Чтение онлайн

­- Это ваше совместное с Гармоником творчество?
– спросил я у Фло Фа.

– И с Целителем - тоже, - ответила фея, - вкусно, правда?

То, что Целитель тоже похлопотал над закусками, я понял сразу: плод отдавал валерьянкой. Но тем не мене было очень вкусно.

Я наелся, как боров. Другие танцевали, а я решил пройтись, прогуляться. Кажется, Фло Фа все-таки подбросила мне в тарелку сверхпитательного паука с повышенным каротином: в животе чувствовалась тяжесть.

Я встал и направился к озеру.

На расстоянии царский дворец был еще краше, чем вблизи. Зажгли многочисленные фонарики различных цветов. Их отблески падали на туники танцующих, переливаясь там всеми цветами радуги. Вместе со взрослыми танцевали и дети. Они радостно визжали, порой заглушая своим визгом звучание оркестра. Детям в шутку вторили взрослые. В этот вечер родители не спешили укладывать детей спать. Тем более, что в одно мгновение были достроены комнаты в западном крыле царских покоев. Там была каждому приготовлена комната с уютной постелью.

Все окна дворца светились, только в моей комнате не было света. Когда я сегодня лягу? Скорее всего - под утро. Разве можно лечь рано в такой день - лучший из дней? Мои успехи кружили мне голову.

Пройдя ротонду, я остановился у камня, на котором сегодня лежал и грелся на солнышке. Мне стало интересно, а смогу ли я его сдвинуть с места?

Я вцепился в камень руками, приподнял его над головой и бросил в воду. До чего же это легко! А ящерицы? Этот камень был их домом. Мне стало стыдно. Нужно как-то вернуть все на место. Только я так подумал - и точно такой же камень мгновенно вырос на берегу, словно гриб. Ай да Фло Фа!

А эта сила - результат добавок Целителя? Скорее всего. Нужно будет рецепт разузнать.

Мне сегодня захотелось пройтись вдоль берега дальше обычного. Я прошел камень, потом еще несколько шагов и свернул в пихтовый лес вперемежку с пышными елями. В такую-то ночь - спать?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

НОЧЬ

Сквозь кроны пихт и елей пробивались черные просветы ночного неба усыпанного звездами исключительной яркости. Когда я углубился в лес, таких просветов было меньше, но зато по всей поверхности на опавшей хвое вспыхнули светлячки. Свет их был таинственным, но при том он был того же цвета, что и звезды на небе: синевато-зеленые. Теперь небо и земля опять сомкнулись вокруг меня. Это ощущение было невероятно пронзительным, особенно тогда, когда я вышел на каменный мостик над глубокой балкой. Там и звездами и светлячками было устало все.

Этот мостик был только что выстроен. Это было заметно. Швы каменной кладки еще пахли раствором. Мостик вел к большой дороге, которая огибала озеро длинной петлей.

Я постоял, полюбовался свечением снизу и сверху, а потом вышел на вновь выстроенный тракт.

Дорога тоже была вымощена сегодня. Камень мощения был совершенно новеньким. Каждый булыжник - из черного базальта, отполирован, правильной шестиугольной формы. Я присел и попробовать воткнуть в просвет между камней иглу хвои, но камни были так плотно уложены, что иголочка выгнулась, в стык не вошла. Здорово сделано!

Черный базальт так лоснился в свете звезд, что я не отказал себе в удовольствии погулять здесь подольше.

Каблуки туфель весело цокотали по камню, и мне хотелось идти и идти. Вскоре я стал на ходу пританцовывать, отбивая веселый ритм заводной песенки.

Вот она - сила воображения! Кто-то говорил: "Хотеть - еще мало! Нужно еще и делать!" А у меня здесь возникает все по моему личному желанию, без никаких особых усилий. Скептики, тушите свет, ложитесь спать! У вас не получится, а у меня...

Дело сделано: я сам себе доказал, что я - настоящий сказочник, который может за несколько часов создать невероятное. Как жаль что это - только сказка! А что, если попробовать так же нестись по жизни?

Жаль было покидать эту красивую страну, но рано или поздно уходить отсюда придется. Утром начну собираться: есть здесь, кому чудеса создавать, есть здесь уже, кому править - без присмотра ничего не останется.

Издалека ко мне приближался какой-то рокочущий звук. Дорога наполнилась пахнущим гарью дымом. Потом звук перерос в грохот железа, вся дорога задрожала от перемещения по ней чего-то очень тяжелого, грузного и многочисленного.

Мне ничего не оставалось, как спрятаться за ствол лиственницы и наблюдать, что будет дальше.

Через минуту по дороге покатила колонна танков. В головной машине, высунувшись на половину, сидел мой неудачный персонаж с клочка пергамента - Черный плащ. Голова его и шея были спрятан под черным платком. В платке - прорези для глаз. Танки прошли так близко, что я смог рассмотреть взгляд - жесткий, немигающий, с упрямым прищуром. Танков было не меньше пятидесяти. Вид такого большого числа бронетехники ввел меня в ступор, я боялся выйти из-за дерева и не сразу понял, что нужно делать. Осознание предстоящих событий ко мне пришло уже позже: когда последний танк удалился от того места, где стоял я: колонна двигалась к дворцу Ха-Ризма-Ти. Это был конец.

Я выскочил на дорогу и бежал за танками, крича, что было сил:

– Не надо, остановитесь! Не надо!

Я гнался по брусчатке за Черным плащом и его ватагой, но мне казалось, что дорога транспортной лентой уходит из-под моих ног и уносит назад.

– Остановитесь! Не надо!

Все, что попадалось на моем пути: шишки, ветки ­- я поднимал на бегу и бросал в сторону танков.

– Не надо!

Я понял, что мне не угнаться за танками, понял это лишь тогда, когда полностью выбился из сил.

Со стороны дворца послышались взрывы снарядов. Дальнейшего смысла в том, чтобы бежать или кричать не было.

Когда я вышел из леса, дворец полыхал. Люди в изорванных и черных от сажи туниках стояли отдельной группой и наблюдали, как завершается разрушение. Пламя пожара осветило озеро и само плескалось там в отражении. Рушились колонны, башенки, оконные рамы. Все горело, вылетало из проемов, падало в воду.

Я вошел в толпу оцепеневших от горя людей, опустился на колени и опустил голову. Чего я ждал дальше? Чего я хотел от этих людей? Мне казалось, что я заслуживаю, чтобы меня разорвали на части. Ошибок в моей работе не должно быть. Зачем я здесь? По какому праву? Я плакал, закрыв лицо руками, и уже не слышал ни взрывов, ни треска пожара. Все кончено.