Чтение онлайн

— Я не одета, — сказал голос. — Придется вам подождать.

— Пожалуйста, побыстрее, — попросил Хоуз.

— Я оденусь так, как сочту нужным, — ответили из-за двери, и Хоуз понял, что ему сделали выговор.

Задвижка глазка снова звякнула. Хоуз прислонился к стене и стал ждать. На лестничной клетке было жарко. Уличные запахи смешивались с ароматами кухонь — в этот час жильцы готовили ужин. А запахи стряпни, в свою очередь, накладывались на духоту. Невыносимо! Хоуз достал носовой платок и высморкался. Не помогло.

Вдруг он осознал, до чего сильно проголодался. У него маковой росинки не было во рту с самого утра, когда детективы начали гонку по всему городу. Желудок начал требовать свое.

«Скоро все будет кончено, — подумал Хоуз, — так или иначе. Скоро можно пойти домой, побриться, надеть чистую белую рубашку, повязать галстук, надеть серый легкий пиджак и поехать за Кристиной Максвелл. Ты не обещал, что повезешь ее в хороший ресторан, но ты все равно закажешь хороший ужин. Вы закажете какие-нибудь крепкие коктейли в высоких стаканах, до половины набитых льдом. Затем потанцуете в прохладном зале, оснащенном кондиционером, а потом ты проводишь мисс Максвелл домой и напросишься выпить еще по стаканчику на ночь».

Звучит заманчиво!

«Жаль, что я не работаю в рекламном агентстве, — подумал Хоуз. — Я бы уходил с работы в пять, а сейчас, в это время, уже сидел бы в ванне, полной мартини…»

Время!

Он посмотрел на часы.

Господи, да что же она так возится? Он нетерпеливо потянулся к кнопке звонка. Он готов был снова позвонить, когда дверь открылась.

Фелиция Паннет определенно была самой хладнокровной особой, какую он видел за целый день. За всю неделю. За год. К ней невозможно было подобрать другое определение. Холодная. Хладнокровная. Холодная рыба, мужик, как сказали бы знакомые наркоманы.

У нее были прямые черные волосы. Такая стрижка на тюремном жаргоне, кажется, называется «Паучий домик» или «Блошиный домик» — в общем, имеет отношение к каким-то насекомым. Как бы ни называлась стрижка, она была крайне короткой, кроме челки, закрывающей лоб.

Глаза — голубые. Но не синие. Такие голубые глаза часто встречаются у блондинок или у рыжеволосых ирландок. Но у блондинок и рыжих светлые волосы смягчают резкость голубого цвета; а волосы Фелиции Паннет цвета воронова крыла делали ее холодные глаза прямо-таки ледяными.

Нос у нее, как и волосы, был укорочен. Операция была выполнена безукоризненно, но Хоуз со ста шагов мог определить, что дамочка прибегла к помощи пластического хирурга. У Фелиции Паннет был идеальный американский носик. Девицы с такими носиками проводят время в загородных клубах и с бокалом мартини в руке небрежно обсуждают последние литературные новинки. Хладнокровный носик хладнокровной женщины. Губы, не тронутые помадой, тонкие и бескровные. На долю секунды Фелиция Паннет напомнила Хоузу актера, играющего в ужастиках вампиров, но потом впечатление пропало.

— Сожалею, что заставила вас ждать, — сказала Фелиция. Однако в голосе ее вовсе не слышалось сожаления.

— Все в порядке, — отозвался Хоуз. — Можно войти?

— Прошу.

Она не потребовала показать удостоверение. Он прошел вслед за ней в квартиру. На ней были ярко-голубой свитер и черная юбка. Ремешки светло-голубых сандалет облегали длинные, узкие ступни. Ногти на ногах были покрашены ярко-красным лаком, как и ногти на холеных, тщательно ухоженных руках.

Квартира выглядела такой же холодной, как и ее хозяйка. Хоуз не разбирался в современных интерьерах, но понимал, что обстановка квартиры куплена не на дешевых распродажах на Кричтон-авеню. Такую мебель надо ждать чуть ли не девять месяцев, ее делают по индивидуальным заказам. Во всем чувствовалась роскошь.

Фелиция села.

— Как вас зовут? — спросила она.

Женщина говорила надменно и чуточку в нос; Хоуз всегда соотносил такой выговор с Гарвардским университетом. Он подозревал, что в Гарварде технику речи преподает тип, который гнусавит, и через посредство своих студентов воспроизводит поколение молодых людей, у которых голос идет не через рот, а через нос. Он удивился, услышав такой выговор у женщины. И чуть не спросил Фелицию, не училась ли она в Гарварде.

— Моя фамилия Хоуз, — ответил он. — Детектив Хоуз.

— Как мне вас называть? Детектив Хоуз или мистер Хоуз?

— Как вам больше нравится. Хотя…

— Хоть горшком назови, только в печь не ставь, — заметила она без улыбки.

— Я собирался сказать не то, — ровным голосом продолжал Хоуз, раздраженный тем, что она заподозрила его в намерении сказать пошлость, — хотя лучше не будем тратить понапрасну время.

Отповедь никак не повлияла на выражение лица Фелиции Паннет; она лишь слегка приподняла левую бровь.

— Я и понятия не имела, насколько ценно ваше время, — заявила она. — Что вам здесь надо?

— Я приехал из ресторана «Джоу-Джордж», — пояснил Хоуз. — Вы знакомы с Джорджем?

— Да, я с ним знакома.

— Он сказал, что вы подружка его компаньона. Это так?

— Вы имеете в виду Джоу?

— Да.

— Полагаю, меня можно назвать его… ммм… подружкой.

— Мисс Паннет, вы знаете, где он?

— Знаю. В городе его нет.

— А где он?

— Поехал на рыбалку.

— Когда он уехал?

— Сегодня рано утром.

— В котором часу?

— Около часа.

— Вы хотите сказать, около часа дня?

— Нет. Около часа ночи. Детектив Хоуз, я всегда говорю именно то, что имею в виду. Он уехал в час ночи. Вчера он работал допоздна. Потом заехал ко мне выпить рюмочку на ночь и тут же уехал. Наверное, это было около часа. — Она помолчала, затем подчеркнуто повторила: — Ночи.