Чтение онлайн

Я набрала в поисковике «Виктор Эшворт» и нашла резюме #любимогомужа. Он работал в компании «АКА Файненшл Гаранти Корпорейшн» в Нью-Джерси, которая занималась чем-то, что называлось «страхование муниципальных облигаций». До этого – в «АКА Менеджмент ЛЛСи». Еще раньше – в «АКА Кэпитал Холдингс».

Мелани вернулась, еле-еле волоча ноги в своих золотых блестящих мокасинах.

– Это было о-о-очень медленно, – сказала она так громко, чтобы работник отеля, шедший за ней с подносом, точно услышал. – О нет, вы так долго ждали, что она заснула!

Мы обе посмотрели на Китти. Она тихонько посапывала, держа во рту большой палец.

– Так мило, – проворковала Мелани. Она прижала руку к сердцу. Жест был выверенный, но не вполне искренний.

Я поставила сумку на шезлонг и стала рыться в ней в поисках кошелька.

– Сколько там вышло?

В ее глазах появилась растерянность. Я чувствовала, что она пытается все взвесить: просчитать примерную стоимость транзакции и решить, может ли этот обмен денежными средствами скомпрометировать нашу зарождающуюся дружбу.

Следующую минуту мы провели, соревнуясь в учтивости, – мы обе «настаивали» и били себя кулаками в грудь, демонстрируя серьезность намерений – но Мелани была бескомпромиссна. Она передала мне запотевший бокал с маргаритой и сказала, что я достаточно компенсировала расходы, согласившись выпить с ней средь бела дня.

Я убрала кошелек и продолжила блефовать, удваивая ставки.

– Ну, тогда ты должна позволить мне угостить Габриэллу мороженым.

Туча, закрывавшая собой солнце, притягивала все больше облаков. Небо стало похоже на бетонный пол в бассейне.

– Нравится книга? – спросила я, указывая на потрепанные «Селестинские пророчества».

Мелани смущенно поправила волосы.

– Я пока только начала. Сложно найти время на чтение, когда у тебя дети.

На этот случай у меня были слова поддержки – сказала, что сама не читала ничего длиннее «Трех поросят» уже пару лет. В это время я упорно старалась не смотреть на лежащий рядом смартфон: вот что действительно занимало все ее время.

Я решила сказать ей ни в коем случае не бросать. Может, повторить пару фразочек из рецензий, которые я прочла в интернете, когда она отходила. Вот только не была уверена, что смогу составить длинную речь из этих трюизмов нью-эйджа. «Знай свои слабые стороны», – всегда говорили в университете.

Она подняла обе руки, как будто защищаясь.

– Я знаю, что ты собираешься сказать. «Это изменит твою жизнь». Я знаю. Я ее читаю. Когда могу… Когда есть время.

– Боже. Почему ты решила, что я так скажу?

Мелани стерла невидимую капельку солнцезащитного крема со своей руки.

– Это одна из тех книг, про которые все всегда спрашивают, читала ли ты ее.

– Обычное дело, – сказала я. – Это как «Клан Пещерного Медведя» [6] . Или «Дзен и искусство ухода за мотоциклом» [7] .

Мелани на секунду замолкла, а потом посмотрела на меня: сама понимаешь.

– Так, значит, ты тоже из Вудстока? – спросила она.

– Катскилл. Ну и как он на твой вкус – этот список чтения?

Мелани заерзала в кресле. Она выглядела как человек, который скорее умрет, чем выскажет «неправильное» мнение.

– Мне просто не нравится, что эти книги стали чем-то типа…

Я почувствовала, что она колеблется.

– Секретного рукопожатия? – предположила я.

– Или теста, который обязательно надо пройти. Пока ты не делаешь постоянные отсылки к этим книгам, никто не захочет тебя по-настоящему узнать.

– Казалось бы, Вудсток! Все должны быть такими открытыми…

– Да! – воскликнула она. – Петь вместе «Кумбайя» и все такое.

– Ага-ага, «почувствуй ритм, сверни косячок».

– Ха-ха. Но нет. Тут совсем не как в Нью-Джерси. Когда мы с Виктором переехали в Саммит, весь район пришел познакомиться. Нам принесли столько комнатных растений и пирогов, что мы не знали, куда их девать. Здесь все совершенно иначе. Я даже своих соседей не знаю.

– Наверное, слишком заняты детоксом и заглядыванием друг другу в третий глаз. Вы тут давно живете?

– Мы переехали сюда насовсем, кажется… Год назад? У Виктора в компании была реструктуризация. Я и подумать не могла, что в Вудстоке все будет как в подростковой драме восьмидесятых.

– Типа фильмов Джона Хьюза? [8]

– Да! В детстве думаешь, что все ярлыки испарятся, когда станешь взрослым.

Я догадалась, что она имеет в виду, но все же спросила:

– Ярлыки?

– Ну, признаков, по которым мы категоризируем людей… «Крутой», «не крутой». – В этот момент Мелани показалась по-настоящему уязвимой. – А когда заводишь детей, это снова всплывает.

– И кого в Вудстоке можно назвать крутым?

– Ой, знаешь… Модных фотографов. Режиссеров. Нескольких жен известных музыкантов. Их дети ходят в ту же частную школу, что и Габриэлла. Но не горят желанием знакомиться ни с ней, ни со мной.

Я сочувственно посмотрела на нее, как бы говоря: всему свое время.

– У нас в Катскилле тоже встречаются провинциальные замашки. Кошмар. Я не понимаю женщин, которые сторонятся новых людей, не приемлют новые идеи.

Крупинка соли с бокала прилипла к ее блеску для губ.

– Любопытство, – произнесла она. – Вот что делает нас молодыми.

– Согласна. Когда я была маленькой девочкой, папа всегда говорил мне: «Трейси, чтобы увидеть что-то новое, не надо никуда ехать. Каждый человек – это своего рода путешествие. Относись к любому, кого ты встречаешь, как к новому приключению».