее опечатывает…

Падлыч блаженно откинулся на спинку стула. Губы плотоядно выпятились.

Началась следующая фаза сна. В ней он бродил ночью по коридору, следя, чтобы Вагиз с Бахытом не выбрались из комнаты. Его ухо время от времени улавливало за дверью подозрительную возню. Наконец до него дошло, что проклятые узбеки пытаются вылезти в окно.

Лихорадочная смена кадра: улица, отвесная стена. Азиаты лезут по веревке вниз. «Куда, сволочи? Назад!» – кричит он им, задрав голову.

Один из узбеков срывается вниз. Комендант поднимает голову, ожидая увидеть второго. Но это не он. Это Алина Муромцева. Она выглядывает из окна собственной комнаты. Живая.

Его сон прервался стуком в дверь. Комендант очнулся и быстро убрал обе папки в сейф.

Стук повторился.

– Кто?

– Я, Николай Павлович.

Петя протиснул живот в кабинет.

Комендант потер глаза, вычесывая остатки сна. Плюнув на ладонь, пригладил плешь драгоценными ниточками волос.

– Что случилось?

– Николай Павлович, у нас ЧП: кто-то залез на чердак. Там следы бродяг – драный матрас, вонючая одежда, несколько сумок с объедками.