Чтение онлайн

Надо было будить Юсупа. Поднявшись, Ильнур нащупал в шароварах рукоятку клинка, сделанного из эльфийской стали. Он был почти невесомым и чрезвычайно острым.

Подойдя к мирно спящему Юсупу, Ильнур принялся катать его из стороны в сторону. Юсуп ворочался, бормотал что-то сквозь толстые губы и шевелил ушами. Но не просыпался. Только после того как Ильнур набрал в ладошки холодной воды из какого-то котла и тоненькой струйкой вылил ее на Юсуповы глаза, тот мрачно пообещал отрезать обидчику бороду.

– Что-то ты разговорился, как я погляжу, – прошептал Ильнур, рывком придавая телу Юсупа сидячее положение. Тело не желало сидеть и норовило упасть вновь, но было заботливо прислонено к стволу дерева. Юсуп лениво и с невероятнейшим трудом приоткрыл глаза:

– Где это я? – хриплым шепотом спросил он, оглядываясь. Толстая шея ворочалась с трудом.

– Ты память потерял, что ли? – поинтересовался Ильнур. – У орков мы. Понимаешь?

– У орков? – Взгляд Юсупа прояснился. – Так мы еще… агх…

Он помотал головой, собираясь с мыслями, затем, не поднимая головы, осмотрел исподлобья местность и тяжело вздохнул.

– Значит, все уже спят?

– Вовремя мы проснулись, – сказал Ильнур. – Ты клинок не потерял?

Юсуп порылся в своих шароварах и извлек эльфийский клинок – такой же, как и у старика. Клинок еле заметно светился голубым, и исходило от него какое-то тепло, от которого Ильнуру вдруг захотелось обратно в эльфийскую деревню, в тепло и свет. Он поежился и полез за своим клинком.

– Ты в состоянии что-нибудь делать?

Юсуп не слишком уверенно кивнул:

– Голова кружится что-то…

– Еще бы. Так упиться! Эль, мой друг, такая штука, что о-го-го!!

Юсуп потер макушку и приподнялся на скрюченных ногах:

– Я готов!

– Хорошо. Я иду по шалашам, а ты всех остальных, которые спят. Только, прошу тебя, не шуми.

– Как можно, – отмахнулся Юсуп.

Ильнур поднялся и решительно (насколько это было возможно в темноте, когда тебя качает из стороны в сторону) направился к ближайшему шалашу. Оттуда отвратительно несло гнилью и доносился храп. Почти все орки храпели во сне, поскольку, помимо эля, они постоянно курили дурман-траву.

Ильнур осторожно заглянул в шалаш, выставив перед собой клинок для освещения, и разглядел в полумраке три тела, лежащих в самых живописных позах. Недолго думая, старик прошел к самому дальнему от входа орку и, склонившись над ним, вонзил тонкое лезвие под подбородок. Орк всхлипнул, словно ему приснилось что-то чрезвычайно грустное, дрогнул всем телом и обмяк. Стоило попасть в самую чувствительную точку в скадках шеи, как орк умирал мгновенно и почти не чувствуя боли. Ильнур знал это еще со времен жизни на Острове, когда Учителя рассказывали своим воспитанникам о том, как лучше всего истреблять орков. Теперь эти знания пригодились как нельзя кстати.

Дальше работа (если это приемлемое название для того, чем занимался Ильнур) пошла быстро. Орки умирали тихо и мгновенно, а их пьяные соседи, даже если и успевали разлепить глаза, мало что понимали в происходящем. Ильнур переходил от одного шалаша к другому, оставляя за собой по три-четыре трупа, и количество их все увеличивалось.

Последний шалаш оказался тем самым, где сидел Колохвост и курил трубку. Он и сейчас посасывал тонкий мундштук из кости и выпускал дым через ноздри и уши. Глаза его были затуманены, а веки прикрыты, но он все равно разглядел вошедшего и поприветствовал натужным кашлем:

– Как-к-ха здоровьице? Пришел раздели-и-кхи-ть со мной тра-а-кха-пезу?

– Не совсем.

В шалаше больше никого не было. Клинок эльфов еле заметно дымился в руке от крови убитых орков.

Ильнур сделал несколько шагов в сторону главаря орков. Тот тоже заметил клинок, но слишком поздно. Он успел только противно хрюкнуть и чуть отстраниться в сторону, но лезвие уже глубоко ушло ему под кожу в шее. Трубка выпала из открывшейся пасти. Глаза закатились. Он выдохнул в последний раз дымок дурман-травы и осел на «троне».

Ильнур обтер клинок о шаровары Колохвоста и вышел на улицу.

Юсуп сидел неподалеку. Ильнур подошел к нему и увидел, что юноша склонился над спящим орком и медленно водит лезвием по его лицу. Орк недовольно урчал и дергал ушами. В том месте, куда прислонился клинок, на коже орка оставались неглубокие порезы, а кровь дымилась.

– Ты что делаешь? – Ильнур толкнул Юсупа в плечо.

– Думаю, – огрызнулся Юсуп, – злюсь.

– Что?

Юсуп повернулся в сторону Ильнура. Орк – он и есть орк, но глаза-то были человеческие, и Ильнур осекся.

– Что с тобой, Юсуп?

– Ну, не могу я убить просто так… понимаешь? – Голос Юсупа дрогнул. Ильнур заметил, что клинок его чист. Разве только немного капелек от порезанного спящего орка.

– Но они же орки… – неуверенно пробормотал Ильнур.

– Но… я же не убивал ни разу… – Юсуп поморщился. – Да, Ильнур, я понимаю, что это глупо звучит, что это мои предрассудки. А что поделать? Не могу я и все… Вот и сижу перед этим орком. Сижу и вспоминаю о том, что происходило на Острове. Злюсь. Хочу сильно разозлиться, чтобы… ну, сам понимаешь… чтобы убить.

– Господи, – выдохнул Ильнур, присев рядом, и зашептал, – да в этом ведь ничего сложного нет. Ты не убиваешь в прямом смысле. Они же орки, они мертвы уже.

– Но они дышат!

– И деревья дышат, – фыркнул Ильнур, – а здесь не деревья даже, а камни. Представь, что перед тобой камень лежит. В него нужно вогнать клинок, и все… И он уж точно неживой.

– Я попробую, – прошептал Юсуп, вновь поворачиваясь к спящему орку.

Ильнур затаил дыхание. Прошло несколько секунд. Рука Юсупа с зажатым клинком опустилась к самому горлу орка. Кончик лезвия прикоснулся к грубой коже…