Чтение онлайн

Несколько огорошенный капитан не стал делать из этого тайну:

– Григорий Алексеич Круг. Вам что-то говорит это имя?

– Круг? А он, случайно, не профессор? Учебники не пишет?

– Профессор и есть. Наверное, пишет и учебники, точно не знаю. Но что вы от меня хотите?

– Я его раньше где-то видела. – Она показала рукой в ту сторону, куда исчез профессор Круг. – Теперь понимаю – где-нибудь в коридорах МГУ. Я там на заочном учусь. Наверное, когда приходила сессию сдавать…

– Так что вы от меня все-таки хотите? – невежливо перебил девушку начинавший терять терпение старший оперуполномоченный.

– Вы ведь – капитан Бороздин?

– Я уже отвечал на этот вопрос.

– Извините, товарищ капитан, за мою бестолковость, но у меня очень большое горе, и мне сказали, что только вы можете мне помочь.

Дмитрий вежливо, но твердо взял девушку под руку и повел к управлению:

– Давайте все по порядку. Как ваше имя?

– Ирина Птицына.

Ирина Птицына? – задумчиво повторил капитан. Это имя показалось ему смутно знакомым, но сразу он не мог вспомнить – откуда. Когда придет в управление, то посмотрит в своем досье. – И что же у вас случилось?

– У меня пропал муж! – горестно сказала она. – Мишаня… То есть Михаил Птицын.

– Давно пропал?

– Более двух недель назад.

– Вам следует подать заявление по этому поводу. Но вообще-то я данными вопросами не занимаюсь, розыск пропавших лиц ведет другой отдел. Обратитесь к дежурному по управлению: он вам скажет, куда конкретно подать заявление.

– Но я уже обращалась к нему!

– Когда?

– Только что. Дежурный сказал, что делами по розыску занимается исключительно капитан Бороздин.

«Этот Дроздов – какой-то мелкий бес, – мрачно подумал Дмитрий. – Видимо, следует просто-напросто набить ему морду. При удобном случае».

– Дежурный был так со мной вежлив, – щебетала между тем девица. – Он сказал, что вы сейчас обедаете, но вы столь любезны, что решаете неотложные вопросы и за обедом. Потом дежурный проводил меня до кафе и показал, где высидите. Ноя не решилась вас оторвать от обеда, и тем более с профессором…

– Я сам доведу вас до нужного отдела. Там вам помогут.

«Нет, удобного случая может не представиться долго – набить Дроздову морду надо прямо сейчас».

Но рука на дежурного по управлению у Дмитрия не поднялась – уж слишком тот радовался, что так остроумно разыграл Бороздина.

Что возьмешь с этого убогого, пусть живет, вздохнул капитан, и, доведя Ирину Птицыну до нужного ей отдела, побрел на свое рабочее место.

В своем кабинете Дмитрий застал любопытную картину: Колодков поил чаем какого-то незнакомого парнишку. Тот сидел за столом Бороздина, развалившись на его стуле и поставив чашку на его «ежедневник».

Подавив раздражение, капитан пригляделся к юноше, которого никогда ранее не видел, но сразу его опознал: уж больно Гена был похож на своего погибшего отца, Константина Карнаухова. Правда, похож особенным образом: если судить по фотографиям старшего Карнаухова и рассказам о нем свидетелей, тот был очень хорош собой и являлся неотразимым плейбоем. А вот черты лица Гены будто пародировали облик его отца: при всей внешней с ним схожести сын выглядел если не уродом, то достаточно непривлекательной личностью.

– Это Гена Карнаухов, – подтвердил догадку Дмитрия Колодков. – Проблема у нас, товарищ капитан: парню больше прятаться негде, поскольку деньги у него кончились и нечем платить за съемную квартиру. Что делать?

Между тем Гена не только не поздоровался, но и не уступил Бороздину его законное место, продолжая лениво прихлебывать колодковский чай вприкуску с конфетами «коровка», видимо, предложенными ему заботливым старшим лейтенантом.

– В принципе возвращаться домой и поступать на работу, а также вступать в права наследства, – после некоторого раздумья ответил Дмитрий на вопрос оперуполномоченного.

Серега посмотрел на него каким-то дурным взглядом.

– Капитан, ведь речь идет о жизни и смерти этого парня! Ты, значит, думаешь, что Огнев действительно шлепнул в Раменках того, кого надо?

– Нет, я так не думаю.

– И все равно считаешь, что Гена в безопасности?

– Я бы сказал: я так чувствую.

– А ну-ка, ну-ка, расскажи поподробнее о своих чувствах! – У Колодкова загорелись глаза.

– Я чувствую, что «дело Арзаевой» закончено в принципе, но не формально.

– Больно умно и загадочно вы говорите, товарищ капитан, – обиделся Колодков. – Нам, простым операм, вас и не понять.

– Да я и сам толком многого не понимаю, Серега, но есть у меня такое ощущение, что завтра все будет завершено окончательно. А эту ночь Гена проведет у меня.

– Ну, хорошо, раз так. – Колодков ненадолго замолчал. – Трагическое известие, Димыч. Двое наших лейтенантов, которых Зайцев послал в Чечню разузнать о родственниках Арзаевой, погибли при неизвестных пока обстоятельствах.

– Жалко ребят, – печально покачал головой Бороздин. – К тому же и погибли они ни за что. Их смерть, конечно, не связана с московскими убийствами. Просто Чечня есть Чечня. Я бы этих ребят туда не посылал.

…После работы капитан посадил Гену Карнаухова в свою «Самару» и повез его к себе домой.

По дороге Дмитрий припоминал, что у него есть в холодильнике. Память подсказала, что нет ничего.

– Заедем в магазин, Гена. Что будем брать на ужин?

– Что-нибудь скромненькое: пивка и красной рыбки какой ни на есть.

Бороздин взял в супермаркете шесть банок «Хольстена» и нарезку чавычи, а также четыре антрекота. Картошка в доме имелась, это определенно.

Пока капитан чистил к ужину картофель, его гость, поставив перед собой банку пива, развлекался игрой на компьютере, издавая при каждом удачном своем действии восторженный рык.