Чтение онлайн

— Ну, во-первых, он не Змей, а скорей всего «глаз Змея», — прокомментировал Глеб. — А во-вторых, Самарскую он лишь усыпил, а довершили дело бандиты Митьки Грача. Эта нечисть охотно пользуется услугами спецслужб и криминала.

— Но зачем? — недоумевал Илья. — Почему бы твоему Гаврилычу было не убрать девушку по-тихому? Превратил бы в лягушку, как ты меня грозился.

— Я-то умею, а он вряд ли.

— …или распылил бы на атомы, или… Мало ли вариантов?

— Много, старик. Но исчезновение известной журналистки спровоцировало бы ее поиски именно в кругу тех, у кого она перед этим брала интервью. Ольгин список мог оказаться не только у нас. Поверь, Илюша, слуги Змея — мерзавцы, но не глупцы. Для них гораздо разумней свести дело к бытовому криминалу, а дальше пускай менты шерстят московские группировки. Каковы будут успехи, легко угадать.

— Возможно, возможно… — в задумчивости пробормотал Илья. — Следующий, кто у меня на заметке, американский сенатор Колмен. Какого черта он здесь ошивается в такой милой компании? Что у них там — бизнес, большая политика? А может, ни то и ни другое?

— Так давай придумай для Колмена провокацию, — предложил Глеб. — А я тем временем постараюсь на него выйти.

— Запросто, — ответил Илья. — Утром наверняка что-то придет в мою мудрую голову. Зайн гезунд.

Они оба дали отбой.

Даша не спеша отложила книгу, встала напротив Глеба и спросила:

— У Мангуста может родиться Мангуст?

Глеб со вздохом развел руками.

— Увы. Рождаются самые обыкновенные дети. Разве что здоровые физически. Часто ты слыхала, чтоб, к примеру, от гениев рождались гении?

— Жаль, — вздохнула Даша, глядя ему в глаза. — Тогда о другом. Ты говорил, что у твоего учителя, Стивена Пирса, было второе имя — имя его Сущности… Можешь мне сказать?

— Ну, пожалуй… теперь могу. Повелитель Стихий. Зачем тебе?

— Так. А у того Мангуста, который исчез или погиб, второе имя было… Неудержимый, кажется?

— Да. Что за допрос?

— А какое у тебя второе имя?

Глядя ей в глаза, Глеб усмехнулся:

— А вот это уж фиг!

— И не надо! — улыбнулась Даша. — Я и так знаю.

Глеб насторожился.

— Откуда, черт возьми, ты знаешь?

— Мысли твои читаю. Радуйся.

— Радуюсь. Но имя моей Сущности для тебя под семью замками.

— Ой ли? Хочешь скажу?

— Попробуй.

— Нет, серьезно?

— Давай говори.

Даша посмотрела на него с невыразимой нежностью.

— Твое второе имя — Плакса.

Глеб перевел дух.

— Надеюсь, ты никому об этом не расскажешь?

— Что за вопрос, дурак? — рассердилась Даша. — Хочешь, скажу тебе свое второе имя? Или сам догадаешься?

Глеб с улыбкой покачал головой:

— Даже не представляю.

Глядя ему в глаза, Даша с наигранной торжественностью произнесла:

— Мое второе имя — Ученица.

В небесах оглушительно громыхнуло. Даша в испуге бросилась в объятия к Глебу. Прижимая ее к груди, Глеб ошеломленно пробормотал:

— Боже мой, родная… гроза в начале марта. Что за имечко ты себе придумала, дуреха?

— У меня иногда такое ощущение, — прошептала Даша, — будто я школьница, десятый еще не окончила. Мне так это ощущение нравится!

Глеб поцеловал ее в макушку.

— Очень тебя понимаю.

— Еще бы не понимал, Плакса!

Ночью Дашу мучили кошмары. Она вздрагивала, кричала и отбивалась от чего-то руками. Глеб разбудил ее, успокоил и баюкал на коленях до утра. Эти кошмары его насторожили. Очень насторожили.

Утром, пока Даша отсыпалась, Глеб успел сделать гимнастику и сесть на кухне за печатную машинку. Статья о ритуалах двигалась из рук вон плохо. Изложение получалось пресным и скучным, и мысли тонули в каком-то словесном болоте. Глеб злился на себя, комкал напечатанное и швырял на пол. Затем начинал заново и опять комкал. Он предавался этому занятию с таким остервенением, что не заметил, как на кухню явилась Даша. Влажная после душа и насмешливая, она подобрала скомканные листы и принялась читать. Ненароком поймав ее за этим занятием, Глеб вскипел.

— Это еще что такое?! — Он выхватил у Даши лист. — Кто разрешил?!

— Первый абзац неплохой, — поделилась впечатлениями Даша, — второй… в общем, так себе. Дальше — гораздо хуже.

— Сам знаю, — буркнул Глеб. — Нечего подбирать с пола!

Даша театрально захлопала ресницами.

— Это для музея, лорд Грин.

— Удар ниже пояса, — обиделся Глеб. — Я сижу тихо, ничего никому не показываю… К чему здесь твое ехидство?

Даша обвила руками его шею.

— Хочу и ехидничаю. Садистка потому что.

— Да на здоровье. Вот уйду, как Илья, работать к подруге…

— Нет! — крикнула Даша. — Я больше не буду!

— Поклянись самым дорогим, — потребовал Глеб. Но тут зазвонил телефон. Глеб поднял трубку.

— Француз?! — раздался голос Васи златозубого.

— О-о! — удивился Глеб. — Чем обязан?

Вася помолчал, посопел и выпалил:

— Папаню вывезли, Француз! Люди Грача, б…! Из-за шести вагонов никеля! Они грохнут его, без понтов! Замочат, суки! Помоги, Француз!

Удивление Глеба возросло.

— Я-то при чем? Мне эти ваши разборки, знаешь…

— Грач, гнида, его не выпустит! — захлебывался речью златозубый. — Пускай Папаня отдаст ему никель, один хер — кранты! А наши все по щелям расползлись, перебздели! Если сейчас его не вытащить…

— При чем здесь я? — перебил Глеб. — Только мне и дел в уголовщину вашу впутываться.

— Игнат не падло, Француз! — заорал Вася. — А Грач — это беспредел! Ты сам знаешь, какой он… — Будто поперхнувшись, Вася замолчал. Потом проговорил тихо: — Француз… Глеб Михайлович, помоги, а! У Папани дети, внуки маленькие…

— Ну давай, бери меня на жалость! — заорал Глеб, выскакивая в прихожую. — Сейчас я всё брошу и полечу ваших уркаганов выручать! И попрусь к черту на кулички! — Он сдернул куртку с вешалки. — Говори, гад, куда ехать!

— Француз, ты это… по-шустрому только, ладно? — пробормотал Вася и обрисовал место встречи.

Даша приняла у Глеба телефон.

— У меня один лишь вопрос, — вздохнула она, — во сколько вернешься?

— Как управлюсь. — Глеб поцеловал ее в губы. — У меня еще встреча с братьями Абэ. Потом — сразу домой.