Чтение онлайн

Я въехал на стоянку у стадиона «Юнайтед». Три четверти мест было занято. При въезде стоял охранник в прорезиненной плащ-палатке. Я остановился и высунул из окна полкроны. Охранник дал мне билет, и я направился в дальний угол, где оставил свою машину. Припарковав «ягуар», я запер его и огляделся, чтобы понять, где находится охранник. Тот шел прочь от меня к своей каморке. Издали доносился шум толпы. Присев, я достал нож Кона и проколол шины «ягуара». На это не потребовалось много времени. Кон всегда гордился своим ножом. После этого я сел в свою машину и выехал со стоянки. Проезжая мимо будки, я успел заметить выпученные глаза охранника.

«Триумф» все еще стоял возле многоэтажки. Я завернул за угол, припарковался неподалеку и прошел к подъезду. Было неясно, здесь Брамби или нет, но я решил сначала позвонить в дверь, а уж потом беспокоиться об этом.

Я поднялся на лифте. На балконе никого не оказалось.

Я позвонил в звонок и стал ждать. Мне было слышно, как из крана льется вода.

Я раз десять нажал на звонок и прождал почти пять минут, прежде чем дверь открылась.

Она так и не сняла свою курточку и все еще была пьяна.

— Я подумал, неплохо бы вернуться, — сказал я. Она уставилась на меня. В той степени, в какой позволяли слипающиеся веки и остекленевшие глаза. Наконец она улыбнулась, и я увидел между зубами кончик ее языка.

— Зачем? — спросила она.

Я ничего не ответил.

— Ты не войдешь, пока не объяснишь, — заявила она.

— Я думал, ты сама можешь догадаться.

Продолжая улыбаться и демонстрировать мне свои зубы и кончик языка, она замотала головой.

— Нет, — сказала она. — Я не умею играть в отгадки.

— А у меня, между прочим, все вылетело из головы, — сказал я. — Забавно, правда? Но если ты впустишь меня, возможно, все влетит обратно.

До настоящего момента она стояла, придерживая полы курточки, но сейчас она убрала руки и полы разошлись в стороны. Вероятно, она собиралась принять ванну, когда я позвонил: на ней не было ничего, кроме черной нижней юбки. Под юбкой, решил я, у нее именно то, что она грозилась показать мне в нашу прошлую встречу.

— Способствует, — сказал я, — но все равно мне никак не удается ухватить мысль за хвост.

Она хихикнула.

— Входи, — сказала она. — Я сама схвачу ее за хвост. Если тебе нравятся подобные вещи.

Я миновал холл и прошел в комнату. Гленда исчезла, и я услышал, как перестала течь вода. Я сел туда, где до меня сидел Брамби. Стаканы все еще стояли на прежнем месте. Увидев бутылку, я наполнил свой стакан, залпом выпил его, наполнил снова и закурил.

Гленда вплыла в комнату. Она уже избавилась от куртки. Вместо того чтобы сесть рядом со мной, она остановилась с противоположной стороны столика, налила себе нехилую порцию, села в то кресло, где в прошлый раз сидел я, и положила обтянутые чулками ноги на столик.

— Я постепенно включаюсь, — сказал я.

— Верно, — сказала она. — Освежаешь память.

Ей удалось донести стакан до рта, и она пила до тех пор, пока виски не потекло по подбородку. Отставив стакан, она опять сфокусировала свой взгляд на мне. Удостоверившись, что она видит меня, я наклонился вперед и предложил ей сигарету. Она взяла одну и тут же выронила, поэтому ей пришлось снимать ноги со стола, нагибаться и подбирать сигарету. Она сунула ее в рот, я поднес ей огонь и откинулся на спинку дивана. Она тоже откинулась на спинку кресла, выпустила клуб дыма и, посмотрев на меня, сказала:

— Ну?

— Что «ну»?

Она окинула меня взглядом, который, видимо, сама считала «проницательным».

— Понятно, — сказала она. — Понятно.

— Что тебе понятно?

— Что тебе ситуация нравится такой, какая она есть, верно? Я — такая, а ты — такой?

Я улыбнулся.

— Скажем, мне просто нравится медленная подготовка. Если есть время.

— Время?

— Клифф. Он может вернуться.

Она покачала головой.

— Он на матче. На зарезервированном месте, в двух рядах от чертова лорд-мэра. Когда-нибудь он научится.

— Чему научится?

— Не играть в дурацкие игры, изображая из себя крутого. Он просто помешался. Воображает себя новым Киннером. — Она хихикнула. — Возможно, когда-нибудь, когда лорд-мэр возьмет в долг у него, а не у Киннера, он чего-нибудь достигнет.

— Тогда как получается, что ты все еще с Клиффом?

— Он платит деньги.

— И Киннер платит.

— Только за работу.

— Разве он платит тебе недостаточно?

— Иногда достаточно. Когда хочет, чтобы я устроила представление на его вечеринке. Или когда показывают порнуху.

— А ты не боишься? Ты знаешь, что сделает с тобой Киннер, когда узнает?

— Не узнает.

— Почему ты так уверена?

— Потому что он считает меня глупышкой. Разве он поверил бы мне, а?

— И все же он может узнать — случайно.

— Как? Никто не знает об этой квартире. За нее платит Клифф, а я прихожу сюда только для встреч с ним.

Она приложилась к стакану. Я решил, что пора.

— Кстати, — сказал я, — прошлой ночью, когда я заявился в «Казино»… гм… Киннер что-нибудь говорил? После моего ухода?

Она рассмеялась.

— А ты как думаешь?

— Да, понимаю, но… э-э… что же он сказал? Если то, что сегодня Клифф говорил насчет моего брата, — правда, он наверняка что-то сказал. Но что?

Она посмотрела на меня. На этот раз ее взгляд был ясным и осмысленным.

— Мне казалось, ты не поверил Клиффу.

— Не поверил, однако потом подумал над его словами. И пришел к выводу, что не вредно их проверить.

— Через меня?

— Я просто подумал, что для тебя неважно, откуда поступают деньги, и ты не будешь возражать, если какая-то сумма поступит от меня.