Чтение онлайн

С коровой аналогия получилась не самая подходящая, Львенок, девочка городская, а не деревенская, но кажется, общую суть она уловила.

– Ты не подумай, я не пытаюсь оправдать министра, он так же виноват в сложившемся положении, но не меньше его, а даже больше виноваты те генералы, и аристократы, что предали империю и, сговорившись с внешними врагами, организовали внутреннюю напряженность.
– Так Львенок не пытается меня загрызть как еретика и святотатца, а просто замерла, обдумывая все сказанное.

Я в ней и не сомневался, хотя возможно не стоило так резко приплетать генералов, она с Надеждой давно знакома, но кажется, Львенок нашего шефа пока не ассоциирует с моими словами, так даже лучше. А с агитационной информацией пока стоит заканчивать, а то перегружу.

– Вот все эти якобы борцы за свободу народа, на самом деле жутко завидующие прорвавшемуся наверх премьер министру и пытаются обвинить его во всех грехах, своих чужих и выдуманных. Чтоб народный гнев знал, кто тут зло, а кто только и ратует за их права. Убивать премьер-министра им не выгодно, потому что тогда не на кого будет свалить все грехи и гнев народа. Нет, такую фигуру необходимо уничтожить прилюдно, во время этого самого народного возмущения, чтоб дать спустить пар, и под шумок самим занять его место.

– Но, что, революция, наша борьба все зря?
– Растерянно спросила Лео.

– Ну, почему, работа Ночного Рейда, не зря, мы ведь действительно истребляем самых мерзких нелюдей, а остальное, главное не позволить всем этим аристократам повернуть все на прежние рельсы, доверься мне, я знаю что делать, чтоб все они получили по заслугам, а мы смогли занять достойное место.
– Мягко, но уверенно сказал я, проводя рукой по щеке девушки.

Мне и без всякой эмпатии было видно, что я ей дороже эфемерной революции, Львенок во всей этой компании самый здравомыслящий, так что заронить целое дерево сомнений в ее головку оказалось не трудно. Тут главное не перебарщивать, чтоб она вдруг не возжелала и наше начальство прирезать, но я вписался удачно, немотивированных приступов агрессии не ожидается.

Доверие к начальству революционеров заметно пошатнулось, но вера в революцию и светлое будущее, для всех осталась. Еще пара тройка разговоров, и я без труда объясню, что в понятие "всех" стоит включать только близких...Хотя у Львенка с этим вопросом и так особых перегибов не было.

В качестве эффективного способа прервать разговор, я использовал проверенный и надежный метод, пощекотал Львенка по шее, а потом запустил руку в ее волосы и притянул к себе, целуя соблазнительные губки. Увы, но дальше поцелуев не зашло, по причине моей временной недееспособности, и стоило Львенку чуть навалиться на меня, совей грудью, вызывая непроизвольный стон боли. Как она поспешила отскочить и с обеспокоенным видом забегать вокруг кровати, интересуясь, где и что болит.

А вскоре весть о моем приходе в себя добралась и до остальных членов ночного рейда, которые и навестили меня всей компанией во главе с Наджендой и грустной Мейн с перебинтованными руками.

Надженда, как и предсказывала Леоне, высказала мне и заодно повторно Мейн свое недовольство по поводу нарушения приказа.

– ...Вы такую шумиху устроили, что теперь в столице работать невозможно все на ушах ходят, сплошные перестановки и усиления мер безопасности...

– ...Зачем вы вообще атаковали премьер-министра, еще не время, мы не готовы, и это работа для всего ночного рейда...

– Ладно, хорошо, что вы оба живы, и не оставили свидетелей. Поправляйся Кей. Ты нам нужен!
– Закончила она свое выступление благодарностью, и покинула окончательно задымленную комнату. Даже то, что Львенок одновременно с приходом гостей открыла окно, не слишком помогло в проветривании.

– Кей, прости, это из-за меня.
– Повинилась Мейн, очень не характерным для нее тоном.
– Ты ведь выздоровеешь?

– Ладно, малявка, не беспокойся, главное в следующий раз не повторяй таких ошибок.
– Простил я девчонку, даже безропотно проглотившую малявку.
– А на счет выздоровления не беспокойся, когда живешь на лоне природы, учишься быстро лечиться, так что не надо таких грустных лиц, я смогу восстановится.

Некоторое время я еще поболтал с розоволоской и остальными, мягко намекнув гомику и Лаббаку, что они могут идти, да те и сами не горели желанием со мной что-то обсуждать, ограничившись дежурным пожеланием выздоравливать. А вот девчонки уходить не спешили, все четыре. Львенок, поскольку это вообще-то ее комната, и она вообще никуда отсюда не уходит. Мейн потому, что чувствовала себя виноватой за все случившееся, подозреваю, тут еще и Шеф соответствующее внушение провела, обострив это чувство, вот розоволоска и пыталась, как-то загладить свою вину хоть передо мной, правда не знала как. Шел, видимо за компанию, или уже вообще забыла, что тут делает, поскольку отошла в сторонку и уселась читать книгу, мало обращая внимания на окружающих. А вот Акаме зам меня так же переживала, и она догадалась придти к больному, остро нуждающемуся в строительном материале для регенерации с вкусно пахнущим завтраком, и даже собиралась лично меня покормить, пока Львенок ее не отогнала от этой приятной процедуры, переложив ее на свои плечи, или ручки, нежные и заботливые...

А болеть не так уж и плохо...

– Ты отлично справился Кей, похвалила меня Акаме.
– Убить двух воинов Коукен, даже не обладая тейгу, это огромное достижение.

– Акаме ты знаешь, кто были эти верзилы с резиновым телом?
– Удивилась Мейн.

– Да, это воины храма Коукен.
– Произнесла девушка.

– И, нам это мало о чем говорит.
– Мягко намекнул я на продолжение.

– Этот храм готовит бойцов с необычными возможностями, способными побеждать владельцев тейгу. Они издревле служат империи, и ее правителю, лучших телохранителей без сомнений прикроющих своим телом от любой опасности, не найти. А еще они отлично решают самые грязные дела.
– Пояснила Акаме.
– Их не любят даже в среде убийц...

– Почему, - на мгновенье опередила меня Мейн.

– Они слишком жестоки, и кроме беззаветной верности нанимателю славятся огромным набором психических расстройств и людоедством.

– Людоедством? Так это правда? А я думала, они нас запугивали.
– Удивилась Мейн.
– Мерзкие твари, и скользкие, как они вообще могли вытворять такое? Казалось, их тела могут изменяться, как захотят. Они что все владельцы какого-то сложного тейгу, вроде жидкости, каждому по глотку...

– Нет.- Перебила наша красноглазая лекторша.
– Это не тейгу. Ходят слухи, что тейгу есть в храме, и оно позволяет изменять человеческие тела, медленно. Поэтому воспитание бойцов продолжается несколько лет. А еще рядом с храмом расположено озеро с гигантскими амебами.

– Мерзость.
– Скривилась Мейн.

– Зато очень опасная мерзость.
– Уточнил я.
– С тейгу понятно, что добыть его из-под такой охраны не реально, а вот на амеб я бы взглянул...

– Как я тебя понимаю.
– Сказала Акаме, закатив от удовольствия глаза.
– Они такие вкусняшки, просто объедение...

Мейн и даже Львенок, опасливо покосившись на брюнетку, постарались слегка отодвинуться. Переспрашивать когда и при каких обстоятельствах она раздобыла столь необычное лакомство, никто не стал, во избежание правдивого ответа с подробностями приготовления.