Чтение онлайн

Скарл отгонял от себя дурные мысли. Этот вопрос он решит, когда — и если — возникнет необходимость. На остаток дня и вечер все его внимание потребуется ему для завершения дела. Скарл почти машинально извлек из-за пояса нож и провел пальцем по лезвию. Показалась кровь. Убийца остался доволен: никогда еще его клинок не был острее.

Джек шел через лес, держа путь на восток. Он шагал быстро и порой даже пускался бегом, так что мешок подпрыгивал на боку. Как хорошо идти таким шагом, каким тебе самому хочется! Всю жизнь им помыкали другие: мастер Фраллит, главный ключник, лорд Баралис. Джек впервые ощутил, как это бывает, когда делаешь то, что хочешь, ешь, когда голоден, и спишь, когда устал.

Свобода кружила ему голову. Скольким же он обязан Фальку! Благодаря Фальку он больше не считает злом то, что произошло с хлебами. Прошедшее время и природа вокруг помогли Джеку еще лучше постичь правоту Фалька: ведь он, Джек, ничего плохого тогда не замышлял. Единственным чувством, одолевавшим его в то утро, была тревога. Если человек встревожен, это еще не значит, что он злодей.

И все-таки он это сделал. От этого никуда не скроешься. Джек и не пытался скрыться — по крайней мере отчасти не пытался. Случившееся изменило его, и он уже не желал так страстно быть таким же, как все. У Джека мелькнула одна мысль — и он, осознав ее важность, произнес вслух: «Наверное, это у меня в крови». Чем бы «это» ни было — тайной силой, колдовством, магией, — он скорее всего унаследовал «это» от родителей.

Фальк вселил в Джека веру, что мать боялась не за себя, а за него, своего сына. А что, если она боялась за них обоих? Если она обладала таким же даром, она должна была скрывать его, чтобы продолжать жить в Харвелле. Жаль, что она ни во что его не посвятила! Но разве он дал ей такую возможность? Он был слишком мал и все рвался играть, когда ей хотелось посидеть у огня и поговорить.

Вот если бы Фальк был сейчас с ним! Фальк сказал бы, может ли магия передаваться по наследству, как карие глаза и большие ноги.

Просто не верится: он, простой ученик пекаря — к тому же, если послушать Фраллита, не самый способный, — может менять естественный порядок вещей. Он не чувствовал, что стал другим, пожив у Фалька, — ну разве что поумнел немного, а в основном не изменился. Он по-прежнему не знает, как ему жить.

В голове бродят разные мысли, и ему в зависимости от настроения хочется то искать родных своей матери, то сделаться пекарем в каком-нибудь восточном городке, то просто скитаться по свету в поисках приключений. Посещали его и замыслы отомстить отцу, о которых столь проницательно догадался Фальк, но он не позволит им распоряжаться собой.

Он немного озяб и опять пробежался, чтобы согреться. Он перескакивал через канавы и поваленные стволы, вилял между деревьями и топтал подлесок. Остановиться заставила его боль в ногах. Сапоги, которые дал ему Фальк, пришлись не совсем впору: ногам в них, правда, было сухо и тепло, но в носке они жали. Джек всегда испытывал трудности с обувью и одеждой: все ему вечно было не впору, и он уже привык подвязывать штаны веревкой и прорезать дыры в носках сапог.

Отдуваясь, он повалился на землю. Голод опять одолевал его. Подумав, что бы такое съесть, он отрезал себе оленины, а закусил яблоком. Он мечтал о городах, в которых побывает. Аннис, жемчужина севера, гордый и прекрасный; Высокий Град, суровый и величественный; Брен, превышающий всех своей мощью. Джек вонзил зубы в яблоко. Есть только один верный выбор, только один город, в который Джек, как он чувствовал, непременно должен попасть. Он пойдет в Брен.

Хрустя яблоком, он не сразу расслышал шум — а когда расслышал, перестал есть и насторожил уши. В желудке у него заурчало от страха, когда он узнал топот скачущих в отдалении лошадей. Баралис нашел его! Столько времени спустя, когда он уже думал, что опасность миновала! Джек стал оглядываться, ища, где бы спрятаться. Но вокруг не было ни ям, ни кустов — одни только тонкие высокие стволы. Джек подхватил мешок и кинулся бежать.

Погоня приближалась. Джек, решивший держать на отдаленный холм, уже задыхался, но заставлял себя бежать. Слыша, что лошади близко, он кинулся наземь, надеясь, что всадники его не заметят. Холодная земля гремела от топота копыт. Он уже различал между стволами всадников: это были те же люди, что гнались за ним в прошлый раз, только теперь их стало больше.

Джек думал уже, что останется незамеченным, — он остался в стороне от тропы, по которой скакали всадники, явно стремясь к какой-то определенной цели. Но вот первый наездник крикнул что-то, и отряд сбавил ход. Джек совсем вжался в землю. Первый спешился и осматривал подлесок, а после подобрал что-то и показал другим. Джек не сразу разглядел, что это, но потом узнал ломоть оленины и яблоко, которые бросил, пустившись в бегство. И проклял себя за глупость — надо же было учудить такое!

Наемники смотрели теперь в его сторону. Он, наверное, оставил за собой следы. Джек совсем ослабел от страха. Что делать — остаться на месте или попытаться бежать? Надо как-то действовать. Джек, крепко ухватив мешок, вскочил и побежал. На бегу он слышал крики увидевших его людей. Отчаяние придавало Джеку сил, и он несся как ветер.

Он уводил погоню в гущу леса, зная, что только там может скрыться. Командир преследователей отдал приказ рассыпаться цепью. Они приближались. Джек мчался так, что кусты и деревья сливались в мутные пятна. В уме стучало одно: он должен уйти. Один из всадников обогнал его, другой скакал по пятам. Джек попытался свернуть в узкий просвет между двумя деревьями.

Тут ближний всадник набросил на него веревочную сеть, спутав ему ноги. Джек упал, все еще порываясь бежать и стараясь освободиться. Распутывая ноги, он отчаянно дергал за толстую веревку. Ему удалось сбросить сеть, но его уже окружили спешившиеся враги, вооруженные мечами и копьями.

— Лежи смирно, парень, — предостерег вожак, — не то проткнем тебе ногу копьем. — Джек замер. — Ты, я вижу, ловкий малый. Свяжите его, ребята, чтобы на этот раз не оплошать. — К Джеку подошли двое, и один сильно пнул его по почкам. — Спокойно, ребята, не надо делать того, что может не понравиться лорду Баралису. — Слова вожака возымели действие. — Притом если мы доставим его целым и невредимым, то, глядишь, и награду получим. Ведь лорд Баралис не ждет, что мы привезем парня. Он точно отсыплет нам больше, чем уговаривались. — Вожак оглядел своих людей. — Так что парня не трожьте, ясно?

Джек скрючился от боли — наемник знал, куда пнуть. Его связали по рукам и ногам кожаными ремнями, затянув их так туго, что он поморщился.

— Положите его на запасную кобылу да следите, чтоб он с нее не сполз. Ехать нам еще долго, и я не хочу потерять его по дороге.

Джека погрузили на крупную лошадь, привязав к ней толстой веревкой.

— Мы вернемся в замок, Трафф, или за девчонкой поедем? — спросил кто-то.

Трафф, их вожак, подумал немного.

— Едем за девчонкой.

Наемники вскочили на коней и вместе с Джеком двинулись через лес на юго-восток.