Чтение онлайн

— Предатель!

— Агент тварей!

— Сам как тварь! Сдохни!

Несмотря на шум и грохот вокруг, Роман слышал эти крики и понимал, что они предназначены ему. Навалилась тоска, отчаяние, осознание, что он убил человека.

— Да! — Роман вскочил.

В него врезалась тварь, не ожидавшая такого, какая-то крупная помесь собаки и гиены, страшные челюсти лязгнули по металлу автомата. Роман дернулся за пистолетом, ощущая, как его роняет оземь силой столкновения и понял, что не успевает. Тело твари задергалось, затем его сбросило прочь, изрешетило пулями.

ДАХ! БАХ! БУМ!

Роман извернулся, катнул гранату навстречу уже приближающимся тварям, перехватил автомат и снова залег, осознав, что творится на поле боя лишь мгновением позже. Корабли-снаряды сверху расстреливали технику людей, пулеметные и минометные гнезда, все рвалось и гремело, взлетали тела и Роман, заорав от бессилия, опять вскочил на ноги:

— Сдохните, твари, сдохните! — заорал он привычно, так, как ему самому орали лишь несколько секунд назад.

Автомат дергался бессильно в руках и Роман рычал от такого же бессилия, так как знал, что этим пулям не пробить брони и щитов инопланетян.

БАМ-М-М-М-М-М-М!!!

Корабль почти что над его головой, который казалось вот-вот и выстрелит прямо в Романа, внезапно взорвался, вспыхнул новым солнцем, ослепив Романа на несколько мгновений. Он запоздало вскинул руку, его ударило волной горячего, вонючего воздуха, что-то врезалось в ногу и плечо, и Романа опять опрокинуло, бросило и покатило по земле, ударив во что-то жесткое и тоже вонючее.

Нужно было учиться падать, подумал он, открывая глаза и моргая.

Заорал и отскочил, так как оказался лицом к лицу с оскаленной пастью твари. Дохлой твари, широко раскрывшей рот в момент смерти, и Роман запаниковал на секунду, просто слепо отскочил, начал стрелять. Труп подергивался вяло, словно пули оказывали на него гальваническое воздействие.

БАРАРУМ-М-М-М-М!!!

Еще что-то взорвалось в небе и в этот раз Роман успел отскочить и залечь. Огненный вихрь промчался над головой, обрушился на землю, и Роман на мгновение не только ослеп, но и оглох. Тело ныло, стонало и жаловалось, требовало отдыха и покоя, уверяя, что сил действовать уже нет. Роман усилием воли заставил себя приподняться, быстро бросил взгляды по сторонам, ощущая, как внутри все шумит и плывет от резкого подъема, кручения головой.

— Твою ж дивизию, — вырвалось у него.

Роман опять не сдержался и начал блевать, но почти моментально приступ прошел, так как тело не желало отдавать даже желудочного сока. Разбросанные, исковерканные тела людей и тварей вперемешку, не трупы — разбросанные повсюду куски мяса, внутренности, конечности, раздробленные головы. Изрытая земля, изломанная техника, воющие и орущие обрубки того, кто еще недавно был людьми. Подвывающие, рычащие куски тварей, еще пытающиеся ползти и кусать.

Картина пресловутого ада, столь любимого Прежними.

— Ах вы ж [цензура]!

Сержант мчался по полю боя, словно ангел смерти, если уж продолжать вспоминать Прежних. Изорванная форма, окровавленные руки и лицо, в руках какая-то огромная штука, каких Роман еще никогда не видел. Огромная, больше сержанта, тяжелая даже на вид, перепачканная в крови и земле. Сержант бежал легко и быстро, так, что взор Романа едва поспевал за ним, и из штуки вырвалось несколько зарядов, словно шаровых молний.

Каждый из них вспорол борозду в земле, превращая тварей на своем пути в обугленные куски. Сержант мгновенно уничтожил целый отряд тварей, вскинул оружие вверх, как будто то было сделано из бумаги и выстрелил, раз, два и три. Корабли-пули испепелило мгновенно, корабли-снаряды попытались еще увильнуть, но тщетно. Один разнесло на куски, второму вырвало середину, третий просто подбило и он помчался вниз, словно решил выполнить свою функцию снаряда.

— Берегись! — невольно крикнул Роман.

На периферии этой мясорубки, сражения одного человека против целого флота инопланетян, еще оставались живые люди и Роман кричал им… ну, потому что это были люди, свои! То, что его приняли за агента тварей, стреляли, все это было одним большим недоразумением, которое еще можно было прояснить. Роман снова вспомнил, что убил и на него накатило второй волной, сожаления, раскаяния, злости и отчаяния из-за того, сколько сегодня погибло людей на его глазах.

Хадиша и Бахрам, Содур и Эльза встали перед его глазами, словно живые.

Роман взвыл, впился зубами в землю, ощущая вкус земли, крови, пороха, чего-то еще, непонятно, но не менее противного и вонючего. Вскинул голову, отплевываясь и успел увидеть, как сержант бежит к упавшему кораблю, на ходу еще стреляя из огромной штуки в руках. Из корабля выпрыгнули и вылетели еще инопланетяне, с оружием в руках, некоторые со странными штуками за спиной взлетели, начали стрелять, почти не уступая в скорости сержанту. Один из зарядов врезался в его огромное оружие, и сержант тут же метнул его вперед, как строительный кран мог бы метать здоровенную балку.

Инопланетяне пригнулись и уклонились, но сержант был уже рядом, схватился врукопашную, каким-то неведомым образом проломив щиты. Схватился, ударил, убил и закрылся им же от выстрелов товарищей, парящих в воздухе, но те ничуть не смутились, лишь усилили накал стрельбы и все опять скрылось за мешаниной вспышек и взрывов. Романа прямо распирало от желания вскочить, помчаться туда на выручку сержанту — раненому сержанту, который в одиночку бился против таких противников! — но в то же время он понимал, что не противник им, что его там убьют в мгновение ока и даже не заметят.

— Бросай оружие и поднимай руки, тварь! — внезапно раздалось за спиной Романа.

Роман медленно отвел руки от автомата, чуть отполз в сторону.

— Я — свой, — сказал он.

— Тварям ты свой! — последовал злой ответ.

Разум Романа метался, пытаясь найти выход. Он медленно начал приподниматься, обернулся.

— Стоять! — прорычал захвативший его. — Стоять, тварь, не подниматься!

Раненый, похоже, тоже успевший найти укрытие и выжить, чудом. Лейтенант, скорее всего мотопехота. Разумеется, Роман не знал его, но то, что лейтенант не пристрелил его сразу, оставляло надежду. Хвататься за пистолет и состязаться в скорости не хотелось, убивать — тем более. Вот если бы ловко ранить в руку, да объясниться, доказать, что он свой, такой же человек, как и все вокруг!