Убийца
Шрифт:
Я застегнул последнюю пряжку на ремне, который удерживал меч на спине и поднялся. Теперь вес тела значительно увеличился. Хорошо, хоть большую часть барахла можно повесить у седла небольшого пегого конька. Сего скакуна мне пожаловали из конюшен самого Чампиурза Фернимарского и он оказался под стать нынешнему седоку. Такой же пожилой, потрёпанный жизнью с хитрым взглядом прищуренных глаз. Видно, что лошадка ожидает от мира любой подлости.
В этом конь оказался совершенно прав: я немедленно пнул его в живот и потуже затянул подпругу. При этом я последними словами костерил королевских конюших. Не иначе, как ублюдки желали мне сползти на землю в полулиге от Столицы.
– Попрыгай, - посоветовал Нарим и даже дёрнул плечами, очевидно показывая пример, в котором я не нуждался. – Проверь.
Ну, это я и так не забуду сделать. В памяти, в одной из её тёмных скрытых нор, которые хранят полузабытые воспоминания, имелось и связанной с последствиями плохой подготовки.
Однажды, давным-давно, мне довелось работать с молодым раздолбаем, который, впрочем, корчил из себя знатока профессии и в связи с этим, требовал половину гонорара. Я размышлял, заслуживает ли идиот хотя бы четверти, но боги судьбы решили за меня.
Напарник не удосужился провести элементарную проверку. Когда мы прикончили хозяина постоялого двора и крались на второй этаж, где остановился некий инфант, у парня что-то зазвенело. Звук тихий, но среди ночной тишины он прозвучал, как гром. Охрана важной персоны не спала и спустя пару мгновений нас окружили вооружённые люди, жаждущие крови.
Молодому идиоту в момент отсекли его неразумную башку, а мне пришлось прыгать из окна второго этажа на утоптанную землю. А потом – удирать, с подвёрнутой лодыжкой, изрезанной физиономией и стрелой в заднице. Денег я тогда так и не увидел.
Я попрыгал. Притянул ослабленный ремень и вновь попрыгал. На этот раз, вроде бы всё в порядке. Кору одобрительно покивал и откуда-то из недр своего необъятного плаща достал огромные, словно булыжник, часы. Поднёс их к прыгающему пламени факела и покачал головой.
– Так вот, - сказал толстячок и его пухлая физиономия изобразила недовольство. – Когда ты рассчитываешь всё, до мелочей, какие-то недоумки…Нет, я ни в коем разе не имею в виду членов королевской фамилии, а исключительно их свиту. Так вот, какие-то недоумки обязательно спутают все планы. А ещё говорят: «L’exactitude ext la politesse des rois»
Я усмехнулся. Теперь я мог сказать точно, откуда родом Кору, если человечек не решил запудрить мне мозги. Впрочем, что мне даёт знание родной страны этого жутковатого человечка? Как это можно использовать? Отложить в ещё одну тёмную нору своей памяти, до лучших времён?
Внезапно мне показалось, будто мрак в одном из переулков на противоположной стороне улицы шевельнулся. Такое ощущение, будто кто-то, всё это время, скрывавшийся во тьме, сменил позу. Мог ли там таиться соглядатай? Учитывая тщательнейшую подготовку, которой занимался профессионал, сопящий носом рядом со мной? Вряд ли. Или мне показалось (что вряд ли), или в переулке прятался один из агентов прикрытия.
Послышался оглушительный, для ночной тишины, цокот копыт, а в темноте появились приближающиеся светляки факелов. В нашу сторону ехали всадники, количеством эдак в десяток, судя по звуку бьющих о камень копыт.
Скорее всего, те, кого мы ждали, однако я всё же повернулся к Нариму и вопросительно приподнял бровь. Кору тихо щёлкнул пальцами, и его «мальчики» торопливо потушили факела, опустив их в недра огромной лужи, на берегах которой мы комфортно расположились. Тупик, в котором мы прятались погрузился во мрак. Мне показалось, что я вновь вижу движение в тёмном переулке, напротив. Да нет, там точно кто-то стоял. Ну и хрен на него. Моё дело маленькое: выполнять указания.
– Так вот, - очень тихо сказал Нарим, легко коснувшись пальцами моего плеча. – Кое-что, из того, что я забыл сказать. Возможно тебе придёт в голову гениальная мысль сдать принцессу агентам Гуннланда и получить вознаграждение. Нисколько не сомневаюсь, в том, что тебе наобещают десять мешков и сто сундуков. Но я хорошо знаю Гроссмейстера и мне известно, как он поступает с ненужными свидетелями. А ты станешь именно ненужным свидетелем, помни об этом.
– Постараюсь запомнить, - очень серьёзно ответил я. Мне тоже было кое-что известно о тех, кто рискнул сотрудничать с гуннами. Политика Гроссмейстера была проста: своих он щедро вознаграждал, чужих – использовал. Отчасти – вопрос безопасности, отчасти – элементарная скупость. С другой стороны, какая разница, кто именно отделит мою голову от тела?
Стук копыт стал громким, отражаясь от стен и откуда-то сверху донеслось длинное и грязное ругательство. Видимо, местные жители не торопились проникнуться важностью происходящего и желали элементарно выдрыхнуться, раз уж появилась такая возможность. И уж точно им всем было плевать на блуждающих принцесс, с телохранителями они или без.
– Где-то здесь, - неуверенно произнёс глухой баси цоканье тотчас сменилось тишиной. – С-сучья мать! Как же тут грязно. Едва в канаву не навернулся
– Попридержи язычок! – чей-то юношеский баритон. Слова выталкивает так, будто пытается управлять, как минимум армией. – Или забыл, кого сопровождаешь?
– С тобой забудешь…Прошу прощения, Ваш вел, - бас изобразил смущение, которого у его обладателя не было и в помине. На это намекала следующая фраза, сказанная много тише. – Навязали мне обузу, с-сучья мать!
– Это – к нам, - буркнул Кору Нарим и отпихнув меня, прошёл на освещённое пространство. После этого меня толкнули ещё пару раз, но уже много сильнее. – Эй, Чет, от тебя столько шума, что мои люди могут стрелять с закрытыми глазами и точно не промахнутся. Ну, а я бы обошёлся одним нюхом, так от тебя несёт чесноком.
– С-сучья мать! – бас Чета приобрёл радостные обертоны. – Никак жирный Нарим решился самолично вытянуть свою толстую жопу в эти гребеня? Хоть что-то хорошее в эту дерьмовую ночку. Навязали мне этих олухов, с-сучья мать!
Чет оказался бородатым мужиком, на голову ниже меня, но зато раза в полтора шире, за счёт необъятных плеч и бочкообразной груди, перетянутой широкими кожаными ремнями. Длинная кольчуга опускалась ниже колен и в пляшущем свете факелов казалась чёрной. Впрочем, возможно она таковой и была. На поясе бородача висел кистень с огромным шишковатым шаром. Не самое лучшее оружие для схватки один на один: промахнулся и тебе – хана.