Чтение онлайн

В сущности, почти все последующие убийства, которые он совершил ножом и пистолетом, преследовали две цели: а) чтобы идея заговора выглядела достаточно натурально, чему способствовала ликвидация наследников Константина Карнаухова; б) чтобы некому было эту идею заговора опровергнуть, в результате чего оказались лишены жизни Малков, Хромов, Силкина и Агапова. Убийство последней Круг, вероятно, считал одним из самых удачных ходов в своей дьявольской партии, поскольку оно несло двойную нагрузку – в плане профессора Ольга Агапова проходила как потенциальная предательница заговора, что придавало тому еще большую достоверность.

Ликвидация Григорием Кругом прямых наследников Константина Карнаухова приносила, впрочем, и еще кое-какие дивиденды: Азе, если бы замысел ученого принес задуманный результат, доставалось все богатство мужа. Но Бороздину казалось, что доктор философских наук не держал эту мысль в голове – он был не тем человеком, который убивает из-за денег.

Свой план Круг продумал основательно, корректируя его, однако, по ходу дела. Федора Малкова, которого он «назначил» убийцей Ольги Агаповой, дочерей и бывшей жены Константина Карнаухова, профессор не трогал до последнего: ликвидировал его как «заговорщика», лишь когда выяснилось, что Гена Карнаухов исчез. А значит, убить парня, списав это преступление на Малкова, невозможно.

Бороздин припомнил, что Федор Малков после выписки из «Склифа» сразу куда-то пропал – пребывал, по информации Силкиной, у каких-то родственников. Может, он к ним и собирался податься, но вряд ли туда добрался: скорее всего, был похищен Кругом и содержался взаперти, вероятнее всего, в подвале этого дома. Такой ход давал профессору возможность совершать приписываемые им Малкову убийства, не опасаясь, что у сотрудника фирмы «Монмартр» окажется на эти часы алиби, которое впоследствии может установить официальное следствие. В нужное время начальник отдела сбыта был отвезен по месту жительства и уже там застрелен «из мести».

Как добросовестный ученый, позаботился профессор и о том, чтобы довести свой научный эксперимент до конца, «протестировав» представителей еще двух субсоциумов, хотя уже не сомневался в его исходе. Но с методической точки зрения останавливаться на полпути, про-.

ведя недостаточное количество тестов, было недопустимо, ведь тогда научный результат его испытаний коллеги Круга могли счесть не вполне достоверным. А он проводил свои опыты не только для себя, но и для всей научной общественности. Бороздин предположил: когда он приехал сюда, профессор за своим письменным столом как раз заканчивал отчет об эксперименте с субсоциумами.

И эксперимент этот в принципе оказался успешен, поскольку отрицательный результат – тоже результат. Хотя родственников и близких двух безымянных экстремалов, а также спартаковского фэна и рокера, застреленных в Раменках, вряд ли успокоит тот факт, что они погибли во имя науки.

Могли Григорий Круг совершить все эти убийства чисто физически?

В принципе да. Видно было, что Круг, несмотря на предпенсионный возраст, – достаточно крепкий мужчина.

Вполне также очевидно, что он как кавказский человек владел основными видами личного оружия – ножом и пистолетом. И в молодости на своей малой родине Григорию Кругу наверняка приходилось частенько пускать их в ход.

Кроме того, все убийства по «делу Арзаевой»

рассредоточены во времени, а значит, могли быть совершены одним лицом.

Хотя все же следует признать, что преступнику пришлось нелегко – работы за короткий срок выдалось очень много.

Но если «заговор» был продуман заранее, то мысль пристроить замуж дочь возникла, естественно, спонтанно. То есть сама эта мысль, конечно, витала в воздухе, но не имелось подходящего жениха.

Надо отдать должное профессору: он выбрал Дмитрия уже после двух встреч с ним, поскольку Аза явилась на «смотрины» к витрине «Радуги» уже на третий совместный обед капитана с Григорием Кругом! А ведь не прогадал с кандидатурой социолог…

Самоубийство изначально входило в его план по спасению дочери, но, видимо, только после «смотрин», когда Круг понял, что Аза плотно зацепила Дмитрия, он окончательно определился с уходом из мира сего. Он уже так судорожно не цеплялся за свое бренное существование и не боялся смерти: у него появилась Вечная Жизнь в лице собственной дочери и ее будущих детей, а значит, и в лице Дмитрия как их предполагаемого отца – тоже.

Но это – идейная сторона вопроса. С практической точки зрения он, безусловно, рассчитывал, что его самоубийство поможет дочери в неизбежном разбирательстве с органами правопорядка. Ей надо будет только строго повторять его версию, которую более некому опровергнуть – все, кто надо, убиты. А если бы он остался жить, то был бы не только навечно упрятан за решетку или в дурдом – следствие к тому же могло поймать их с Азой на противоречиях в показаниях. А такие противоречия просто неизбежны, когда два лица излагают слишком сложную и не соответствующую действительности историю. Когда же в поле зрения профессора попал капитан милиции Бороздин, влюбленный в его дочь, Круг окончательно успокоился: он понял, что после его ухода из жизни Аза без защиты не останется…

Круг дополнительно подстраховался, оформив через нотариальную контору поддерживавшие его версию свидетельства Ардова, которые тот давал, естественно, под дулом пистолета и из-за боязни за жизнь своей дочери. Но эту акцию профессор затеял, видимо, напрасно: когда бывший директор фирмы «Монмартр» узнает, что Круг погиб, лгать ему не будет никакого смысла.

С другой стороны, бывшему директору «Монмартра» профессор мог намекнуть, что у него есть сообщники…

Итак, Дмитрий не поверил профессору Кругу, выдвинув собственную трактовку криминальных событий, объединенных в одно понятие – «дело Арзаевой».

Но можно ли не умозрительно, как сейчас это делает он, капитан Бороздин, опровергнуть версию Григория Круга, а с фактами в руках? Ведь все «заговорщики» уничтожены.

Другие же аргументы, приведенные пофессором в пользу своей версии, ничего, в сущности, не доказывают и не опровергают. К примеру, если Хромов и умел имитировать чужие голоса, то совсем не обязательно использовал этот свой дар, чтобы ввести в заблуждение Анну Малахову. А отсутствие в ее теле спермы в ту ночь может быть объяснено по-всякому: и версией профессора, и тем, что любовники, уже достаточно пресыщенные друг другом, еще просто не начинали заниматься в ту ночь сексом. Да и секс бывает разный…

Что же выходит: умозрительная версия Григория Круга против столь же умозрительной версии Дмитрия Бороздина? Только и всего?

Но капитан был уверен, что фактическое доказательство правоты его позиции существует.

Доказательство, которое можно назвать решающим.

Доказательство того, что никакого заговора не было, а имелся только зловещий план профессора Круга, который он проводил в жизнь железом и кровью.

В том, что данное доказательство существует в принципе, капитан не сомневался еще до вчерашней встречи с Ириной Птицыной, которой человек, сидящий за одним столом с Дмитрием в кафе «Радуга», показался смутно знакомым. А когда Бороздин выяснил, кто она такая, это доказательство приобрело совершенно конкретный характер.