Чтение онлайн

– Начнем с Воронов, – сказала Хенна. Она взяла брошь со светло-зеленым оливином, у которого были лишь еле заметные нити духа.

Некоторые камни были в оправе, другие – в тяжелых браслетах и других украшениях, и их трудно было спрятать. Хенна, Брюидд и Сэра вынули камни из самых больших оправ.

Сэра наблюдала, как Хенна поглаживает камень с фиолетовым орденом.

– Есть немного еще, – сказал Хиннум, вглядываясь в брошь. – Да, вот здесь.

– А теперь, – сказала Хенна, – как вы думаете, достаточно ли разбить камень или нам придется снимать заклятие, привязывающее орден к камню?

– Снять заклятие безопаснее, – ответила Сэра, кладя тигровый глаз в груду камней его ордена. Хиннум прав: невозможно определить, есть ли в камне орден Мехиллы или часть ее духа.

Теперь она понимала, как это произошло. У Виллона прямо под носом оказался Жаворонок, ребенок. Виллон был раздражен: когда колдунам Пути удавалось захватить Жаворонка, использовать его орден они не могли. Может, с ребенком будет легче.

Девочка заболела весной. Какие бы травы ни давал ей Карадок, что бы ни делала Сэра, Мехилла продолжала таять. В конце у нее начались приступы.

Сэра почти забыла об этом. К тому времени Мехилла уже была очень слаба. Она только застывала ненадолго, глаза ее закатывались. Это было не так драматично, как приступы Таера, но ведь Мехилла только еще начинала ходить, она была совсем маленькая, не то что взрослый мужчина.

– Да, если существует магия, способная привязать орден, надо позаботиться о безопасности, – сказал Хиннум. – Я… – Он резко вскинул голову. – Вы чувствуете? – спросил он.

Форан услышал, что к ним приближаются шаги, и решил, что неизвестный прячется за углом. Посмотреть он не мог, потому что не мог двигаться.

– Дышите, – сказал голос.

Только набрав полную грудь воздуха, Форан понял, что не дышал. Он был почти уверен, что голос принадлежит Виллону, но звучал он как-то не так. Он слышал, как стоящий рядом Лер тоже резко и шумно вдохнул воздух.

Гура жалобно завыла, и он почувствовал, как собака трется о его ноги. Казалось, заклятие, сделавшее Форана и остальных неподвижными, на нее не действует.

Шаги замерли прямо перед Фораном.

– Можешь пошевелить глазами, – сказал человек. – И мигать. Я не жесток, что бы обо мне ни думали. Я могу вас убить, но пытка ничего мне не даст.

Форан мигнул – и скосил глаза. Он смог увидеть только Руфорта, стоящего перед ним, и колдуна. На мгновение ему показалось, что он ошибся и колдун, захвативший их, совершенно ему не знаком. Темные волосы и гибкое мускулистое тело не принадлежат тому Виллону, которого он знал. Но вот колдун слегка повернулся, и Форан увидел его лицо. Это был Виллон, но Виллон заметно помолодевший.

Когда Виллон пришел в Колосс, он был мастером иллюзий, подумал Форан. Конечно, он мог защититься тем, что казался постепенно стареющим.

– Что это? – спросил Виллон.

– Надпись из храма Совы. Имена Старших богов. Голос Иелиана доносился откуда-то из-за Форана.

– Ага. Не думаю, что их следовало бы оставить, чтобы любой мог прочесть.

Форан почувствовал запах горелой ткани.

– Иелиан, ты хорошо поработал, – сказал Виллон, исчезая из поля зрения Форана. – Собрал всех, но без Таера, который видит сквозь мои иллюзии, и Воронов, которые могут их снять. Ты уверен, что Хиннум научил Сэру использовать камни орденов?

– Да, – ответил Иелиан откуда-то из-за Форана. – Я не понимаю, как это действует, хозяин. Но я знаю: Сэра уверена, что может очистить их. Она сама так сказала.

– Хорошая работа, мой мальчик, – сказал Виллон. – Если она сумеет, это стоит всех неприятностей, которые они мне причинили, уничтожив Путь. Я отдал им все камни, за исключением камня самого Таера, в надежде, что пара Воронов и Жаворонок смогут сделать то, что не получалось у меня.

– Но они не сделали, – сказал Иелиан. – Не смогли. Виллон улыбнулся.

– Конечно, нет. Только Хиннум знает как, но он не захотел научить меня, и у него нет камней, которым я мог бы угрожать. Нет никого, кто был бы ему дорог.

– Поэтому ты дал им карты и послал сюда.

– Нет, – сказал Виллон. – только оставил карты на месте – куда положил их Волис, когда украл у меня. Я знал, что, когда Сэра поймет, что не может вылечить Таера, она придет сюда в поисках ответов – и найдет Хиннума. Я только удивлен тем, что они сумели расположить к себе Хиннума за такое короткое время. Ведь этот ублюдок не расстается со своими тайнами. Они пробыли здесь два дня, и Хиннум украл у меня камень Таера.

– Это сделала Сэра, хозяин, а не Хиннум. А потом Таер совсем разорвал заклятие, когда пел «Падение Черного».

Виллон нахмурился.

– Таер освободился сам? Ты, должно быть, ошибся. Бард может видеть сквозь иллюзию, но заклятие не иллюзия.

Иелиан сказал:

– Я не колдун, хозяин. Могу сказать только то, что они мне сказали.

– Возможно, Хиннум позволил им думать, что это был Таер, – размышлял Виллон. – Неважно. – Он посмотрел Форану в глаза. – Не волнуйся, Форан. Я у тебя в долгу за то, что ты прихватил с собой моего Воробышка и он смог шпионить для меня. Как иначе смог бы я найти орден Защитника? О нем нет записей, не существует никаких рассказов. Никто из пленников Пути не говорил о нем. Когда Волис начал болтать об Орле, я подумал, что он спятил. Представь себе мое удивление, когда я понял, что Джес медлителен не потому, что умственно отстал, а потому, что он Защитник. Какая неожиданность – найти носителя ордена, так плохо подготовленного. Если бы Хиннум говорил со мной, я бы посмеялся над ним. Он посмотрел на Лера.

– Никто из вас не умрет, если вы сделаете, как я скажу. Скажи матери, парень, что Сэра должна очистить все кольца, которые у нее есть. – Он помолчал. – И показать мне, как это делается. Ни один из ее детей не умрет. Скажи, что тебе и твоей семье нечего меня бояться, если она сделает то, о чем я прошу.

– Если же нет…

Он прошел мимо Форана и прошептал что-то, что Форан не расслышал.

– Папа убьет тебя, а мама сварит в масле, – сказала Ринни, и сердце Форана сжалось от страха.