Чтение онлайн

А теперь я сделала это снова. И хуже того, это не в первый раз. Я уже дважды была у дома Натаниэля без его ведома.

Не знаю точно, о чем я думала, кроме того, что скучала по встречам с Натаниэлем после школы, как обычно. И мне стало любопытно, как выглядит ужин в его доме. Он живет всего в пяти минутах езды на велосипеде от моего дома, поэтому, когда мама вечером ушла в спальню, я выскользнула через заднюю дверь и поехала к нему.

Глупо, глупо, глупо.

Было удручающе наблюдать, как Натаниэль мило ужинает с женой и четой Мэддокс. Единственное, что я могла сказать положительного – муж миссис Мэддокс был очень нежен с ней, но Натаниэль едва касался миссис Беннетт. И поверьте, я следила.

В любом случае, мне супер повезло, что меня не поймали. Был момент, когда миссис Беннетт выносила мусор, и я ужасно боялась, что она меня заметила, но ничего не случилось. Она думала, что что–то видела, но было слишком темно. Она не знала, кто это.

Или я так думала. Пока на втором уроке не пришло сообщение от Натаниэля в Snapflash.

Натаниэль: Ты была у моего дома прошлой ночью. Это была большая ошибка.

Я смотрю на слова на экране, пока они не исчезают. Это даже не вопрос. Он знает, что я была там. Либо он видел меня в окно, либо миссис Беннетт сказала ему, что я там была. Я набираю ответ.

Адди: Прости.

Потом я начинаю волноваться, что учитель истории заметит меня с телефоном и конфискует его, поэтому я засовываю его обратно в карман, хотя меня убивает, что я не вижу, что Натаниэль пишет в ответ. Уверена, он злится на меня. Насколько сильно? Не может же он быть так расстроен, что решит все закончить.

Неужели?

Нет, я не могу в это поверить. Но одна мысль об этом вызывает у меня тошноту в животе. Наши отношения рискованны по многим причинам. Он предупреждал, что если кто–то пронюхает, нам придется немедленно перестать видеться. Мысль о том, чтобы никогда больше не быть с ним рядом, физически болезненна.

Я бы лучше лежала на дне моря.

Как только звенит звонок, я практически вырываю телефон из кармана. И точно, там сообщение, которое я открываю:

Натаниэль: С тобой будет говорить директор. Я сделал все, что мог, чтобы это остановить. Все отрицай.

А затем второе сообщение:

Натаниэль: Вся моя жизнь в твоих руках.

И действительно, я едва добираюсь до третьего урока, как по громкой связи объявляют, чтобы я шла в кабинет директора. Ноги ужасно дрожат, пока я спускаюсь на первый этаж, мимо главного стола, где сидит секретарша Энни с ведром апельсинов. Улыбка Энни натянута, когда она меня приветствует, и неудивительно, что в кабинете директора Хиггинс меня ждет миссис Беннетт. Я ожидала, что и Натаниэль будет там, и не понимаю, что значит его отсутствие.

– Аделин. – Директор смотрит на меня сквозь очки в полуободковой оправе и указывает на один из пластиковых стульев перед своим столом. – Присядь, пожалуйста. И закрой за собой дверь.

«Закрой за собой дверь». Пока что все выглядит не очень. Особенно потому, что у миссис Беннетт на лице это разъяренное выражение. Ее и без того тонкие губы полностью исчезли.

Сидя на скрипучем пластиковом стуле, я стараюсь сохранять невозмутимое лицо. Я помню, что сказал мне Натаниэль. «Все отрицай». Должно быть, это значит, что миссис Беннетт не до конца уверена, что видела именно меня.

– Адди. – Директор Хиггинс выглядит не более довольной мной, чем миссис Беннетт. Я помню, когда она впервые вызвала меня к себе в кабинет из–за мистера Таттла, она была такой милой и мягкой со мной – но это изменилось, когда она узнала, что я (немного) преследовала его. Теперь она просто выглядит так, будто с меня хватит. – Миссис Беннетт говорит, что видела тебя в кустах возле ее дома прошлой ночью. Это правда?

«Все отрицай».

– Нет, конечно, нет. Я всю ночь была дома с мамой.

Миссис Беннетт издает сердитый выдох.

– Я видела тебя, Адди. Ты была в кустах, а потом побежала через лужайку.

«Все отрицай».

– Я... я не знаю, что вам сказать. Я была дома всю ночь. Как я и сказала, мама была дома со мной. Можете спросить ее.

Если они спросят мою маму, она подтвердит, что я была дома всю ночь. Так легко улизнуть без ее ведома.

Тень сомнения пробегает по лицу миссис Беннетт. Я рада, что Натаниэль предупредил меня, потому что, если бы не он, я бы, наверное, во всем призналась. Но чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что отрицать – правильно. Ночью было темно. Она не знает, что видела.

Директор Хиггинс продолжает выглядеть скептически.

– Миссис Беннетт говорит, что у тебя с ней были конфликты. Что у тебя трудности в классе, ты не прилагаешь усилий, и она даже поймала тебя на том, что ты пыталась заглянуть в работу другого ученика на экзамене.

– Я... я действительно подсмотрела, – признаю я, повесив голову от стыда. – Но миссис Беннетт отнеслась к этому по–доброму. Она даже помогла мне найти репетитора.

Я рискую взглянуть на миссис Беннетт и улыбнуться ей. Она не отвечает.

– Мне жаль, что вы подумали, будто я пришла к вашему дому, – говорю я. – Но я бы никогда так не сделала. – Я понимаю, как слабо это должно звучать, учитывая, что меня буквально забирала полиция возле дома другого учителя, поэтому быстро добавляю: – Я усвоила урок после прошлого раза.

Директор Хиггинс бросает взгляд на миссис Беннетт. Ни одна из них не выглядит в восторге от меня, но у нее нет доказательств.

«Все отрицай».

– Хорошо, Адди. – Директор откидывается в кресле. – Что бы ни случилось прошлой ночью, я надеюсь, что это не повторится. Можешь возвращаться в класс.

Я встаю с пластикового стула, пораженная, что мне удалось выкрутиться. И, самое главное, меня не спрашивали про Натаниэля. Я была так уверена, что будет как в прошлый раз, когда директор Хиггинс допрашивала меня о нас с мистером Таттлом. Я ожидала вопросов о том, прикасался ли ко мне Натаниэль, и уже нервничала, как отвечать, потому что думала, они увидят правду на моем лице.

Но миссис Беннетт решила, что я была там из–за нее. Потому что она знает, что я ее ненавижу. Что я больше всего на свете хочу, чтобы ее не было в моей жизни.