Чтение онлайн

Под куполом жизни царила тишина, а за его пределами скулили волки, получая удар за ударом, ревел монстр, пытаясь выбраться из расщелины. И император понимал, юным защитникам нужно помощь, нужна энергия, а они тут молчат.

– Господа, - обратился он к присутствующим. – Дозволяю высказать мне в лицо всё что угодно. Кары за оскорбление императора не последует. Я понимаю всю важность выработки отрицательной энергетики, - добавил он и тут императорский взгляд упал на атамана. – Я вот просто мечтаю открутить вашу голову атаман Мирный. С каким великим удовольствием кровью залью ваш вулкан бунтарства, что может рвануть в любой момент, подвергая сомнению моё самодержавие.

– Обломись, царёк! – злобно процедил сквозь зубы атаман. Уж кто-кто, а он легко злился из-за любого пустяка. И уж получив такую возможность высказаться, не собирался её упускать. И император в тот же миг услышал весь набор богатой и насыщенной нецензурной лексики казака.

Два наставника школ тоже позволили себе выпустить пар и выложили друг другу все до единой претензии, описали в мельчайших подробностях, что будет с собеседником, если он не умерит своё честолюбие. И это сработало. К тёмной руне потянулись сильные потоки негативной энергии, созданной людьми под куполом, и Олесь тут же принялся раздавать её ребятам.

Император собственными глазами смог увидеть этот процесс. Видел то, как паромедик соединил свою энергетическую нить с руной, как начал черпать тёмные потоки из неё и по нитям энергии исцеления, отправлять товарищам.

– Мир, затаскивай ребят под купол, - раздался голос Генки в устройстве связи Мирона, отрывая императора от созерцаний и ругани с атаманом.

Мирон тут же бросил на пол именные камни перемещения и через пару секунд израненный, паренёк, управляющий ветром, вместе с четырьмя ребятами выпали из тумана перемещения прямо к ногам Вики.

– Аааа, - простонал Петька, корчась от боли.

– Не паникуй, сейчас полегчает, - вымолвил Олесь и принялся лечить друзей в спокойной обстановке, а император смотрел и не верил своим глазам. Как? Как эти юнцы до сих пор на ногах держатся? Как умудрились дожить до этой минуты.

– Продолжайте ругаться господа, - напомнил Мирон, неотрывно глядя на арену.

– Хи, - послышался императору чей-то смешок, и он обернулся, продолжая сыпать оскорблениями в адрес атамана, который своими дерзкими речами разозлил его не на шутку.

– Хи. Хи-хи, - опять послышался чей-то смех, а после раздался гул дикого, безумного смеха, а тьму, заполонившую всё пространство арены, разорвало множество разноцветных огоньков.

Император не сомневался, жуткий смех доносится именно от этого невероятного свечения, окутавшего фигуру молодого человека с двумя клинками в руках, что стоял спиной к ложе на краю разлома. Человек обернулся, правителю на миг показалось, что он смотрит прямо на него. Тем временем тот, кого Мирон называл Генкой, поднял белый клинок, взмахнул им, словно разрезая светящееся, разноцветное облако, кружащее вокруг него, и направил остриё оружия прямо на своего императора. На миг повелителю стало жутко. Он видел, как отрезанная мечом часть разноцветной суеты полетела в его сторону, услышал приближающийся хохот, но продолжал пристально наблюдать за человеком, не в силах оторвать от него взор.

Генка раскинул руки в стороны, словно крылья и медленно – медленно начал падать прямо в зияющую чернотой пропасть перед собой.

– Ха-ха-ха-ха, - взорвался жуткий смех прямо рядом с императором, и перед глазами возникла странная, светящаяся рыбина, закрывая собой вид на арену. Необыкновенного вида летающая рябина, напоминавшая длинного метрового угря, едва успела затормозить и остановиться, чтобы со всего маха не врезаться в купол жизни. Рассмеялась, мерцаясиневатым сиянием, и бросилась вместе с гурьбой себе подобных рыб на ближайшего снежного волка. Летающие рыбы, словно волна разноцветного хаоса, прокатились по помещению по периметру купола, пожирая несчастных волков. Жестоко, беспощадно, не оставляя шанса на спасение, летающие угри пожирали заживо волков, пытавшихся спастись бегством. А рыбы лишь смеялись и не оставляли после себя ни капли крови, не обглоданной кости, ни частички эфира своих жертв. Даже дух снежной нечисти, разрывали в клочья, поровну деля меж собой.

Ком подкатил к горлу правителя, изысканные яства, которыми угощали его, не смогли удержаться в желудке и вырвались наружу, не выдержав кровавого зрелища.

– К-кто это? – переводя дух и стыдясь слабости своего желудка, спросил император.

– Анчутки, - ответил Максим, подметив, что все остальные под куполом то спят, то прибывают в шоковом состоянии и не способны отвечать на вопросы. – Нечисть Геннадия. Наше сильнейшее оружие, если можно так сказать.

– Не понимаю, объяснитесь, - измученным голосом попросил правитель.

– У ребят с нейтральным типом врождённого эфирного заряда, может развиться способность подчинять себе нечисть, - начал объяснять наставник. – Геннадий смог выработать у себя такую способность и подчинил себе стаю анчуток когда те были слабейшей без уровневой нечистью размером с фасолину. Он как следует заботился о них, растил, воспитывал и в итоге получил то, что вы видите. Небольшую, до крайней степени преданную армию, способную одержать верх над монстрами гораздо сильнее себя. Так что теперь, больше не о чем переживать. Просто посидим и подождём, когда анчутки зачистят территорию. Главное вы, барон, отдайте приказ подчинённым не пугаться анчуток и не трогать их. Эта нечисть не станет причинять вреда людям. Просто полакомится другой нечистью и вернётся к Генке.

Максим оказался прав, спустя час барону доложили, что стая анчуток успешно зачистила всю территорию от монстров и трансформировалась на глазах многих людей. Анчутки вросли, после столь обильного угощения и приобрели форму летающих змеев длиной в два метра.

– Хорошо, - ответил барон. – Следите за порядком, пока главное чудовище не будет ликвидировано.

Барон говорил, отдавал приказы и распоряжения, а император видел как те самые анчутки, что за считанные минуты очистили помещение, возвращаются к своему хозяину. Видел как через стадион, укутанный ночною тьмой, быстро пролетают разноцветные змеи, ныряя в разлом к своему хозяину.

– Да когда же это чудовище заткнётся! – не выдержал атаман, закрывая уши руками. – Орёт не своим голосом битый час, у меня скоро ушные перепонки полопаются.

– Заткнётся, не переживайте, - успокаивающим тоном ответил Максим, а потом улыбнулся. – Если бы Генка вас своим питомцам заживо скармливал, вы бы тоже так орали.

– Генка. Это же тот муженёк моей дочери? Тот с которым вы так и не дозволили мне встретиться?

– Он самый, - кивнул в ответ Максим и император почувствовал облегчение. Мирный разговор двух подданных, успокаивал, снимал напряжение, отвлекал от жутких событий.