Чтение онлайн

Они отправились в обратный путь в молчании, охваченные чувством физической близости друг к другу. Пальцы Нортона крепко сжимали руку Дианы, удерживая ее рядом. Ей казалось, что ее нервы вот-вот лопнут от напряжения. Не в силах вынести этого, она в отчаянии начала разговор.

— Кто живет здесь? — спросила она, указывая на большой розовый дом перед виллой.

— Когда-то он принадлежал одной известной актрисе, — пояснил Нортон со снисходительной ноткой в голосе. — Для Италии она была тем же, кем для Франции — Сара Бернар, и, по словам Бернарда Шоу, гораздо более талантливая. Ее жизнь не была безоблачной, но в Париже она нашла немного счастья и поэтому завещала похоронить себя здесь.

— Я могу понять, почему, — сказала Диана.

По ее телу неожиданно пробежала дрожь. Нортон крепче сжал ее руку.

— Пойдем, тебе надо подбодриться, — сказал он, придерживая для нее входную дверь отеля. — Будешь пить свой знаменитый чай на ночь или на этот раз согласишься на что-нибудь покрепче? У меня в номере есть бутылка шампанского, давай я принесу ее в бар и попрошу льда?

Диана секунду смотрела на него, затем, отбросив осторожность, предложила:

— Почему бы не принести шампанское и лед ко мне в номер?

— К тебе? — переспросил он.

— Да, — подтвердила она. — Вчера вечером мы сидели в твоем. А мой номер здесь в два раза больше, чем в «Канторини». Еще довольно рано, а мне не хочется сидеть в этом баре…

— Это имеет отношение к твоей встрече в саду? Этот тип за столиком у окна не сводит с тебя глаз, — с жаром сказал Нортон.

— Тогда достань лед, — поспешно ответила Диана.

Диана взбежала по лестнице на третий этаж и влетела в свой номер, задыхаясь от возбуждения. Она вызывающе улыбнулась своему отражению в большом зеркале серванта. Из зеркала на нее смотрела женщина, чьи глаза светились — светились счастьем. На мгновение ее улыбка дрогнула. Жребий брошен. Если Нортон услышал в ее предложении больше, чем она хотела сказать, будь что будет. Уверенная улыбка вновь появилась на ее лице. Она не сомневалась, что он понял ее правильно, несмотря на все свои заявления о недостатке тонкости и такта.

Диана отвернулась, улыбка погасла. У Энтони были и шарм, и такт, и тонкость, но все это было внешним. Обаятельность Энтони была лишь маской, скрывавшей его истинную сущность, тогда как Нортон Брент — она была готова поклясться в этом — был именно тем, чем казался.

Услышав стук, Диана распахнула дверь и расхохоталась при виде Нортона с бутылкой шампанского под мышкой, с серебряным ведерком со льдом в одной руке и двумя высокими бокалами для шампанского в другой.

— Одна пожилая дама, увешанная жемчугами, очень подозрительно на меня посмотрела, — ухмыльнулся он. — Она явно решила, что я задумал что-то нехорошее.

Диана фыркнула, взяв у него бокалы:

— Пригласил бы ее присоединиться к нам.

— И заодно твоего обожателя, чтобы был четвертым!

Войдя в комнату, Нортон присвистнул.

— Ты уверена, что в отеле знали, что ты приедешь одна?

— Да. От меня требуется представить отчет о первоклассных номерах, запомни — это одно из преимуществ моей работы.

Диана сбросила туфли и забралась с ногами на диван.

— Ты уже во второй раз поишь меня шампанским. Это твоя привычка?

Нортон поставил бутылку охлаждаться и сел рядом с ней.

— На самом деле эту бутылку я вез домой, чтобы открыть в подходящий момент, перед тем как Дрю отправится в церковь. Но гораздо лучше открыть ее здесь. Как еще мы можем отметить наш последний вечер в Италии?

— Никак, — согласилась она. — Ты был удивлен тем, что я предложила пойти сюда?

— Очень, и, что и говорить, обрадован, — улыбнулся Нортон. — Я обещаю, что не буду усматривать в этом ничего большего, чем просто возможность провести последний вечер в более приятной обстановке, чем в баре. В частности, — добавил он, прищурившись, — на глазах у твоего Ромео из сада.

— Сколько можно говорить о нем!

— Если бы ты была здесь одна, он не оставил бы тебя в покое.

— Ничего подобного.

— Почему?

— Я знаю по опыту, — безмятежно сказала она. — Для меня это не внове. Я нередко сталкиваюсь с определенного рода поползновениями мужчин в отелях. Я привыкла избавляться от нежелательной компании.

— А почему со мной было иначе? — быстро спросил он.

— Вначале это вовсе не было иначе. Если вы напряжете свою память, Нортон Брент, то вспомните, что я была очень разгневана вашими приставаниями. Если бы не беспокойство о Китти, я бы даже не поздоровалась с тобой.

Нортон тяжело вздохнул.

— А с моей стороны это была любовь с первого взгляда!

— Вовсе нет, — смеясь, возразила она. — Во время нашей первой встречи все, что ты видел, — это некто, кто, как ты был уверен, держит ключ к тайне исчезновения твоего брата. Я сомневаюсь, что ты вообще заметил, что я женщина!

Нортон возмущенно фыркнул.

— Может быть, мне не хватает утонченности, но зрение у меня стопроцентное! Я прекрасно заметил, что ты — женщина. Хотя, признаю, что, когда ты сняла темные очки, это стало потрясением всей моей жизни. До этого момента я смотрел на тебя как на холодную, недружелюбную особу, вознамерившуюся воспрепятствовать моим усилиям разузнать что-нибудь о Дрю. Затем…

— Затем я сняла очки, и ты сказал: Боже мой, мисс Клеаринг, вы очаровательны, точно так же, как в старых черно-белых фильмах, — поддразнила она.

— Не совсем так. Я же не слепой, чтобы не заметить, что имею дело с красивой женщиной…

— Ну, спасибо!

— Прекрати перебивать! Я пытаюсь объяснить, но, видимо, плохо, что, когда ты сняла эти огромные черные очки и я увидел твои глаза и лицо, я был просто ошеломлен.

— Правда? — спросила она, вдруг посерьезнев. Он кивнул.

— И ты улыбнулась. В первый раз за вечер, насколько я помню. Я заглянул в эти чудесные зеленые глаза, увидел улыбку, и у меня возникло такое непреодолимое желание поцеловать тебя, что пришлось спасаться бегством, чтобы не погубить всякую надежду на дальнейшие контакты между нами.

Диана зачарованно смотрела на него.

— Я не догадывалась!

— Это было очевидно, — сказал он и встал, чтобы открыть шампанское. — Думаю, оно достаточно охладилось.

Он умело откупорил бутылку, наполнил два бокала и, протянув один ей, вновь сел рядом.