Чтение онлайн

Лежа в карете «скорой помощи», Готов услышал разговор двух медиков:

— Что с ним? — спросил один.

— Откуда я знаю? — ответили ему. — Сказали: за сердце схватился. Приступ, наверно.

— Ты же врач.

— Не врач, а фельдшер. И вообще, я только второй день по специальности работаю. Чего пристал?

— Теория без практики суха, практика без теории мертва. Да не бойся ты, чай, недалеко ехать. Сдадим, пусть там сами разбираются. Пульс есть, зрачки реагируют — живой значит.

РАФик остановился. Двери открылись. Готов вскочил с носилок и, растолкав ошарашенных санитаров, выскочил из машины.

Учитель, не останавливаясь, пробежал до своего дома три квартала. У подъезда он сел на лавочку отдышаться.

— От кого бежишь-то, — спросили бабушки, сидевшие тут же.

— От ментов, бабули, от ментов, — сбивчиво ответил Готов.

— Натворил чего?

— Да, нет, так, по мелочи. Мужика зарезал.

Бабушки переглянулись и заохали:

— Ой, да ты что, милой? Разве можно так? Поймают ведь… иди в милицию… иди, милой.

Слезы потекли из глаз учителя. Готов встал и закричал рыдая:

— А чё он первый начал. Я ему сказал: не трогай, а он все равно потрогал, а потом обзываться начал. Если такой умный, пусть сам бы и шел тогда. И не фиг было меня стукать. Я не люблю, когда стукаются. Не умеешь, не пей. Я когда пью… я никого не учу жить. Мне плевать на его стаж. Нечего мне в рожу трудовой книжкой тыкать, а то я так тыкну, что проткнешься и больше не зашьешься. Поня-а-а-а-л!

Не на шутку испугавшиеся бабушки молчали. Готов вытер рукавом слезы и побрел домой.

Приняв душ, он сделал себе кофе и улегся с чашкой перед телевизором, по первому каналу показывали диснеевские мультики.

Вечером приходил участковый с еще одним милиционером в штатском. Они расспрашивали про какое-то убийство. Готов и забыл о сегодняшнем разговоре с пожилыми соседками, а когда вспомнил, отвечал кратко: «да», «нет», «не знаю», «впервые слышу», «бред какой-то».

Почти для каждого человека (кто учился в школе), выпускной бал — одно из самых памятных и светлых событий в жизни. Но есть люди, для которых выпускной бал стал ежегодной головной болью. Как вы догадались, эти люди — учителя.

В этом году выпускной бал проходил на следующий день после вручения аттестатов, в том же спортзале. На нем веселились все девятые классы и 11 «А» (ученики из 11 «Б», нарушая школьные традиции, сняли на вечер небольшой ресторанчик).

Мужчины-педагоги, включая Готова, были назначены ответственными за безопасное проведение праздника. В их задачу входило следить за моральным обликом школьников, не пускать посторонних, пресекать попытки молодых людей выяснять отношения посредством нанесения друг другу телесных повреждений. Под слежкой за моральным обликом подразумевалось выявить и не допустить распития спиртных напитков девятиклассниками. Одиннадцатому «А» пить разрешалось, но в меру и в классе.

Преподаватели распределили дежурство по зонам. Смирнов и Щукин встали возле сцены, Борщ у шведской стенки, Носенко у входа в школу, Лукиных у входа в зал и т. д. Готов взял патрулирование коридоров школы и туалетов. Как он сказал коллегам: «Я не разделяю вашего праздничного настроения и хочу быть подальше от этого балагана».

Бал начался в восемь часов вечера. Как и всегда, мероприятие открыл директор с напутственной речью. Смирнова сменили ведущие праздничной программы. Школьная рок-группа сыграла шесть песен. За ней на сцену вышли два старшеклассника в джинсах на несколько размеров больше и повернутых набок бейсболках, они читали рэп собственного сочинения. А также были конкурсы, призы и дискотека.

Подвыпивший 11-й «А» с самого начала во всю танцевал. Когда стемнело, к ним подтянулись девятиклассники.

Готов одиноко бродил по темным коридорам, напевая себе под нос. В младшем блоке музыку из спортзала было еле слышно. Поднявшись на третий этаж, он заметил, как в лунном свете промелькнула фигура, и прижался к стене. Немного постояв неподвижно, Готов услышал шепот в конце коридора:

— Кто там был?

— Не знаю…

— Препод?

— Говорю же, не знаю.

— Гонишь, поди? Нет там никого.

— Может, и нет…

Готов неслышно стал красться в сторону голосов.

— Т-а-а-а-ак. Попались? — гаркнул он. — Какой класс?

— Девятый «В», — ответили из темноты.

— Ну-ка выходите сюда, на свет. Посмотрим, поглядим.

К окну вышли четыре подростка.

— Чем занимаемся? — спросил Готов.

— Просто… стоим, разговариваем… — ответил один из них.

— Просто даже овечка Долли не родилась. И что за разговор такой: «кто там?», «учитель?», «гонишь, поди?», «нет там никого». У меня ух алмаз. Как дельфин, все слышу. А что в пакете?

— Ничего… просто…

Готов отобрал пакет и поставил на подоконник:

— Тяжелый… Ого… Две бутылки водки! Три полторашки пива, лимонад, буханка хлеба, колбаса, шесть пластиковых стаканчиков… Вы понимаете, во что вы вляпались?! Думали, в младший блок никто не заглянет? Ошиблись! Фамилии, быстро.

— Бондарь.

— Королев.

— Соломенников.

— Зуйков.

— Пошли к директору, — вздохнул Готов. — Складывается впечатление, что для кого-то выпускной бал закончен.