Угостите даму кавалером
Шрифт:
Выезжала Алька со двора Ирины Сергеевны вполне самостоятельно. Тихонько, осторожненько...
– Смотри ты, и впрямь ездить научилась, – всплеснула руками хозяйка. – Теперь-то уже не приедешь, да? Машину забрала, на права сдала...
– Почему не приеду? Приеду! – испугалась Алька.
И вдруг отчетливо поняла – не приедет. Теперь каждый раз она будет бояться, что судьба снова столкнет ее с ледяной красавицей. А эти встречи ничего доброго ни Ирине Сергеевне, ни Раскатову не принесут. Даже Филька почувствовал это – не прыгал, не скакал возле машины, а смиренно сидел, прижавшись к ногам хозяйки.
– Приеду! – твердо пообещала Алька и решила – да и фиг с ней, с этой Эрикой! Пусть думает, что хочет. – Прямо на этой неделе!
Машину она поставила на стоянке возле своего дома. И даже не удивилась, что у нее получилось доехать без приключений. Однако сама на стоянку ставить не рискнула, попросила пареньков-стоянщиков, и те устроили Алькину машину в свободный карман.
– Ну вот так... – свободно вздохнула Алька, заплатив за стоянку. – Вот так они и начинаются – шоферские будни...
Когда Алька вернулась домой, сестра с мужем встретили ее гробовым молчанием. Вот так специально зашли на кухню, где Алька сидела, встали перед ней в позе обелисков, свернули руки кренделем и молчали. Зато маменька радовалась вовсю:
– Алька! Ты только представь! А твой этот-то, ну который Дениса выставил, он ведь сегодня приходил!
– Максим приходил? – чуть не подавилась Алька. – Раскатов?
– Ну уж не знаю, Раскатов или еще кто, но приходил! – радостно хлопотала маменька возле плиты.
– И чего он хотел?
– Он смерти моей хотел, гад! – не удержавшись, выкрикнул Бориска. – Притащился с радостной вестью, что в понедельник мне нужно выходить на работу! А понедельник у нас послезавтра!
Лидия Демидовна на страдания зятя никакого внимания не обращала – она забросила сковородки и сладостно предавалась грезам:
– Ой, как жить начнем... Ты уже работаешь, Бориска теперь еще работать начнет, денег буде-е-ет... Наши молодые себе сразу на ляльку накопят, пора уже им...
– Ха! – фыркнула Алька. – А я знаю, где ляльки совсем бесплатно выдаются! Роддом номер один, роддом номер два...
– Да с такой родней разве до роддома доберешься! – вспыхнула Варька. – Из отдельной комнаты нас выселили! Теперь еще и единственного мужа на работу отправляют! Какие тут дети?!
Но Лидия Демидовна Варькины стенания пропускала мимо ушей и грезила дальше:
– Накопим много денег, и я отдыхать в Ялту поеду, или еще лучше на Канары, или в Грецию, под пальмы... познакомлюсь там с гречкой... с гречихой... ну с кем там можно познакомиться-то женского рода?! Ну чтобы она потом меня регулярно к себе приглашала?.. Буду сидеть под пальмами...
– И что тебе эти пальмы с гречкой? – проворчала Варька, явно не желая мужнины деньги разбазаривать на всякие сомнительные поездки.
– Да уж! – дернул головой Бориска. – Езжайте вон лучше с этой! С подружкой вашей, на дачу, под яблони! Там и гречка, и гречиха, и в свои пенсионные запросто уложитесь! А у нас... у нас с Барбарой свои планы.
Лидия Демидовна медленно повернулась к зятю и зашипела:
– Ты, Алька, посмотри, как наш боров заговорил, а? В дом еще ни копейки не принес, а уже туда же! На пенсию! Под яблоньки! Чтобы меня там яблоком убило, как известного художника, да? Как его? Алька, ну кого там яблоком по голове-то? Ньютона, во! Хочешь, чтобы как его, да? И эта стоит, руки веревкой связала! Чего пришли? Небось хотите, чтобы Алька вам комнату освободила, да?
– Собственно, да, хотелось бы, – гордо обижался Бориска. – Я буду работать, и мне нужен отдельный закуток, где бы я мог расслабиться.
– А кладовка вас не устроит? – скривилась Лидия Демидовна.
Молодые синхронно, точно по команде, повернулись и выплыли из кухни, вероятно, все же кладовка их не устраивала.
Однако одна в комнате нежиться Алька не могла. Ну чего она тут валяется, когда молодым и в самом деле даже уединиться негде.
– Варь, слышь чего, перебирайтесь обратно. Только телевизор перетащите в гостиную. Вам и без него вдвоем весело.
– Уж позволь... – не проявил благодарности Бориска. – Как это телевизор убрать? Куда это? А как я буду смотреть «Горячие штучки»?
– Элементарно, – хихикнула Алька. – Тебе Варька покажет. А телевизор я покупала и, между прочим, совсем не для того, чтобы его у вас под дверью слушать.
– Бориска! Немедленно отдай! – взвизгнула Варька. – Еще нужно узнать, что она там, кроме телевизора, под дверью слушает!
Сразу после переезда в доме воцарились мир и согласие. Лидия Демидовна в честь такого случая испекла небольшой пирог с рыбой, и вечером все перебрались в гостиную, уселись перед телевизором и тут же пили чай.
– Запомни, Барбара, – с полным ртом поучал Бориска. – Ты тоже должна работать, не маленькая уже. И потом – о чем с тобой говорить, когда ты дома все время? Мне, как человеку рабочему, совсем не о чем. Труд, он ведь даже обезьяну в человека превратил!
– А кое-кого в лошадь, – буркнула Варька и покосилась на Альку.
– Ну, тут уж кому как повезет... – влилась в дискуссию Лидия Демидовна. – А работать иди! Дома я и одна управлюсь.
В понедельник Бориска вышел на работу. Вместе с ним убегала и Алька, но на нее никто внимания и не обратил, а вот проводы Бориски состоялись по всем правилам – Варька только что не всплакнула, провожая любимого.
Вечером, когда все уселись за стол и забряцали вилками над пловом, Лидия Демидовна сообщила приятную весть:
– Дорогие мои, теперь мне не страшно вас и одних оставить.
Дорогие переглянулись.
– Маменька! – засияла глазами Варька. – Неужели ты навсегда нас покидаешь? Неужели ты уезжаешь к своей сестре в Волгоград?! Навсегда!
Лидия Демидовна поперхнулась пловом и выкатила глаза:
– Еще чего!!!
– Маменька просто выходит замуж, – подсказала Алька. – Так ведь?