Чтение онлайн

Холл на втором этаже выглядел еще скромнее, чем на первом. Нет, не дворец, как я уже отмечал. Пройдя следом за Дрю шесть шагов, я переступил порог двери и очутился в настоящем раю для сексуального маньяка. Все свободное место на всех четырех стенах было сплошь занято фотографиями, портретами, вырезками и рисунками девушек — цветными и черно-белыми, — которых объединяло одно — полное отсутствие всякой одежды. Прежде мне не приходило в голову, что дизайнер женского платья должен быть тонким знатоком женской анатомии, но теперь, должен признать, что подобная коллекция должна добавлять вдохновения. Более того, зрелище настолько ошеломляло, что лишь секунд пять спустя я огромным усилием воли заставил себя оторвать взгляд от обнаженных красоток и посмотреть на сидевших за столом мужчину и женщину. Дрю уже успел провозгласить мое имя, и отчалил.

Мужчина и женщина, хотя и были одеты, тоже смотрелись неплохо. Он мне кого-то напомнил — я лишь позже вспомнил, кого именно — лорда Байрона с рисунка в книге, которая хранилась в библиотеке моего отца и произвела на меня в детстве глубокое впечатление. Те же вьющиеся темные волосы, зачесанные назад с широкого лба, те же нос и подбородок. Только галстук подкачал: вместо байроновского накрахмаленного воротничка и высоко повязанного галстука Галлант носил на шее завязанную на бантик ленточку со свисающими длинными концами.

Женщина была маленького роста, худощавая и подтянутая, с огромными глазищами и в прекрасно пошитом костюме. Глаза ее притягивали, как магнит. Поэтому, несмотря на присутствие его сиятельства, лорда Алека Галланта, я поймал себя на том, что, приблизившись к столу, уставился в глаза Аниты Принс.

— В чем дело? — спросил Галлант. — Насчет Сары Йер?

— У меня всего пара вопросиков, — жизнерадостно заявил я. Оказывается, у Галланта тоже были глаза, если присмотреться поближе. — Мне не понадобится даже пяти минут. Должно быть, мистер Дрю рассказал вам, в чем дело?

— Он сказал, что Ниро Вулф проводит расследование и прислал вас сюда. Что вас интересует? Как она умерла?

— Нет, не думаю, хотя не уверен. Дело в том, мистер Галлант, что я в данном случае всего лишь мальчик на побегушках. Мне поручено спросить у вас, не получали ли вы каких-либо писем или посланий от Сары Йер в течение последнего месяца, и если да, то не можете ли вы показать их ему.

— О, Боже. — Галлант зажмурился, запрокинул назад голову и потряс ею — ну точь-в-точь лев, пытающий отогнать прочь назойливую муху. Он открыл глаза и посмотрел на Аниту Принс. — Это уже чересчур. Какая наглость!

Он перевел взгляд на меня и пояснил:

— Вам, должно быть, известно, что только вчера здесь убили одну женщину. Безусловно, известно! — Он указал на дверь, — Вон там! — Его рука бессильно рухнула на стол, словно мертвая птичка. — И после этой трагедии я пережил еще смерть дорогого и старого друга. Мисс Йер была для меня больше, чем друг; по внешности и внутренней сущности она была совершенством, в ее движениях звучала музыка, и она могла бы стать непревзойденной манекенщицей. Божественной! Я восторгался ею неприкрыто, от всей души и от чистого сердца. Она никого не присылала мне писем. — Галлант кивнул Аните Принс. — Пусть он уйдет, — устало пробормотал он.

Она прикоснулась пальцами к его руке.

— Вы выделили ему пять минут, Алек, — сказала она, — а он пробыл здесь только две. — Ее голос звучал уверенно и непринужденно. Глазищи уставились на меня. — Значит, вам неизвестна цель расследования, которое проводит Ниро Вулф?

— Нет, мисс Принс. — вздохнул я. — Он говорит мне лишь то, что я, по его мнению, должен знать.

— И вам неизвестно, кто его нанял?

Значит, Дрю все-таки сказал им немного больше, подумал я, а вслух произнес:

— Да, и это то же. Он сам вам скажет при условии, что у вас есть то, в чем он так заинтересован, — письма от Сары Йер.

— У меня нет никаких писем от нее. И никогда не было. У нас с мисс Йер были сугубо деловые отношения. — Она улыбнулась, но глаза оставались серьезными. — Хотя я много раз ее видела, мы с ней не сближались. Мистер Галлант лично снимал с нее мерки и сам присутствовал на примерках. Я только помогала. Кажется… — Она чуть замялась, потом нашлась. — Довольно странно, что Ниро Вулф затеял расследование так быстро после ее смерти. Или он начал его раньше?

— Не могу сказать. Мне он впервые сказал об этом сегодня утром. Около двенадцати.

— Вы вообще, похоже, слабо осведомлены, да?

— Да, я только выполняю распоряжения.

— Но вам, по крайней мере известно, что мисс Йер покончила жизнь самоубийством?

Ответить я не успел. Галлант внезапно шлепнул ладонью по столу и прикрикнул на нее:

— Господи, ну неужели вы не можете сдержаться? Отошлите его прочь!

— Извините, мистер Галлант, — вмешался я. — Думаю, что мое время уже истекло. Если вы скажете, где найти вашу сестру и мисс Торн, это позво…

Я захлопнул дверь на полуслове, поскольку его рука метнулась к пепельнице — крупной, явно металлической и с виду очень тяжелой. Я успел даже сообразить, что, поскольку Галлант сам не курил, его жест сулил для меня серьезные неприятности. Однако Анита Принс успела опередить его. Левой рукой она ловко перехватила его запястье, а правой проворно схватила пепельницу и переставила ее подальше. Проделано, все было быстро и профессионально, с мастерством фокусника. В следующую секунду она заговорила, глядя на меня:

— Мисс Галлант уехала. Мисс Торн сейчас занята, но вы можете спросить мистера Дрю, внизу, когда она освободится. А сейчас вам лучше уйти.

Что я и сделал. В более благоприятной обстановке я бы задержался еще минут на пять, чтобы полюбоваться на обнаженных красоток, но тогда, когда мои мысли были сосредоточены на том, как лучше уворачиваться от града металлических пепельниц, мне было не до эротических вожделений.

Когда я вышел и закрыл за собой дверь, правильным (по обстановке и с точки зрения мисс Принс) было бы спуститься на лифте и разыскать мистера Дрю, но частный сыщик должен уметь перехватывать инициативу. Потому-то, услышав женский голос, который раздавался из маячившей впереди двери, я прошел мимо лифта и заглянул через открытую дверь внутрь. Кое-что мне удалось разглядеть, но зато и меня засекли, и голос — отнюдь не женский — прогромыхал: