Учитель пения
Шрифт:
Соломатин уже снова бежал через дорогу, опять метнулся в одну сторону, в другую, крича: «Тинг! Тинг!» Потом побрел к злосчастной трубе и отвязал поводок.
Из ближайшего телефона-автомата Соломатин позвонил домой.
– Тамара, не вешай трубку, это я!.. Тинг домой не возвращался?.. Погляди на лестнице, я обожду… Значит, не возвращался. Тинг пропал…
Милая, очаровательная дама, которой Соломатин починил машину, ехала куда-то на край города. И неожиданно обнаружила Тинга. Он выдал себя, заскучал наверное, застенчиво тявкнул, лежа на заднем сиденье, на бесценных чехлах. Женщина немедленно остановила машину и без колебаний распахнула дверцу.
– Пшел вон!
Так началась для Тинга собачья жизнь. Когда собака живет в семье, собачья жизнь может быть только у хозяев.
Тинг – воспитанная собака и не хотел быть никому в тягость. Он выпрыгнул из машины и стал боязливо озираться по сторонам.
На городском вокзале, как обычно, все шумы перекрывал голос диктора:
– Объявляется посадка на поезд, следующий по маршруту…
– На третью платформу прибывает скорый поезд номер…
– Володя Комельков из Москвы, тебя ждет дедушка в комнате матери и ребенка…
Ефрем Николаевич Соломатин, все еще теребя в руках кожаный поводок, вошел в зал ожидания, пересек его и направился к телевизионному справочному бюро.
Соломатин нажал кнопку, подождал немного, на экране появилось лицо Клавдии Петровны:
– Слушаю вас, товарищ!
– Клава, это я! – убитым голосом сказал Соломатин.
– Ну как дела? – поинтересовалась жена, и это услышали в разных концах длинного зала, потому что телевизоров было несколько и изображение возникло одновременно на каждом из них.
– Плохо!
– Неужели ты и твой хор провалились на конкурсе?
– Нет, мы не провалились, хотя, в общем-то, с этим тоже плохо. Ты не можешь ко мне спуститься?
– Меня подменить некому! Я тебя не понимаю, о чем ты говоришь?
– Тинг пропал!
– Как «пропал»?
– Ты понимаешь, я его привязал к трубе…
– К какой трубе? Зачем ты привязал? Где? – нервничала Клавдия Петровна. – Иди и сейчас же найди Тинга!
– Но где? Где его искать?
– Не знаю. Но без собаки я не желаю тебя видеть!
Изображение на экране погасло.
– Когда-то ты вообще не хотела собаки! – пробормотал Соломатин, потоптался возле телевизора, потом зашагал обратно через зал.
Теперь многие смотрели на Соломатина – кто с любопытством, кто сочувственно, кто насмешливо. Пожилая женщина схватила его за рукав:
– Вы на живодерню сходите! Там из собак котиковые воротники делают. Может, успеете!
– Лучше в медицинский институт! – посоветовала другая. – Там на собаках болезни изучают. Привьют им болезнь и смотрят, как они от нее подыхают.
А третья пожалела:
– Да что вы человека пугаете! Вернется собака, вы знаете, как они дорогу находят? Вот у моей знакомой оставили собаку в Запорожье, так она в Ленинград домой пешком пришла…
Соломатин едва вырвался. А тут его окликнул шутник:
– У вас собака пропала?
– У меня! – грустно откликнулся Соломатин.
И тогда шутник, довольный сам собой – это типично для шутников, – сказал:
– Зато жена на месте. Лучше бы наоборот, а?
Соломатин не ответил, даже не обиделся, понуро зашагал дальше. На одном из телевизионных экранов он увидел, как появилась грустная Клавдия Петровна.
– Билет на московский поезд вы можете приобрести…
Соломатин покинул здание, но его слава еще раньше покинула здание, потому что на улице Соломатина окликнул мальчишка, он держал за шиворот взъерошенного рыжего пса.
– Вот, поймал! Это ваш?
– Не мой! – сокрушенно признался Соломатин.
– Тогда себе возьму! Советуете?
– Советую! – ответил Соломатин. – Славный пес.
В этот момент пленник изловчился, вывернулся и пустился наутек. Мальчишка бросился вдогонку.
Соломатин медленно поднялся по ступеням школьной лестницы и отворил дверь в зал, где его ждали ученики.
Как и положено, дети встали.
– Здравствуйте! – сказал Соломатин. – Все в сборе?
– Все! – улыбнулся Кира. – Даже я в сборе!
– А где же Тинг? – спросил Шура.
– Почему он прогуливает? – пошутил рыжий Федя.
– Случилась беда! – тихо сообщил Соломатин. – Тинг пропал!
– Как «пропал»?
– Где?
– Я все объясню после урока! – прекратил вопросы Соломатин. – Сегодня мы продолжаем разучивать…
– Мы его найдем! – пообещал Шура.
– Я тоже надеюсь на это! – искренне произнес Ефрем Николаевич. – Значит, поем старинную песню…
– Как же так! – воскликнул рыжий Федя. – Тинг пропал, а мы себе поем!
– Работа такая! – сказал Соломатин. – Мы – артисты, то есть труженики!
И под мелодию старинной грустной песни…
Объявления о пропаже Тинга расклеивали везде и повсюду…
Ефрем Николаевич… Клавдия Петровна… Дима… Тамара… Рыжий Федя… Шура… Костик…
Объявления возникали на домах, деревьях, на автобусах и трамваях, на будке регулировщика, афишных стендах, на витринных стеклах и даже на «скорой помощи», куда его прилепил Кира: «ПРОПАЛА СОБАКА».
Хозяева сидели за столом ссутулившиеся, несчастные – Соломатин, Клавдия Петровна, Тамара и Дима.
– Это я виноват, погубил собаку! – говорил Ефрем Николаевич.
– Да брось ты себя мучить! – возразил Дима.
– Погубил! – почти беззвучно прошептал Соломатин. – Я во всем виноват и никогда себе этого не прощу!